Как только я, по мнению моей мамы, стала понимать, что есть что, она тут же стала насаждать мне очень важное для девушки понятие – понятие ЧЕСТНОСТИ. Только как-то у мамы получалось это через какие-то нестыковки в формулировании идеи.
Честность девушки заключалась в сохранении невинности до замужества. Ничего не имею против этого, скажу больше, даже приветствую. И в тоже время, выйдя замуж можно было уже честной не быть. Это следовало из фразы типа: «Главное замуж невинной выйти, а если не оценят, свое наверстаешь».
Всегда ставила себя в пример. С чего именно брать надо, было этот пример, не уточнялось. Я так поняла – сначала надо выйти невинной замуж, а там уже разберемся, так как понятие «оценит», «не оценит» тоже понималось смутно.
В дни моей юности как говорится, с е к с а не было. Откуда только дети брались не понятно. Помню, как искренне изумилась, увидев первый раз беременную студентку в стенах университета. А слова ректора на дне первокурсников в напутственной речи «Вы теперь студенты, взрослые люди, влюбляйтесь, женитесь, только с детьми не торопитесь…» озадачили.
Что, теперь все можно? Ну, влюбляться и жениться. С таким пониманием к моей «невинной проблеме» как мой первый парень Валера, никто больше не относился. Он выдержал полтора года воздержания (а может быть, я просто не все знала) с пониманием, но расстался со мной с облегчением.
Мамина теория по поводу нашей дружбы была потрясающей: «Если любит – не тронет. А если ему приспичит, найдет, где это получить». У меня от одной мысли, что Валерка что-то где-то ищет, бросало то в жар, то в холод. Остались друзьями, но видимо его мужское самолюбие было задето.
Однажды я, приехав из стройотряда, попросила его подтвердить, что между нами были отношения, но не «серьезно-взрослые», грубо говоря, мягко выражаясь – не спали мы. Подтверждения требовал студент-физкультурник, так как отказывать парням по известной причине у меня уже вошло в привычку. Валерка рассмеялся. Встречаться и объясняться с физкультурником не стал.