Архивные документы дают некоторое представление о том, как в Темрюке обстояло дело с пожарозащитой более ста лет назад. Укомплектованной пожарной команды не было.
«Но при городском управлении, — сообщается в обзоре городского головы о состоянии города за 1885 год, — имеются три брандспойта (пожарные стволы – прим.автора), несколько тачек с бочками для воды и другие мелкие инструменты, служащие орудием для тушения пожаров, которые доставляются населению лошадьми…».
Мелкий инвентарь – это крючья, щиты, багры, топоры. Темрюкская дореволюционная «пожарка» размещалась в одном здании с полицией, и заботы по ее содержанию и устройству несли городские власти.
Сохранилась смета расходам города Темрюка на 1887 год, из которой становится ясно, какие материальные средства отпускались городом на противопожарную безопасность. Смотрителю обоза назначалось годовое жалованье в 216 рублей (для примера: городовой врач получал 1280 рублей, ветеринарный – 120, учитель – 350 рублей плюс столовые и квартирные, бухгалтер в городской управе – 600 рублей). На ремонт и приобретение новых инструментов для пожаротушения утверждена была цифра в смете расходов – 200 рублей в год. На выдачу вознаграждения за подъем пожарного обоза во время пожаров в 1886 году власти ассигновали 80 рублей, а в следующем – уже 200 рублей. Очевидно, дело того требовало.
Любопытно, что из семи страховых обществ, которые вели свою деятельность в Темрюке в первом десятилетии XX века, две страхующие организации «специализировались на погорельцах». Это С.Петербургская компания «Надежда» по страхованию от огня имуществ, агентом которой являлся Василий Афанасьевич Мироненко и «Страховое «Северное от огня общество» (агент – дворянин Загайный).
В 1887 году в Темрюке насчитывалось порядка двух тысяч жилых домов. Жилая застройка в основном состояла из турлучных и саманных хат, крытых камышом. Но были и каменные (как никак в городе работали кирпичные заводы), совсем в малом количестве – деревянные.
В станице Тамань при постройке домов применялись свои строительные технологии, что делало их менее пожароопасными.
«Здесь никогда не бывает пожаров и казаки смело разводят огонь на улицах» — писал в 1868 году штаб-лекарь Ланд.
Дело в том, дома в станице были крыты комкою (научное название – Zostera), которая не горит, а только тлеет от огня. И не поддается гниению. Эти морские водоросли море выбрасывало в большом количестве на таманское побережье.
Черноморские казаки не первые, кто оценил выгодные свойства морской травы. Их предшественники — татары и турки тоже настилали крыши построек этим подводным растением, а еще раньше древние греки находили ему применение. В античном слое Таманского городища археологи изредка обнаруживают куски слежавшейся комки.