По мнению современников - художников, Плохой мыслитель и сомнительный рисовальщик Мартирос Сарьян был слаб в портрете но гениален в восточном пейзаже.
Художник
В России мастерская художника Мартироса Сарьяна находилась в Москве, в доме с видом на Кремль и на Москву-реку. А Октябрьская революция 1917 года вернула Сарьяна его родине -Армении. С тех пор его мастерская находилась в Эривани, неподалеку от той полутропической, полупустынной природы - воспроизведением, которой замечательно непревзойденное мастерство M. Сарьяна.
Оставаясь по прежнему - активным участником выставок советских художников М. Сарьян вынужден был теперь, однако обходиться в Москве без мастерской. Вот почему сюда народный художник Армении привозил только совершенно законченные вещи (предназначенные для выставок в Дрездене и «Четыре Искусства») и предварительные эскизы,своеобразную запись художественных замыслов, осуществление которых предполагается им в парижской мастерской.
В 1926 году художник Сарьян впервые поехал в Париж, где он предполагал поработать год и создать за это время количество вещей, достаточное для устройства индивидуальной выставки, которая, при благоприятных обстоятельствах, будет повторена в Берлине, в Лондоне и в Америке.
Творчество
Выйдя в живописцы - из нахичеванских хуторян, Мартирос Сарьян (ученик В. Серова к К. Коровина), всегда неизменно тяготел к Востоку, оставаясь равнодушным к Западу. Характерной особенностью искусства М. Сарьяна последних революционных лет являлось стремление к монументальным формам пейзажа, соответствующим общему монументальному стилю современного искусства.
Вряд ли кто в СССР или в Европе, мог соперничать с М. Сарьяном в области основного момента его творчества - восточного пейзажа. На всю жизнь очарованный величием и яркостью природы южного Востока, Сарьян являлся его неподражаемым изобразителем. Его яркие, залитые тропическим солнечным светом краски обретали все новые и боле тонкие оттенки цвета; несмотря на смелую манеру художника, его порой контрастные краски сочетались в мягчайшие переливы и достигали предельной выразительности - даже при двух, трех смежных тонах. Однако было бы ошибочным думать, что художник пленял зрителей только богатством своей палитры.
Одна из тайн художественной силы Сарьяна заключалась в том, что свой живописный дар он совмещал с исключительно неутомимой жаждой исследования. Трудясь долгими годами над передачей не только цвета, освещения, но также над постижением чистоты горизонта, прозрачности воздуха и раскаленности от жары атмосферы, М. Сарьян достиг, наконец того, что он предстал законченным мастером - открывающим восточный пейзаж перед современным зрителем так же уверенно и грандиозно, как это сделали в свое время величайшие из японцев Хокусая и Ей куни.