Лай. Снова этот пронзительный лай посреди ночи. Я лежала, уставившись в потолок, чувствуя, как внутри нарастает волна отчаяния. Рекс, наша — нет, его — собака, снова просился на улицу. Часы показывали 3:17. Сергей, мой муж, безмятежно похрапывал рядом, будто не слыша жалобного скулежа за дверью.
"Как же мы до этого дошли?" — в который раз спрашивала я себя, нащупывая в темноте тапочки.
Всё началось два месяца назад. Сергей ворвался домой, сияя как новенький пятак, с извивающимся комком шерсти в руках.
— Смотри, кого я нам завёл! — воскликнул он, протягивая мне щенка.
Моё сердце оборвалось. Мы столько раз обсуждали это. Я не была готова к собаке. Наша крошечная квартира в центре города, моя аллергия, наш сумасшедший график работы — всё кричало о том, что это плохая идея.
Но Сергей был глух к моим аргументам. Он обещал заботиться о щенке, выгуливать, кормить, лечить. "Это будет мой лучший друг!" — уверял он.
Как же быстро растаяли его обещания.
Через месяц Рекс превратился в мою ответственность. Утренние прогулки, кормление, уборка — всё легло на мои плечи. Сергей ограничивался пятиминутной игрой вечером, считая свой долг выполненным.
— Сергей, ты не мог бы сегодня выгулять Рекса? — робко просила я.
— Прости, дорогая, завал на работе, — отмахивался он, не отрывая глаз от телевизора.
А потом я застала его. Он выпускал Рекса на самовыгул. В центре города, где машины носятся как безумные. У меня перехватило дыхание от ужаса.
Я продолжала заботиться о собаке, надеясь, что совесть мужа проснётся. Но чуда не случилось.
В ту ночь всё достигло точки кипения. Рексу стало плохо. Он заскулил, заметался по квартире, оставляя за собой зловонные следы. Сергей храпел, а я, сдерживая слёзы, пыталась успокоить животное и убрать беспорядок.
Что-то внутри меня надломилось.
На следующий день я связалась с зоозащитниками. Мы нашли Рексу новый дом — просторный, с садом, в соседнем городке. Сердце разрывалось, когда я передавала его новым хозяевам, но я знала — так будет лучше для всех.
Когда Сергей обнаружил пропажу, разразилась буря.
— Ты чудовище! — кричал он, его лицо искажено гневом. — Как ты могла лишить меня друга?!
Его слова жалили как пчёлы, но я стояла непоколебимо. "Друга?" — хотелось закричать мне. — "Ты даже не замечал его, пока он был здесь!"
Теперь каждый взгляд Сергея полон ненависти. Каждое его слово — обвинение. "Ты разрушила нашу семью," — бросает он мне в лицо.
А я? Я просыпаюсь по ночам, прислушиваясь к тишине, которая теперь кажется оглушительной. Я знаю, что впереди развод. Знаю, что Сергей винит меня.
Но где-то там, в доме с садом, Рекс счастливо гоняется за бабочками. И это единственное, что помогает мне засыпать по ночам.