Четыре года назад я ездил в Боголюбово посмотреть храм Покрова на Нерли. Это один из первых построенных каменных храмов на Северо-Востоке Руси. Построен он в 1165 году Андреем Боголюбским. И я знал, что это не самый первый каменный храм, построенный на Руси. Старее его было пять храмов, но до наших дней сохранилось только два храма – в Кидекше и Переславле-Залесском, построенные в 1152 году. Но тогда я не смог проехать и посмотреть их.
И вот в августе 2024 года я поехал в Суздаль на празднование 1000-летия основания Суздаля. А недалеко от Суздаля находится храм Бориса и Глеба в Кидекше.
Ки́декша — село в Суздальском районе Владимирской области России, населением чуть более ста человек. Расположено это село при впадении реки Каменки в реку Нерль, в 4 км к востоку от Суздаля.
Топоним «Кидекша», вероятно, имеет финно-угорское происхождение. Начальный слог «ки» по мерянски означает «камень», а второй слог «кша» означает «вода» или «река». Таким образом, слово Кидекша может означать «каменистая река».
Кидекша как укреплённое поселение существовала давно. В Степенной книге, являющаяся одним из крупнейших памятников русской исторической литературы XVI века и повествующий о русской истории с древнейших времён, сообщается, что здесь располагалось становище святых князей Бориса и Глеба на пути их в Киев.
Но первое упоминание в летописях относится к 1152 году, когда Юрий Долгорукий построил здесь церковь Бориса и Глеба. Кидекша во времена Юрия Долгорукого являлась отдельно стоящим укреплённым княжеским городом. В 1155 году Юрий Долгорукий уехал княжить в Киев, где через некоторое время умер. Сын Долгорукого, Андрей Боголюбский, предпочел построить новую резиденцию в Боголюбово, и Кидекша потеряла свой княжеский статус. В 1238 году Кидекша была разорена татаро-монголами. В XIV веке на этом месте располагался только монастырь.
В Кидекше сохранился архитектурный ансамбль XII—XVIII веков, включающий ранний памятник владимиро-суздальского зодчества, первую белокаменную постройку Северо-Восточной Руси — церковь Бориса и Глеба. Церковь построена в 1152 году, но сильно перестроена в XVII веке. Сохранились фрески XII века. Это кубический одноглавый трёхапсидный храм, монументальный крепостной облик которого ещё близок сооружениям Новгорода и Пскова. Детальная обработка фасадов очень скупа.
Позднее к нему добавились памятники, характерные для суздальского зодчества: Святые ворота (конец XVII — начало XVIII веков), которые вели к спуску на реку, тёплая церковь Святого Стефана (1780) и шатровая колокольня (XVIII век).
Церковь Бориса и Глеба с 1992 года является составной частью объекта Всемирного наследия ЮНЕСКО «Белокаменные памятники Владимира и Суздаля».
Помимо этого, сохранились остатки древних оборонительных валов. Одна из трех улиц в Кидекше называется Центральная и является частью древнего пути из Суздаля в Городец. Этой дороге более 850 лет.
При Юрии Долгоруком во Владимиро-Суздальском княжестве было построено пять белокаменных храмов, из которых до нашего времени дошли только два: Борисоглебская церковь в Кидекше и Спасо-Преображенский собор в Переславле-Залесском. Они — самые древние белокаменные постройки Северо-Восточной Руси. Белокаменные храмы стали «визитной карточкой» Владимиро-Суздальского, а затем и Московского княжества. После Юрия Долгорукого традицию белокаменного строительства продолжили Андрей Боголюбский, Всеволод Большое Гнездо, Святослав Всеволодович, Юрий Всеволодович, Константин Всеволодович.
Батыево нашествие лишь ненадолго задержало развитие белокаменного строительства, и уже вскоре появляются белокаменные храмы в Твери, Москве, Коломне, Нижнем Новгороде, Можайске, Звенигороде, Старице, Угличе, Сергиевом Посаде. Из белого камня при Дмитрии Донском были возведены стены Московского Кремля. Одной из последних крупных белокаменных построек стал Успенский собор Московского Кремля (1475–1479 годы, архитектор Аристотель Фиораванти).
Почему во Владимиро-Суздальском княжестве при возведении храмов начали использовать белый камень — известняк? Ведь белый камень был на порядок дороже обожжённого кирпича, его добыча, обработка и транспортировка тоже были отнюдь и не дёшевы, и неудобны.
Белый камень везли водным путем — по Москва-реке, далее в районе нынешних Мытищ волоком в речку Ворю, оттуда по Клязьме во Владимир. Затем вверх по Нерли — в Суздаль, Кидекшу, Юрьев-Польский, Переславль-Залесский… Во всех этих городах мы обнаруживаем древние белокаменные храмы. Стоимость транспортировки составляла до 80% стоимости храма, ведь по воде предстояло пройти более 500 км!
Возведение белокаменных храмов требовало мобилизации ресурсов всего княжества. Тем не менее, было нечто такое, что заставило Юрия Долгорукого и его потомков отдать предпочтение именно этому строительному материалу. На протяжении более чем 300 лет все самые лучшие храмы на Руси возводили из белого камня. На этот период падает и период междоусобиц, и ордынское иго, когда страна не имела возможности сорить деньгами.
По одной из версий, строителями храма в Кидекше могла быть артель галицких мастеров — с начала XII века белокаменное строительство распространяется в Галицко-Волынском княжестве, которое по своим традициям было близко Европе.
На белокаменные храмы Галицкой и Северо-Восточной Руси большое влияние оказала романская и готическая архитектура Западной Европы. В пользу этого говорят многие заимствования в архитектуре, например, столь излюбленный в древнерусском зодчестве аркатурный пояс, орнаментальный и зооантропоморфный декор, перспективные порталы и др.
Несмотря на геополитическое противостояние, культурное воздействие Западной Европы было очень велико. К XII веку самые значительные соборы строились там из камня, символизируя мощь и величие молодых государств. Из кирпича строились второстепенные церкви и хозяйственные постройки. Возможно, что суздальские «каменных дел мастера», возводившие, в том числе, и церковь в Кидекше, учились в Европе, ездили в Западную Европу, перенимая опыт и секреты мастерства западноевропейских зодчих, а потом перенесли это на родную почву, творчески переосмыслив мономаховы традиции.
Вполне возможно, что именно это во многом и предопределило симпатии Юрия Долгорукого к белому камню — как «имперскому» строительному материалу, символизируя вхождение Владимиро-Суздальской Руси в число ведущих европейских держав.
Во времена ордынского лихолетья белокаменные храмы символизировали величие и мощь ставшей легендарной к тому времени Древней Руси. Отказаться от них было равносильно потере своей идентичности. То, что начиналось как подражание имперскому стилю, утверждение мощи Владимиро-Суздальской Руси и её вхождение в число ведущих европейских держав, впоследствии стало традицией, цементирующей национальное самосознание. Может потому нам так бередит душу белоснежный храм Покрова на Нерли?
Именно Борисоглебская церковь положила начало строительству белокаменных храмов Владимиро-Суздальского княжества. Стиль Борисоглебской церкви сдержан и лаконичен - она лишена богатой белокаменной резьбы, присущей храмам Владимира и Юрьев-Польского. Фасад церкви в Кидекше украшает лишь аркатурным пояском. Впоследствии такие «пояски» станут обязательным элементом резьбы Владимирских храмов.
Церковь Бориса и Глеба — одноглавая, четырёхстолпная, трёхапсидная. Сложена из прекрасно отёсанных и положенных почти насухо квадров качественного белого камня. В плане храм без учёта апсид очень близок к квадрату. Наружные лопатки делят стены на три неравных прясла (средние прясла шире и выше боковых). Уступообразное сужение наружных лопаток создаёт «перспективность» прясел. Внутренние лопатки соответствуют наружным, соответствуют им и крещатые столпы. Размеры Борисоглебской церкви, общие пропорции, конструктивные особенности близки ещё одному сохранившемуся храму 1152 года — Спасо-Преображенскому собору в Переславле-Залесском. В связи с этим верх храма достаточно адекватно реконструируется по аналогии со Спасским собором.
Церковь, по-видимому, задумывалась как главный собор городка Кидекши на восточных границах Суздальского княжества, что и отразилось в сдержанности её внешнего декора и простоте линий. Впрочем, и здесь наблюдаются очевидные параллели с западноевропейским романским искусством, чуть более ярко проявившиеся в других памятниках храмового зодчества Владимиро-Суздальской земли. В частности, обращает на себя внимание аркатурный пояс из так называемых «ломбардских арок», делящий боковые прясла храма на два яруса. Характерен перспективный портал входа очень простого профиля — в виде трёх уступов (сохранился только с северной стороны) — с немного вынесенным замковым камнем на передней арке. Над аркатурным пояском в пряслах — поребрик.
Церковь закладывалась Юрием Долгоруким в честь небесных покровителей его сыновей Бориса и Глеба, получивших имена первых прославленных в земле Русской святых — покровителей княжеского дома. Эту церковь построили из белого камня и посвятили церковь первым русским святым, князьям Борису и Глебу, поскольку именно в Кидекше состоялась встреча двух братьев. По преданию на этом месте встретились и раскинули свой стан братья Глеб и Борис, когда они ехали в 1015 году на встречу с отцом Владимиром Святославичем (Красно Солнышко) из своих княжеств. Один из сыновей, Борис, в то время княжил в Ростове, а другой, Глеб, — в Муроме. Позднее, их убил старший брат Святополк, хотевший занять место отца.
Кидекшская церковь послужила усыпальницей для одного из сыновей Юрия Долгорукого — князя белгородского и туровского Бориса Юрьевича, умершего в 1159 году. Здесь же погребена его жена Мария (ум.1161) и их дочь Ефросиния (ум.1202).
Во время нашествия татаро-монгольского войска город был полностью сожжён и разграблен. Случилось это в 1238 году. Но уже в 1239 году здание церкви Бориса и Глеба было отремонтировано и освящено, и в нём, вероятно, было устроено белокаменное седалище и резная алтарная преграда. Но вскоре сам городок захирел, и его жители переселились в соседний Суздаль. В «Списке русских городов дальних и ближних» (XIV—XV века) Кидекша не значится.
В начале XVII века глава и часть сводов церкви обрушилась. Почему произошло обрушение – неизвестно. Но можно предположить, что мастера только учились на этом храме возводить каменные сооружения. Возводя это первое каменное здание, они в чем-то ошиблись или допустили просчет. Может быть они не учли основание под фундаментом. На эту мысль наталкивает то, что позже, при строительстве колокольни, они тоже не учли геологию и колокольня наклонилось.
Глядя на фасады храма видно, что архитектура здания еще очень простая. Нет тех резных украшений, которые позже появились на храмах Боголюбова, Владимира.
В 1660-х годах глава, своды и восточные столпы храма были разобраны полностью, а апсиды и восточные части северной и южной стен — до уровня аркатурного пояса. Не знаю из каких соображений, но здание церкви не было восстановлено в первоначальном виде. Восточные столпы были сложены вновь, но восточный неф не был доведен до высоты остальных нефов и ограничился по высоте с апсидами. Видимо, не хватило средств. Поэтому квадратный в плане храм укоротился и завершение храма было выполнено в урезанном виде. Два оставшихся нефа перекрыли четырехскатной кровлей с маленькой главкой. Позже с западного фасада пристроили притвор. От этой реконструкции храм только проиграл! В таком виде храм сохранился до наших дней.
А так должен был выглядеть храм Бориса и Глеба, если бы его восстановили в первозданном виде.
После того, как упразднили монастырь, церковь Бориса и Глеба стала приходской. Она не отапливалась. Поэтому в 1780 году построили отапливаемую церковь и назвали её в честь первомученика Стефана Архидиакона.
Помимо церкви на территории нынешнего монастыря стоит шатровая Колокольня XVIII века. Её называют падающей, так как наклон более 6 градусов, что является больше, чем наклон итальянской Пизанской башни (3,5 градуса).
Колокольня хорошо известна, как российская "Пизанская башня" или падающая колокольня. Она накренилась вскоре после постройки, возможно, потому, что под фундаментом были подвижные валуны. Но с разных точек наклон колокольни выглядит по-разному. С одной стороны, он почти не заметен, а с другой - кажется, что колокольня наклонена больше, чем на 6 градусов.
Вокруг архитектурного ансамбля имеется кирпичная ограда со Святыми вратами, построенная в конце XVII — начале XVIII веков. Святые ворота ведут к спуску на реку Нерль.
После осмотра церкви Бориса и Глеба у меня возникает один вопрос – почему нельзя восстановить храм в первоначальном виде? Например, так было сделано с храмом Покрова на Нерли. Тем более, что у нас есть аналогичный храм в Переславле-Залесском, который не был перестроен. И тогда бы мы имели оба самых первых храма на Северо-Восточной Руси в первозданной красоте.
А так у нас остается чувство глубокого неудовлетворения от созерцания храма в Кидекше. И ведь все в наших руках. Надо только сделать!
Конечно после яркого, искрящегося, насыщенного архитектурными памятниками и даже слишком "гламурного" Суздаля, Кидекша может показаться слишком скромной и невзрачной. Но место это наполнено таким покоем и умиротворенностью, что не посетить его невозможно для человека, любящего свою страну и желающего прикоснуться к истории Древней Руси.
Еще больше фотографий смотрите здесь - https://ok.ru/profile/554663728393/album/968523864585
или смотрите здесь -
Александр Антоненко, архитектор.