Здравствуйте. Меня зовут Агата. И я в ожидании своего приговора.
Приговора за убийство.
За окном не стихают митинги в мою поддержку. Ежедневно мне приносят пачки писем от сочувствующих мне. Законотворцы высказывают свои противоположные мнения касательно моей ситуации. Адвокаты ищут лазейки в законах. А я могу лишь ждать. Ждать и вспоминать.
Наверное, начало всему лежит в дне моего двадцатилетия. Многие ждут этого дня, чтобы отомстить своим обидчикам. Или снять с себя груз ответственности. Или начать новый виток своей жизни.
В 20 лет каждый житель моей страны получает лицензию. Лицензию дающую право на убийство. Одного. Двух. Трех. Есть монстры получающие “безлимит”. Но законы регулируют жизнь таких людей и в подобном режиме можно прожить лишь 15 лет. Затем наступает момент расплаты и местоположение этого человека выводится на все существующие карты. Это жестоко. Но родственники жертв таким образом могут отомстить.
Вернемся в день моего двадцатилетия. Именно тогда у меня отняли мое имя на следующие 4 года. Я перестала быть Агатой и стала Девяткой. Именно эта цифра теперь вытатуирована у меня на виске.
Этот день имел трогательное начало. Моя семья поздравила с праздником. Шарики, букеты цветов. Мой жених прислал видео поздравление, а лучшая подруга пригласила вечером в клуб. Все было прекрасно. Кроме одного, но. Нужно было подписать документы. Моя лицензия.
Выйдя из дверей муниципалитета я держала в руках кучу пакетов. Подарки от администрации города, полиции, от самых крупных фирм города и страны. Не так много людей, которые делают выбор подобный моему. Но за свою исключительность мы и получаем такое количество внимания. Теперь я понимаю насколько я ошиблась в своем выборе.
Куча пакетов мешала достать ключи от машины. Пытаясь открыть машину я уронила один из них. А затем последовала боль в затылке и темнота.
Я очнулась в комнате со стеклянными стенами. Яркий свет подсвечивал такие же комнаты с другими пленницами. Одна комната была пуста. На лицах девушек были татуировки с номерами. От 2 до 8. Мое лицо болело. Но зеркала не было. Я узнала свой номер после первого визита своего похитителя. Он запрещал мне называть свое имя. Он наказывал за то, что я откликалась на свое прежнее имя…
День за днем. Он не выбирал нас по порядку. Иногда всю неделю он проводил у меня. Напоминанием о его визитах остались еще не до конца отросшие ногти на руках и отсутствующие клыки. Мне повезло больше остальных. Я вышла оттуда.
Порядок наших цифр означал порядок нашей смерти. 2. 3. 4. 5. 6. 7. 8. 9. Только выйдя оттуда я узнала как их звали на самом деле. Кларисса, Ната, Джесси, Марина, Кристал, Элис, Ирма. До моего появления была еще одна девушка. Но агенты так и не узнали ее имени. Ее следов не нашли, а опознать в базе пропавших я не смогла, потому как не видела ее.
Камеры были звуконепроницаемы и единственным способом общения с соседками было писать на стекле. Это было очень редко. Он проверял наши окна. Мыл антизапотевающими растворами. И наказывал. Наказывал за общение. Джесси лишилась глаз за то, что назвала свое имя. Ради себя и друг друга мы молча наблюдали за судьбами за стеклом. Я провела там 3 года. Он не привел новеньких. Его лицензия была рассчитана только на 9 человек.
Настал день когда мне не кому было помахать в приветствии. После этого, его долго не было. А когда он пришел, то ничего не говорил, но я понимала что он пришел прощаться. Это был мой единственный шанс. Я не упустила его.
Но теперь я вновь сижу в клетке. Ведь я нарушила закон защищая себя. В моей лицензии значился 0.