О критической ситуации, складывающейся в аграрном комплексе, сообщил бывший глава Минсельхоза Александр Ткачёв. По его словам, российский агропром испытывает острый дефицит рабочих рук и, если не принять срочные меры, уже через три года в сельском хозяйстве произойдёт катастрофа. Впрочем, решать эту проблему Ткачёв предлагает совсем не так, как, казалось бы, подсказывает логика.
Дефицит кадров в агропроме признают и на официальном уровне. Как сообщала летом глава Минсельхоза Оксана Лут, сейчас отрасли не хватает минимум 200 тыс. человек. Учитывая, что указ Владимира Путина предполагает 25-процентное увеличение объёмов выработки сельхозпродукции к 2030 году, ситуация складывается тревожно.
Ранее о разрастающемся кризисе в сельском хозяйстве известил экспертный совет при правительстве России, подготовивший осенью прошлого года соответствующий доклад. Его авторы прямо констатировали: село вымирает. Ежегодно в города переезжают тысячи селян, что в результате и приводит к нехватке кадров. При этом, подчёркивают авторы доклада, отдельные показатели прироста сельского населения не должны успокаивать. Наоборот, их следует поставить под сомнение, поскольку достигаются они в основном за счёт гастарбайтеров, которые приезжают в сёла не для того, чтобы трудиться, а только чтобы сделать там регистрацию и затем уехать в большой город.
Причины вымирания сёл в докладе также описываются без обиняков. «Среднедушевые располагаемые ресурсы сельских домохозяйств были ниже, чем городских на 33% в 2022 году. По различным оценкам, уровень бедности сельского населения выше городского в 1,5–3,0 раза. Уровень сельской безработицы устойчиво превосходит городскую более чем в 1,5 раза. Проживание на сельских территориях является одним из трёх факторов риска для попадания в состояние хронической низкооплачиваемой занятости», – говорится в документе. Неудивительно, что даже сами селяне не хотят своим детям судьбы «вечно бедных». В ходе соцопроса, проведённого государственным ВЦИОМ, только 2% респондентов ответили, что пожелали бы своим детям работать в сельском хозяйстве.
Усугубляют ситуацию текущие перемены в экономике. Бурный рост зарплат в госсекторе, наблюдающийся в последние два года, привёл к тому, что деревенскому жителю стало намного выгоднее уехать в город и устроиться на предприятие оборонного комплекса. Упоминают авторы доклада и мобилизацию, отмечая, что основной набор осенью 2022 года происходил как раз из малых городов и сельской местности. В итоге уже в начале 2023 года спрос на работников сельскохозяйственной отрасли в регионах Черноземья вырос на 35%. К числу территорий, где ситуация с сельской занятостью складывается наименее благополучно, составители доклада также отнесли регионы Зауралья и Северо-Кавказского федерального округа. Не хватает практически всех – от рабочих до агрономов.
Решать проблему члены экспертного совета советуют комплексно – начиная с улучшения инфраструктуры в сельской местности для повышения качества жизни. Также предлагается ввести налоговые льготы, упростить регистрацию земельных участков и т.д. Тем временем Александр Ткачёв хочет использовать иной метод: заставить выпускников аграрных вузов отрабатывать на селе несколько лет после обучения, поскольку сейчас работать в АПК идут только 50–70% студентов. «Нужно платить тысяч 150 [рублей] доярке, чтобы она осталась. [Чтобы] молодая девушка, окончив школу, потом ПТУ, вернулась на ферму – 150–120 [тыс. рублей], тогда может быть, – возмущается Ткачёв. – У нас нет этих средств».
Насчёт «нет средств» экс-министр, конечно, лукавит. Связанный с ним Агрокомплекс им. Н.И. Ткачёва по итогам прошлого года получил чистую прибыль в размере 13,8 млрд рублей – на 3,2 млрд больше, чем в 2022 году. И главный вопрос – почему г-н Ткачёв решил, что доярка не имеет права требовать себе такой зарплаты? Ухаживать за коровами и вставать до зари на утреннюю дойку – удовольствие не для каждого. Была бы очередь желающих – зарплаты были бы ниже, а так действует закон рынка: выше спрос – больше цена. Производственники годами жаловались на нехватку рабочих, но стоило на заводы пролиться денежному дождю, как токари и сварщики тут же нашлись. Может быть, и аграрным олигархам пора понять, что труд не может стоить дёшево? В конце концов, у доярки всегда может возникнуть резонный вопрос: если семья Александра Ткачёва за годы его работы на госслужбе каким-то образом стала одним из самых крупных землевладельцев в Европе, то почему она должна гробить своё здоровье за копейки, увеличивая богатство экс-министра?