Не всегда принцип "Лучшая защита – нападение" является оптимальным выбором – но либеральные релоканты чаще всего выбирают именно такую тактику.
Оно и понятно: отвечать на справедливые обвинения в предательстве всё сложнее. Ведь как объяснить, что "нетвойнистские" лозунги, которыми беглецы прикрывались в 2022-м, оскорбляя "неправильную" Россию, почему-то не работают в отношении "правильного" Израиля? Да и свою радость от террористических ударов киевского режима по гражданскому русскому населению уже не замаскируешь рассказами про "мы не против народа – мы против кремлёвского режима".
Вот и историк моды - бывший телеведущий Александр Васильев, после начала СВО, всячески осуждавший "варварскую агрессию России", решил перейти в информационное наступление. Лишившийся работы на федеральном ТВ (у проекта "Модный приговор" теперь новый ведущий), но иногда умудряющийся приезжать в страну на разовые заработки Васильев принялся уверять, что вовсе не сбежал во Францию после начала спецоперации (у "модника" имеется французский паспорт), а просто живёт там:
- Я оказался в Париже [24 февраля 2022-го], потому что я там живу с 1982 года – и сразу в России начали писать: "Он в Париже, он убежал"… <…> Дорогие, я убежал ещё в 82-м, просто вы пропустили мимо ушей…
Поводом для сарказма Васильева стало и недоумение общественности, не обязанной знать детали перемещений и биографии историка моды, как же он на протяжении многих лет регулярно работал на Первом канале, живя при этом во французской столице:
- Да, прилетал из Парижа на "Модный приговор", да, самолётики летали…
А затем Васильев решил "атаковать" русских с другого фланга: по версии либерала, это не его уволили с телевидения ввиду совсем уж некрасивых заявлений, а он сам решил поставить на паузу работу. Мол, ввиду западных санкций добираться из Европы в Москву теперь большая проблема – "Всё стало дорого, очень трудно…".
Но главным мотивом отказаться от регулярных визитов в Россию, уверяет "историк", стали ужесточившиеся меры по досмотру на отечественной таможне. Мол, Васильев не готов мириться с нынешним порядком досмотра прибывающих в нашу страну из-за рубежа – не хочет показать телефон с перепиской, историей звонков и посещений интернет-сайтов.
Да и вообще:
- Все чемоданы пересматривают, - Васильев считает, что это и есть обыск, потому и жалуется. - Частная жизнь, как это можно?
Излишне говорить, что подобные попытки истолковать ситуацию "это не русские меня уволили – это я сам от них отказался" выглядят сомнительно. Как и ссылки на желание сохранить свою частную жизнь в неприкосновенности – уж в Израиле, где Васильев неоднократно выступал, меры досмотра на границе как минимум не менее жёсткие, чем у нас.