Адвокат Адилжан Маутканов вновь заявил, что действия его подзащитного нельзя расценивать как заведомо ложный донос, так как в своих постах о вице-министре энергетики Ерлане Аккенженове он не требовал привлечь его к уголовной или административной ответственности, а указывал на сомнительные моменты в нефтяной сфере и просил в них разобраться.
«Хочу обратить внимание, что в постах в отношении Аккенженова, такие слова, как “привлечь”, “расследовать” отсутствуют. Они вырвали из контекста слово “коррупция” и сказали, что его обвиняют в коррупции. Но, изучив обвинительный акт, я так и не понял, о каком именно из 18 коррупционных преступлений совершил донос Адилбеков. В обвинительном акте нет ни слова о том, что Адилбеков обвинил Аккенженова во взяточничестве, в покрывательстве или в каком-либо другом преступлении. Тогда в чем именно обвиняют моего подзащитного? Обвинение не может быть расплывчатым, оно должно быть точным», — заявил Маутканов в ходе прений.
Адвокат считает, что следователи должны были рассматривать тексты целиком, а не вырывать отдельные слова из контекста. Проанализировав данные из открытых источников, Адилбеков писал об имеющихся у него подозрениях о коррупционных рисках при распределении нефти и о связях вице-министра Аккенженова с бывшим зятем Карима Масимова – Азаматом Капеновым.
«Надо смотреть на текст, как он написан. Уважаемый суд, они говорили, что у нефтяной отрасли нашей республики есть проблемы и просили проверить их доводы. Но они это не утверждают. Они лишь приводят то, что лежит на поверхности. Есть связь Аккенженова с Капеновым? Есть. Нужно ли проверить? Нужно. Почему? Потому что, извините, у нас Масимов хотел произвести госпереворот, а это его родственник. Нужно проверить, не контролирует ли человек Масимова основной ресурс нашего бюджета — нефтяной рынок. Нужно ли проверить, что предприниматели страдают от неправомерного распределения? Нужно», — сказал Маутканов.
Адвокат также отметил, что до задержания Адилбекова его посты в «Дикой Орде» о вице-министре Аккенженове, топ-менеджере столичного аэропорта Юсуфе Альжавдере и журналистке Гульжан Ергалиевой не были известны широкой общественности.
«Его посты никому не сдались, другие редакции их не репостили. Вся шумиха началась после задержания. Ложный донос может затрагивать интересы потерпевших и свидетелей, которые будут тратить время на дачу показаний следственным органам. Аккенженов ходил куда-то по поводу этих постов? Он пострадал, по сути, от того, что сам подал заявление, после чего его начали вызывать в суд. Замечу, что в здание суда он так и не явился ввиду занятости. Он сам пострадал от своего заявления и теперь хочет переложить эту вину на моего клиента. А по постам моего клиента его никто никуда не вызывал. В отношении него даже не проводилось никакой проверки. Она началась после задержания Адилбекова. А самое главное, в результате ложного доноса могут пострадать невиновные. Кто у нас пострадал? Хоть один человек вышел и сказал: “Альжавдер, ты оказывается такой нехороший!”? А по поводу интервью Ергалиевой люди высказывали свое мнение и до постов Адилбекова», — заявил адвокат.
Защита настаивает, что журналист Адилбеков и нефтетрейдер Ерлан Саудегеров не совершали уголовного преступления, а свою честь, достоинство и деловую репутацию потерпевшие могут отстаивать в гражданском порядке.
Напомним, журналиста журналиста обвиняют по двум статьям — «Ложный донос» на вице-министра энергетики Ерлана Аккенженова и «Распространение заведомо ложной информации» о журналистке Гульжан Ергалиевой и топ-менеджере аэропорта Астаны Альжавдере Юсуфе М. Второй обвиняемый фигурирует только в эпизоде, связанном с вице-министром Аккенженовым. По версии следствия, он якобы предоставил журналисту ложную информацию, которую тот затем разместил в анонимном Telegram-канале «Дикая Орда».
16 октября прокурор запросил для Данияра Адилбекова – 5 лет колонии за посты в Telegram-канале «Дикая Орда», Ерлана Саудегерова – 4 года колонии.