Глава 38
Алексей отвёз Бухаева в психологический центр. По пути туда Иванов то и дело подкалывал напарника на тему возможной симпатии психолога Лилии Сергеевны по отношению к Михаилу. Бухаев никогда раньше не смущался от того, что над ним могли пошутить. Но, когда его напарник подкалывал его про Лилию Сергеевну, то Бухаев становился красным как рак прямо на глазах.
— Так, мы приехали, надо быстрее сваливать из этой машины, пока она не покраснела вместе со мной, — проговорил Бухаев, быстро вылезая из машины Алексея.
— Ага, ага, спеши к возлюбленной, — напоследок подколол напарника Иванов.
— Ну, ты и паразит, — ответил Бухаев.
— Ха-ха-ха, — иронично засмеялся Иванов, уже отъезжая.
— Так, что же ей от меня надо? — с интересом, думая о Лилии Сергеевне, произнёс Михаил.
Бухаев зашёл в центр, сказал охраннику о своём запланированном визите и поднялся на лифте на третий этаж. Выйдя из лифта, Михаил подошёл к кабинету Лилии Сергеевны и замер на пару секунд, перед тем как постучать в дверь. Разглядывая число сорок на двери, обозначавшее нумерацию кабинета, Михаил очень быстро прикинул варианты того, зачем он понадобился психологу. Бухаев уже было совсем приготовился постучаться в дверь, как внезапно передумал.
— Ну, на фиг, отсутствие манер - это наше всё, — опустив руку, Михаил просто открыл дверь.
— О, как вы резко вбежали сюда, — произнесла улыбнувшаяся Михаилу Лилия Сергеевна, робким движением руки заправив выбившийся локон волос за ухо.
— Ну, вот он я пришёл к вам. У вас какие-то вопросы. Что я снова натворил? — улыбнувшись в ответ, спросил Михаил.
— Ничего вы не натворили, Михаил, я…просто хотела извиниться за своё поведение, — произнесла Лилия Сергеевна, вставая из-за своего рабочего стола.
— А что с вашим поведением не так? Вы были трезвая, не под наркотиками, — сказал Бухаев.
— Эмм, простите? — не поняла Лилия Сергеевна.
— Это была шутка, — улыбнулся Михаил.
— Ах, ха-ха, да, своеобразный у вас юмор, — негромко засмеявшись, сказала Лилия Сергеевна.
— Единственный в своём роде, можно сказать, — с гордостью заявил Бухаев.
— Присаживайтесь, — предложила Бухаеву Лилия Сергеевна, указав на диван напротив.
— Подождите, ну так вы меня помириться позвали или ещё что-то? Просто понимаете, у меня теперь всё в порядке, глюки всякие прошли, — сказал Бухаев.
— Так быстро? — удивлённо спросила Лилия Сергеевна.
— Конечно, я ж суровый русский лейтенант. Не только психологические проблемы поборю, но и шизе всякой могу накостылять, — снова с гордостью произнёс Бухаев.
— Михаил в том то и дело, что я хотела обсудить и ваши психологические проблемы тоже. То, что вы так быстро разобрались с вашими более серьёзными проблемами, это хорошо. Но нельзя игнорировать проблемы психологического характера. Тем более, что они не менее серьёзные, а, лишь просто другие, то есть иного рода, — сказала Лилия Сергеевна, присев на диван напротив.
Пока Лилия Сергеевна всё это говорила, Михаил заметил в окне, позади неё, на крыше небольшого параллельного дома, плавно приземлившегося капитана Дядяйкина. Михаил нагнулся всем своим корпусом вправо, чтобы посмотреть на своего пернатого друга. Тот издалека поднял свою гигантскую лапу и показал когтем в сторону Бухаева, как бы намекая : «Я слежу за тобой».
— Михаил! Михаил! — окликнула Лилия Сергеевна отвлёкшегося Бухаева.
— А, да, что? — сумбурно спросил Михаил, вернув своё внимание на собеседницу.
— С вами всё в порядке? — спросила в ответ Лилия Сергеевна.
— Да, в полном, — ответил Михаил, снова посмотрев в окно и не заметив там попугая.
— Вы смотрите в окно. Вы там что-то заметили? — спросила психолог.
Михаил, снова, посмотрел на окно с целью увидеть там хоть что-то интересное и нефантастическое, чтобы как-то оправдать своё поведение.
— Вы любите кактусы? — спросил Бухаев, заметив на подоконнике кактус в горшке.
— А, ну да, — ответила, улыбнувшись, Лилия Сергеевна.
— Готов поспорить, что в этом кактусе есть какой-то психологический смысл, я прав? — спросил, улыбнувшись, Бухаев.
— Вы разбираетесь в психологии, — будто бы нарочно похвалила Бухаева Лилия Сергеевна.
— А как же не разбираться? Работа следаком – дело тонкое, — с гордостью, произнёс Бухаев.
— Этот кактус напоминает мне о моих клиентах. Они так же могут обрастать иголками, могут и меня уколоть, пока я пытаюсь пробиться к сути их проблем. Но я продолжаю дальше им помогать, как этому кактусу. Я продолжаю его поливать, — сказала Лилия Сергеевна, сделав задумчивое лицо.
— Ну и как? Иголки ваших клиентов отпадают? — улыбнувшись, спросил Бухаев.
— Как правило, да, — ответила Лилия Сергеевна.
— Я это спрашиваю, потому что у кактуса- то его «шипы» свирепее становятся по мере того, как он растет, — снова улыбнувшись, сказал Бухаев.
— Аха-ха, — довольно искренне засмеялась Лилия Сергеевна.
— Видите, я ещё и в юморе разбираюсь, — продолжая улыбаться, сказал Михаил.
— Это точно. Михаил, я хотела бы поговорить с вами о вашем детстве, — сказала Лилия Сергеевна.
— А что с ним не так? — спросил Бухаев.
— О, нет, вы не подумайте, я не намекаю на то, что с вашим детством было что-то не так, просто это обыкновенный вопрос с целью…, — начала объяснять Лилия Сергеевна.
— С целью выявить психологические травмы детства? Ха-ха, знаю я все эти фрейдистские штучки, поэтому скажу сразу, что проблем не было. Да, и вообще, что мы об этом разговариваем? Мы только что мило общались, и тут на тебе, какое у меня было детство? Шикарное! Отец не бил, мама тоже, бабушка не била, дедушка тоже, старший брат…, — неожиданно упомянув брата в конце своей длинной речи, Михаил невольно разволновался.
Лилия Сергеевна, возможно, поняла в тот момент что-то с психологической точки зрения, но она не стала дальше вытягивать информацию из Михаила.
— Так, мне звонят, можно я отвечу?— произнёс Михаил, заметив, что ему звонил Иванов.
— Да, конечно, ответила Лилия Сергеевна.
— Да, аллё, Лёх, — ответил Михаил.
— Я тебя жду внизу, поехали, проследим за огурчиком, — сказал Алексей.
— Ага, сейчас спущусь, — обрадовался Михаил, что у него появился вполне законный предлог уклониться от дальнейшей беседы.
— Вам надо уходить? — печально спросила Лилия Сергеевна.
— Ага, долг зовёт, плюс у нас с вами нарисовался не особо приятный диалог, поэтому я хочу уйти и сохранить приятное ощущение от нашей встречи, — ехидно улыбнувшись, сказал Бухаев.