Мы вместе уже больше семи лет, хотя официального штампа в паспорте нет.
Я - Мира, а он – Андрей, старше меня на двенадцать лет.
Он - моя первая настоящая любовь, не сказочная, а вполне себе приземлённая, со сложными историями и моими собственными ошибками.
Все закрутилось странно с самого начала.
Андрей – не красавец, и поначалу я воспринимала его просто как друга, если честно, он даже казался мне немного занудным. Я была подростком, мне только исполнилось 17, и мысли мои в то время были забиты совсем другими вещами – весельем, романтикой, беззаботностью.
А вот Андрей был глубже, вдумчивее, чем все парни моего возраста, и, пожалуй, этим меня и притягивал, хотя я и сама тогда этого не осознавала.
В начале наших отношений я однажды изменила ему.
Не из злого умысла, а скорее из глупости и желания доказать себе, что я — самодостаточная женщина, чуть ли не роковая красотка, способная на всё.
Я даже не восприняла это как измену, думала, что это своего рода игра, очередная попытка выглядеть старше и интереснее.
Но всё изменилось, когда Андрей попал в больницу.
Я приходила к нему каждый день, ухаживала, сидела рядом с ним. И однажды почувствовала, как что-то внутри меня изменилось. Он стал для меня всем, я вдруг поняла, что люблю его.
Я призналась ему в том, что случилось тогда, в начале.
На что надеялась — сама не знаю, думала, что честность что-то изменит.
Андрей слушал меня молча, а потом просто отошёл в сторону.
Неделю он исчез, ни звонка, ни слова, и я терялась в догадках, что же теперь будет. Но через какое-то время он вернулся, предложил поехать за город. Мы поехали, и я, как помню, сидела и ревела, а он тихо говорил, что уже ничего не будет так, как прежде.
Тогда я попыталась доказать ему свою любовь, а он, похоже, увидел во мне только обман. Я перестала краситься, старалась не привлекать лишнего внимания, жила для него, отдав всю себя. Но это отдалило нас ещё больше.
Так пролетело несколько лет, я начала терять к нему интерес, будто внутри что-то выгорело. А он, наоборот, стал больше говорить о семье, о доме, о будущем, которое я уже не могла себе представить рядом с ним.
Он сам всё чаще отпускал меня в компании друзей, не удерживал.
И в одной из таких компаний я встретила Артёма — высокого брюнета, моих лет, с которым было легко. Мы танцевали, болтали, он казался мне таким другим, и в его обществе я ощутила себя счастливой, лёгкой.
Со временем мы стали общаться всё чаще.
И в тот день, когда Андрей был в командировке, я встретилась с Артёмом. Что-то словно затянуло меня, и я не сопротивлялась. Мне не было стыдно – я чувствовала себя живой, а после даже смогла спокойно обнять Андрея и сказать, что люблю его.
И это правда, я любила его по-своему, просто иначе.
Шло время, и наши отношения с Андреем становились всё более изломанными, словно в них не хватало искренности, а было лишь что-то привычное.
Однажды мы так разругались, что даже подрались — настолько вышли из себя. Я оказалась в больнице, но и это не стало концом нашей связи.
Он приходил ко мне, говорил о прощении, но во мне что-то изменилось. Я уже не могла быть с ним так, как раньше. Даже когда он пригласил меня в наш загородный отель, где обещал просто поговорить, не прикасаться, я понимала, что всё равно не готова, меня разрывало от непонятного чувства отвращения и тоски.
Прошло лето, и я уехала в другой город.
Встретила там удивительного человека, с которым почувствовала себя собой. И всё же, по возвращении, снова встретилась с Андреем. Я видела его совсем по-другому: человека с добрым сердцем, надежного, преданного.
Только понимала, что мне теперь нужно больше, чем просто преданность. Он остался частью моей жизни, но уже не был моим «единственным». Я стала самодостаточной, научилась ценить себя и свои желания, а он так и остался тем, кто поддерживает меня в трудные моменты, но больше не является центром моего мира.
Теперь мы проводим время вместе, как друзья, и в этом есть своя польза.
Порой мне кажется, что мы — странные люди, которые, наверное, не смогут понять друг друга до конца и просто останутся хорошими знакомыми.