Открытость Китая в отношении последнего испытания ядерной ракеты свидетельствует о растущей уверенности в себе по отношению к Соединённым Штатам
Хуэй Чжан | 16 октября 2024 г.
☰
Открытость Китая в отношении последнего испытания ядерной ракеты свидетельствует о растущей уверенности в себе по отношению к Соединённым Штатам
Хуэй Чжан | 16 октября 2024 г.
25 сентября 2024 года Ракетные войска Народно-освободительной армии Китая (PLARF) объявили об успешном проведении полномасштабных лётных испытаний межконтинентальной баллистической ракеты (МБР) с имитацией боеголовки, запущенной в Тихий океан. На следующий день китайские военные впервые за несколько десятилетий опубликовали фотографии запуска ракеты на месте. (Источник: Министерство национальной обороны Китая)25 сентября 2024 года Ракетные войска Народно-освободительной армии Китая (PLARF) объявили об успешном проведении полномасштабных лётных испытаний межконтинентальной баллистической ракеты (МБР) с имитацией боеголовки, запущенной в Тихий океан. На следующий день китайские военные впервые за несколько десятилетий опубликовали фотографии запуска ракеты на месте. (Источник: Министерство национальной обороны Китая)
Поделиться
Министерство национальной обороны Китая объявило в прошлом месяце, что Ракетные войска Народно-освободительной армии Китая (PLARF) успешно запустили межконтинентальную баллистическую ракету (МБР) с имитацией боеголовки в Тихий океан и что ракета точно упала в заданную область. Это был первый случай с 1980 года, когда Китай провёл испытательный запуск МБР в международных водах.
Но, как добавило министерство, испытательный запуск был частью обычной ежегодной подготовки в соответствии с международным правом и международной практикой и не был направлен против какой-либо страны или цели.
Как раз в тот момент, когда наблюдатели активно рассуждали о типе ракеты, использованной при испытании, China Junhao (военное информационное агентство Китая) прервало дискуссию, опубликовав фотографии места запуска — очень редкий шаг, учитывая, что китайская армия десятилетиями не публиковала фотографии запуска новой межконтинентальной баллистической ракеты.
На фотографиях видно, что ракета была запущена с транспортно-установочного модуля (TEL), расположенного на пустыре на острове Хайнань, в самой южной провинции Китая. Размеры и особенности ракетного контейнера и корпуса ракеты указывают на то, что это Dong Feng-31 (DF-31)AG — одна из новейших и самых передовых межконтинентальных баллистических ракет Китая. Эта трёхступенчатая мобильная ракета DF-31AG является улучшенной версией DF-31A и включает в себя модернизированный твердотопливный двигатель с улучшенными внедорожными характеристиками для большей манёвренности и живучести. Её заявленная дальность составляет 11 200 километров, что позволяет ей поражать цели на большей части континентальной территории Соединённых Штатов. (По мнению некоторых китайских аналитиков, дальность полёта во время испытаний могла достигать 12 000 километров.)
Впервые представленный на параде в 2017 году, DF-31AG находится на вооружении с 2018 года, и Пекин рассматривает его — наряду с вариантами DF-31A, DF-41 и DF-5 — как компонент усилий Китая по сдерживанию применения ядерного оружия США.
Этим новым испытательным запуском Китай, безусловно, хочет продемонстрировать решительный ответ на подозрения в отношении своих возможностей ядерного сдерживания после недавних коррупционных скандалов и нестабильности в командовании ракетных войск. Испытание показывает, что ракетные войска обладают боеспособными и заслуживающими доверия ядерными силами, которые могут помочь Китаю сохранить мощный ядерный сдерживающий потенциал — ключевой элемент долгосрочных военных целей председателя Си Цзиньпина и его стремления укрепить ядерные силы Китая, начавшегося в 2015 году.
Редкое публичное испытание межконтинентальной баллистической ракеты, по-видимому, было направлено на то, чтобы отговорить Вашингтон от использования ядерного оружия в потенциальном конфликте в Тайваньском проливе. Необычная прозрачность, с которой проводилось испытание, показывает, что Китай становится всё более уверенным в себе по отношению к Соединённым Штатам. Это также может стать редкой возможностью для проведения переговоров о снижении рисков.
Новый тип ракеты. В отличие от Соединенных Штатов, которые обычно испытывают свои МБР в международных водах, Китай обычно запускал свои МБР над своей родиной, используя наклонную или пониженную траекторию, чтобы удержать ракету внутри китайской территории. Последнее полнопролетное испытание МБР (DF-5) в Китае было проведено в мае 1980 года.
Баллистическая ракета DF-5 была ядерным оружием первого поколения Китая с ракетой на жидком топливе и термоядерной боеголовкой первого поколения с твёрдым сердечником. Современная ракета DF-31AG, испытанная 25 сентября, является ядерным оружием второго поколения с ракетой на твёрдом топливе и боеголовкой второго поколения с газовым сердечником. [1]
Последствия этих двух испытаний запуска по полной траектории существенно различаются.
В 1980 году Пекин сдержанно объявил об испытательном запуске, назвав межконтинентальную баллистическую ракету DF-5 «ракетой-носителем» в соответствии с умеренной дипломатией эпохи Дэн Сяопина. Однако в этом году Пекин объявил о запуске, сделав громкое публичное заявление, в котором ракета была названа «межконтинентальной баллистической ракетой с имитационной боеголовкой», что отражает более напористую дипломатию Си Цзиньпина. Это заявление в сочетании с публикацией фотографий запуска DF-31AG демонстрирует большую прозрачность и уверенность Китая в демонстрации своих возможностей ядерного сдерживания.
Кроме того, запуск DF-5 в 1980 году был всего лишь испытанием в целях разработки; система вооружения DF-5 была введена в эксплуатацию только в 1986 году. Испытание DF-31AG в этом году — это тренировочные учения Народно-освободительной армии Китая по использованию действующей системы вооружения. Как сообщило официальное информационное агентство Китая «Синьхуа» , запуск «эффективно проверил работоспособность оружия и техники, а также уровень подготовки войск и достиг поставленных целей», добавив, что «Китай заранее уведомил соответствующие страны». Другими словами, проведя это испытание межконтинентальной баллистической ракеты, Китай стремился продемонстрировать, что обладает боеспособными, готовыми к бою и надёжными ядерными силами для сдерживания Соединённых Штатов.
Если испытание 1980 года должно было стать козырной картой для сдерживания Москвы, то сегодняшнее испытание DF-31AG направлено на сдерживание Вашингтона.
Стратегические ракетные войска первого поколения. Разработка ядерного оружия в Китае была тесно связана с восприятием руководством страны ключевых внешних угроз, что обеспечивало стране возможность нанесения надёжного ответного удара по обозначенному противнику.[2] Однако со временем восприятие Китаем ключевых угроз изменилось.
Изначально разработка ядерного оружия была обусловлена желанием Мао Цзэдуна противостоять ядерному шантажу со стороны США, от которого, по его мнению, Китай пострадал во время Корейской войны и кризисов на Тайване в 1950-х годах. После китайско-советского пограничного конфликта, особенно конфликта 1969 года у острова Даманский (Чжэньбао) на реке Уссури, руководство Китая стало воспринимать Советский Союз как главного противника. На заседании Центрального специального комитета в феврале 1980 года, которому было поручено курировать ядерные и ракетные проекты Китая, китайское руководство подчеркнуло важность ракеты DF-5, которая могла бы покрыть весь Советский Союз и сдерживать ядерную атаку со стороны Москвы.
Дальность ракеты DF-5 составляла около 9000 километров, чего было достаточно, чтобы покрыть весь Советский Союз, но недостаточно, чтобы достичь континентальной части Соединённых Штатов. Хотя изначально планировалось создать ракету с дальностью 12 000 километров, центральное правительство не считало необходимым увеличивать дальность, чтобы покрыть территорию Соединённых Штатов.[3] В то время Китай не видел большой угрозы со стороны Соединённых Штатов; Мао даже объединился с Ричардом Никсоном и Генри Киссинджером, чтобы в 1970 году начать партнёрство между США и Китаем. Таким образом, Китай не считал отсутствие межконтинентальной баллистической ракеты, способной достичь континентальной части Соединённых Штатов, недостатком.
Однако командование Второго артиллерийского корпуса (известного с 2015 года как PLARF) по-прежнему было решительно настроено перейти к следующему этапу и модернизировать ракету DF-5 до DF-5A с увеличенной дальностью — примерно 13 000 километров, — что позволило бы Китаю обзавестись настоящей межконтинентальной баллистической ракетой. DF-5A рассматривался как важнейшее средство для усиления стратегического сдерживания Китая, повышения его стратегического статуса в «большом треугольнике» отношений с Соединёнными Штатами и Советским Союзом и уравновешивания трёхсторонней динамики.[4]
В 1993 году DF-5A прошла первые лётные испытания, а к 1995 году ракета была введена в эксплуатацию.[5] Теперь Китай обладал полноценными межконтинентальными баллистическими ракетами, способными достичь континентальной части Соединённых Штатов, но даже тогда центральное правительство не считало этот новый потенциал приоритетным.
К 1989 году, когда китайско-советские отношения нормализовались, у Китая был действующий ядерный арсенал, насчитывавший более 100 боеголовок для ракет наземного базирования.[6] Даже если бы 10 процентов выжило после первого ядерного удара — по оценке тогдашнего командующего военно-морским флотом, а впоследствии вице-председателя Центрального военного совета Лю Хуацина, сделанной ещё в 1984 году[7], — всё равно осталось бы около 10 боеголовок, которых, возможно, китайские лидеры считали достаточным сдерживающим фактором против первого ядерного удара со стороны СССР.
Смена цели. Теперь Китай считает Соединённые Штаты своей главной угрозой, и вопрос о том, есть ли у Китая надёжное сдерживающее средство против первого ядерного удара США, стал более важным в правительственных кругах Китая. По крайней мере, это, по-видимому, стратегический расчёт, которого придерживается Си Цзиньпин.
К 2010 году, до прихода к власти Си Цзиньпина, у Китая было всего около 20 шахтных межконтинентальных баллистических ракет DF-5A, которые имели крайне низкую выживаемость при первом ядерном ударе США, и было развёрнуто около восьми мобильных межконтинентальных баллистических ракет DF-31A. Даже если бы все эти ракеты пережили превентивный удар, их было бы недостаточно, чтобы преодолеть развёрнутую на тот момент систему противоракетной обороны наземного базирования, в которой было около 30 перехватчиков. Короче говоря, у Китая не было гарантированного ядерного потенциала для ответного удара по Соединённым Штатам.
Однако с 2012 года, когда Си Цзиньпин стал председателем КНР, Китай существенно модернизировал, расширил и диверсифицировал свои ядерные силы, чтобы противостоять предполагаемым угрозам со стороны Соединённых Штатов. В декабре 2015 года в рамках нового этапа военной реформы, инициированной Си Цзиньпином, Второе артиллерийское подразделение Народно-освободительной армии Китая было переименовано в Ракетные войска НОАК (PLARF) и преобразовано из независимого подразделения в полноценную службу. Это решение отражает важность, которую Китай придаёт своим стратегическим ракетным силам.
На церемонии инаугурации Ракетных войск Китая в 2015 году Си Цзиньпин назвал их «основным средством стратегического сдерживания Китая, стратегической опорой [Китая] как крупной державы и важным элементом обеспечения национальной безопасности». Си Цзиньпин также призвал новые Ракетные войска «укрепить потенциал ядерного сдерживания и ответного удара, который является надёжным и заслуживающим доверия, а также способность наносить высокоточные удары средней и большой дальности, а также стратегический потенциал сдерживания и противовеса для создания сильных и современных Ракетных войск».
С тех пор Китай беспрецедентными темпами и в беспрецедентных масштабах наращивает свой ядерный арсенал. Общее количество боеголовок увеличилось с примерно 260 в 2016 году до примерно 500 в 2024 году. Большая часть этого прироста пришлась на межконтинентальные баллистические ракеты, способные достичь континентальной части Соединённых Штатов, — с примерно 65 в 2016 году до примерно 240 в 2024 году. Министерство обороны США прогнозирует, что к 2030 году Китай будет обладать более чем 1000 боеголовками.
Заметная трансформация ядерной политики Китая и прогнозы её расширения в течение следующего десятилетия поднимают вопрос о том, изменил ли Китай свою ядерную стратегию.[8] До недавнего времени китайские официальные лица и правительственные документы подтверждали приверженность Китая политике неприменения ядерного оружия первой стороной и ядерной стратегии самообороны.[9] В рамках этой ядерной политики и стратегии Китай всегда подтверждал, что «поддерживает свой ядерный потенциал на минимальном уровне, необходимом для национальной безопасности». Главный вопрос заключается в том, как интерпретировать «минимальные» потребности ядерных сил для обеспечения возможности нанесения ответного удара.
Поиск минимального и «эффективного» сдерживающего фактора. Китайские официальные лица никогда не заявляли о конкретном количестве оружия, необходимом для достижения минимального уровня. Такой уровень никогда не бывает постоянным. Он зависит от нескольких факторов, в том числе от оценок выживаемости во время ядерной атаки и предполагаемых систем противоракетной обороны противника. Бывший президент китайской лаборатории по разработке ядерного оружия Ху Сидэ утверждал, что «[д]ополнительная стабильность ядерной стратегии Китая не означает, что масштабы и конкретные применения ядерных сил остаются неизменными». По его словам, для обеспечения эффективного ядерного сдерживания китайские ядерные силы должны реагировать на международные военные достижения, включая стратегическую противоракетную оборону, наблюдение за космическим пространством, а также возможности точного отслеживания и нанесения ударов.[10]
Вопрос для кандидатов: сколько ядерных боеголовок нужно Соединённым Штатам?
Действительно, с 2000 года план противоракетной обороны США стал основным фактором, стимулирующим ядерную модернизацию и наращивание потенциала Китая. После того как президент Джордж Буш-младший 1 мая 2001 года Буш заявил, что Соединённые Штаты будут развёртывать противоракетную оборону. Тогдашний сенатор и будущий председатель комитета Сената по международным отношениям Джо Байден предупредил, что если Соединённые Штаты в одностороннем порядке выйдут из Договора по противоракетной обороне (ПРО) и развернут противоракетную оборону, Китай увеличит количество межконтинентальных баллистических ракет примерно с 20 до «около 800». Это было чёткое понимание того, что движет ядерными силами Китая.
Си Цзиньпин может чувствовать себя более уверенно, имея большой ядерный арсенал (скажем, около 1000 боеголовок) для обеспечения надежной возможности нанесения ответного удара даже в наихудшем сценарии - например, учитывая низкий уровень живучести (скажем, 10 процентов) своих боеголовок после крупномасштабного упреждающего удара США и то, что только около 10 процентов уцелевших боеголовок (всего 10 боеголовок) смогут преодолеть гораздо большую и более совершенную систему противоракетной обороны Соединенные Штаты могут развернуть войска в будущем.
На данном этапе неясно, решил ли Си Цзиньпин расширить возможности ядерных сил страны, чтобы обеспечить возможность нанесения надёжного ответного удара. Однако, несмотря на то, что нет убедительных доказательств того, что Китай изменил свою давнюю ядерную стратегию и политику неприменения ядерного оружия первыми, недавние качественные и количественные улучшения в ядерных силах свидетельствуют о том, что китайские лидеры теперь могут проводить более амбициозную ядерную стратегию.
Более уверенный в себе Китай — и необходимость снизить риски. Без чёткого понимания целей и мотивов Китая может начаться новая гонка вооружений с Соединёнными Штатами, что изменит давнюю политику Китая, направленную против таких действий. Сейчас обеим странам пора начать диалог, чтобы избежать гонки ядерных вооружений и снизить риск ядерного конфликта. Обеим сторонам следует принять меры по снижению рисков и укреплению военного доверия, чтобы решить проблемы безопасности, прояснить стратегические намерения и повысить прозрачность. Им также следует участвовать в переговорах о “стратегической стабильности”.
В качестве первого шага Китай и Соединённые Штаты могли бы заключить двустороннее соглашение о взаимном уведомлении о запусках баллистических ракет и космических аппаратов, что значительно снизило бы риск неверного восприятия и просчётов. Китай и Россия подписали такое соглашение о взаимном уведомлении в 2009 году и продлили его ещё на 10 лет после истечения срока действия в 2020 году. 25 сентября представитель Пентагона подтвердил, что Соединённые Штаты получили «предварительное уведомление» о недавнем испытательном запуске межконтинентальной баллистической ракеты из Пекина, назвав это «шагом в правильном направлении», поскольку это «предотвратило любое недопонимание или просчёт».
То, что Китай заранее уведомил «соответствующие страны» о своих испытаниях межконтинентальных баллистических ракет и впоследствии опубликовал фотографии запуска, свидетельствует о том, что Китай движется в сторону большей стратегической прозрачности. Стремясь зарекомендовать себя как ответственная мировая держава, Китай должен активно и решительно участвовать в переговорах о большей прозрачности в ядерной сфере, снижении рисков и контроле над ядерными вооружениями.
Примечания
[1] Более подробную информацию о технической истории программы разработки ядерного оружия в Китае можно найти в книге Хуэй Чжана «Разработка и испытания ядерного оружия в Китае», издательство MIT Press (Кембридж, Массачусетс), которая выйдет в 2025 году.
[2] См. подробности в книге Чжана «Разработка и испытания ядерного оружия в Китае».
[3] Под редакцией политического отдела 2-й артиллерийской дивизии, «Дни славы 1978-2008 — взгляд в прошлое на развитие и достижения 2-й артиллерийской дивизии в период [экономических] реформ и открытости , издательство Central Party Literature Press, Пекин, 2008 (на китайском языке), стр. 246-248.
[4] Там же, стр. 248-249.
[5] Сюй Цзянь, «Ли Сюэжэнь», в книге «Политический отдел Второй артиллерийской дивизии» (ред.), «Биография старших генералов Второй артиллерийской дивизии»«Политический отдел Второй артиллерийской дивизии», Пекин, июнь 2006 г. (на китайском языке), стр. 437–95.
[6] См. Роберт Норрис, Эндрю Бэрроуз и Ричард Филдхаус, «Справочник по ядерному оружию, том V: британское, французское и китайское ядерное оружие» (Боулдер: Westview Press, 1994), стр. 359. Здесь я сосредоточусь на боеголовках наземного базирования.
[7] Джон Льюис и Сюэ Литай, «Китай создает бомбу», издательство Стэнфордского университета, 1988, стр. 230; Ду Чжунвэй и др. «Море, военно-морской флот и новая технологическая революция: интервью с командующим военно-морским флотом Лю Хуацином», стр. 9. В 1984 году Лю Хуацин предсказал, что менее 10 процентов китайских ракет наземного базирования переживут крупномасштабный первый удар.
[8] «Ускоренное расширение Китаем своего ядерного арсенала представляет собой сдвиг в ядерной стратегии и доктрине Китая: дискуссия с доктором Тонг Чжао и доктором Фионой Каннингем», 5 октября 2023 года, China Power Project CSIS. https://chinapower.csis.org/chinas-power-up-for-debate-2023/.
[9] Выступление генерального директора Департамента по контролю над вооружениями Министерства иностранных дел Китая Сунь Сяобо на общих прениях первого заседания Подготовительного комитета Конференции по рассмотрению действия Договора о нераспространении ядерного оружия в 2026 году, 01.08.2023, «Поддерживая авторитет Договора о нераспространении ядерного оружия, служа международной безопасности и развитию» (Вена, август 2023 г.). http://vienna.china-mission.gov.cn/eng/hyyfy/202308/t20230801_11120895.htm; а также Министерство национальной обороны Китайской Народной Республики, «Оборонная политика», 2023 г. http://eng.mod.gov.cn/xb/DefensePolicy/index.html
[10] Ху Сиде и Лю Чэнган, «Ядерные технологии в военном применении — ядерное оружие», издательство Шанхайского университета Цзяотун, Шанхай, 2016 (на китайском языке), стр. 183.