Зрелище абсолютно невменяемое, нереальное и абсолютно шокирующее - передо мной лежал младенец, именно младенец. Лежал на полу из извести и подавал голос. Он лежал голый, прямо на известке и …. никакой подстилки, никакого одеяла, он даже не был спеленат - просто голый младенец на известке внутри церкви! И он каким-то невообразимым светом выделялся в этом сумраке.
Я сделал несколько шагов по направлению к нему, я уже стою над ним, вот он передо мной. Это мальчик, а вот и пуповина- точнее место, где пуповина должна быть. Сам младенец какой-то мокрый и склизкий, но непонятно, как он мог здесь очутиться, я не видел, как рождаются дети - десятки козлят рождались у меня на руках, липкие и грязные, все в каких-то остатках внутренней плоти, но этот человеческий младенец был первым ребенком, который родился буквально на моих глазах.
Но почему у меня на глазах? Я никого не видел, да и не было никого рядом, где та женщина, которая была его матерью? Я этого сказать не мог. На полу не было ни одного следа- только следы веток, которыми метут пол. Как он мог родиться на моих глазах, если рядом не было матери? Куда она делась, и как произошло рождение – следов не было!!?
Но это еще не все, я чувствовал, что мне становиться все хуже и хуже. Я чувствую, что рассудок пытается покинуть меня, мозг перестает обрабатывать информацию и с наслаждением хочет принять какую-то элементарную истину.
Нигде нет матери младенца, он брошен на пол, хоть и выметенный, но эта известка, этот камень - он ледяной. Что у него с пуповиной? – я стараюсь ее рассмотреть, но не могу ничего понять – у него нет ни пуповины, ни того места, куда она прикреплялась – обычно у козлят, если она сама не обрывается или коза ее не перекусывает, то пуповину я обрываю или обрезаю после рождения. Но у него нет пуповины – только место где она была когда-то, быть может несколько месяцев назад или даже лет. Хотя он выглядит, как только рожденный младенец, которому нет и нескольких часов – только минуты отрывают его от утробы матери.
Судя по всему, тот первый крик - это первый крик появившегося на земле человека.
Я протягиваю к нему руки и беру его, он крошечный, как маленький козленок- я уже давно не держал таких крохотных. Сколько он весит - не больше 3-4 килограммов, он весь мокрый и скользкий, противный ли он? Нет. В своей липкости и грязи – он какой-то необычайно чистый и прекрасный. Я начинаю его прижимать к себе. Хотя и сам в грязной рубашке, но я его прижимаю, и мне кажется, что он прижимается ко мне, что от него идет какая-то энергия, теплота и свет.
Что происходит? Он молчит, я боюсь посмотреть на него, я прижимаю его к себе – то ли хочу погреть, то ли хочу погреться от него. Скорее всего я хочу защитить его и защититься от всех напастей и горестей , которые есть у меня, я хочу, чтобы мы вместе защитились от той суеты и грязи, которая есть в этом мире.
Я несу его к выходу, прижимая его к груди, младенец молчит, и мне кажется, что он внимательно смотрит на меня. Я не могу на него посмотреть, особенно ему в глаза – он слишком близок к моей груди, он уже мое Я.
Каждый шаг, каждое мое движение отдается гулко в высоком своде – церковь очень высокая и преображает звук с неповторимым эффектом. Как только я зашел в церковь, младенец не издал ни одного звука, только смотрел на меня и слушал стуки моего сердца, так мне во всяком случае показалось! Кто кого нашел и кто кого несет – сейчас для меня становится абсолютно непонятно.
Я выхожу на свет. Меня окружают козы – удивительное дело, такой привычки у них нет - обычно они пасутся сами по себя и приходят только тогда, когда я их зову.
Но сейчас я не могу сказать ни одного слова, не сделать ни одного крика – я просто боюсь потревожить младенца.
Но козы окружают нас и смотрят на меня, как будто спрашивают – откуда этот малыш взялся?
Какое им дело? Это мой малыш, это мой младенец!
Я несу его к дому, открываю дверь, кладу его на кровать – он не произносит ни слова, ни звука!
Он молчит и только теперь я могу посмотреть ему в глаза! Я вижу, что он очень внимательно смотрит на меня и смотрит не взглядом младенца, а взглядом взрослого человека (человека ли?), обладающего жизненным опытом не менее моего.