Я хочу познакомить вас с ветеринарным врачом Алексеем Базылевским. Оказалось, что мы с вами учились примерно в одно и то же время в одном и том же городе и почти на одну и ту же специальность. Но получилось так, что я через 8 лет работы в аптеке ушел и сказал, что никогда больше туда не вернусь. Вы же полностью состоялись в своей профессии, но вы еще и построили бизнес. Вы руководитель ветеринарного центра доктора Базилевского. И мне очень хочется понять разницу между нами. Но явно же я что-то делал не так, а вы, скорее всего, в своей жизни делали что-то так.
Начнем мы с самого простого, как вообще люди выбирают свою специальность. Я расскажу сейчас очень кратенько, как ее выбрал я. На самом деле за меня выбрали родители. У нас был знакомый фармацевт, и он был довольно зажиточным человеком. И мне сказали, фармацевт, наверное, много зарабатывает. Иди в фармацию. Я не хочу винить своих родителей, я не знаю, кем бы я стал, если бы не их выбор, потому что, в принципе, мне моя работа, моя профессия нравилась. Я познакомился с большим количеством интересных людей, с которыми иду по жизни до сих пор. Ну, может быть, из-за каких-то своих психологических проблем я не мог работать с большим потоком людей, стоя на кассе, поэтому я из профессии ушел. А вы из профессии не ушли и в ней состоялись.
Алексей, я хочу у вас спросить, как вы выбирали профессию, как вот вы решили стать ветеринарным врачом?
Алексей Базылевский:
Наверное, не я выбирал профессию, она меня выбрала с самого детства. Всегда были дома домашние животные, кошки, собаки, попугаи, хомяки. И всегда требовалась какая-то им помощь. Кто-то болел, кто-то рождался и постоянно изучал все касательно их физиологии, условий содержания, того же размножения, даже акварельных рыбок. То есть, по сути, всегда дома были животные. И эта профессия выбрала меня. Да, были склонности, так скажем, к естественным наукам. Я не гуманитарий. Естественные науки, физика, химия, биология — это мои предметы. С ним была склонность, способность. Выбор стоял в естественных науках. Это медицина или ветеринария. При прочих равных я выбрал ветеринарию.
У меня тоже была склонность особенно к математике. Вы сказали, что с самого детства как будто бы профессия выбирала вас. Я помню, что я всё детство лежал в лор-отделениях с больными ушами, и я думал, ну, наверное, вырасту и стану лор-врачом. В итоге всё переиграли, я лор-врачом не стал. Я потом больше вам скажу, узнал, что лор-врачом стать довольно сложно, что лечебники первые пять лет учатся и даже не знают, каким врачом они станут.
На шестой год узнают, будет у него профиль хирургия или терапия, а вот когда ты уже лор, это буквально ты приехав в отделение, тебе говорят, нам не хватает лора, вы подходите, теперь вы лор.
Тут хочу спросить по поводу лечения кошек и собак. Вы же учились в ветеринарной академии, кажется, что там идет уклон на лошадей, коров. В какой момент вам объясняли, как лечить кошек и собак?
Алексей Базылевский:
Действительно, ветеринарная академия учит с уклона на сельхоз животных, и кошек и собак это факультативно. Где-то, да, конечно, есть отдельный предмет болезни мелких животных, но это общее понятие. И тех знаний, которые даются в учебных заведениях сельскохозяйственного профиля, их недостаточно для работы с домашними питомцами. То есть эти знания получаются уже извне, за пределами учебного заведения. Это конференции, это стажировки, это курсы, литература, куча-куча другой информации даже в соцсетях, в интернете. Уже доступно много информации, которую необходимо впитывать. Прежде всего, конечно, практика — это стажировки в других клиниках у других врачей.
То есть я могу даже резюмировать, что лечение кошек и собак, я подозреваю, что лечение кошек и собак сейчас это у вас основная деятельность, а когда вы учились, это было факультативно. Вы могли не посещать те факультативы. Не совсем так. Я изначально знал, что я хочу работать с домашними животными, поэтому в период обучения я очень углублялся в темы болезней собак, кошек, рептилий на тот момент очень много, попугаев, то есть домашних животных. по которым не проходило обучение в рамках программы.
А можно я уточню, вообще интернет тогда уже был?
Алексей Базылевский:
Да, конечно, был, но, конечно, доступной информации и достоверной было мало. Это в основном была, конечно, англоязычная информация, поэтому черпалась из зарубежных источников, и только-только зарождались огромные конференции онкологические. Вот я в Москве хирургическая в Санкт-Петербурге один из первых. Еще будучи студентом, я посетил первые эти масштабные такие крупные конференции. Я помню, как это зарождалось. Где освещались нововведения, какие-то новые методы, где разбирались клинические случаи. Это вот Только, так скажем, прорыв был. Это вот 2003, 2005, 2006 года, когда это все только начинало становиться.
Я попытаюсь даже это резюмировать. Вы обучались больше сельскохозяйственному профилю, то есть как будто бы вы должны заниматься больше лошадьми, коровами, но вы уже тогда понимали, что нужно разбираться с кошками и собаками, делали это фокусировано. сами, а ещё и в англоязычных источниках. То есть мало хотеть узнать, как там у собак, так это ещё нужно язык как минимум подучить английский.
Алексей Базылевский:
Да, у меня с английским не очень хорошо, у меня основной язык немецкий, поэтому это ещё хуже было. потому что литература была на немецком языке, основном, который я читал. Она тоже очень интересная, полезная и достаточно много информации, но найти такую литературу сложнее, чем англоязычную. Используются переводчики различные для того, чтобы понять контекст той или иной статьи, для того, чтобы разобраться. Но там научно много текста, поэтому всё быстро схватывается. Тем не менее, все равно в академии, где учится сельхоз, фундаментальные дисциплины, такие как физиология, патфизиология, остаются фундаментальными. Анатомия в большинстве своем, то есть это такие базовые знания, которые делают основу твоего восприятия и твоего мышления.
Я, кстати, тоже учил немецкий. Когда учили немецкий, медицинского немецкого почти и не было, даже в медицинском вузе. В основном это были истории чисто «Маша, как у тебя дела? Маша, как ты сегодня позавтракала? И куда ты, в принципе, идёшь?» Я помню, что я подучил немецкий в университете, закончил его и забыл навсегда. И он мне больше не пригодился.
Алексей Базылевский:
Мне пригодился, да, потому что основное направление университета в котором я развивался, самые лучшие эксперты и специалисты были в Австрии, Швейцарии, Германии. Коммуникация с ними происходила, соответственно, на немецком языке, и он в моей практике для того, чтобы развиваться, он был очень-очень важен. Даже больше, чем английский.
После окончания академии вы ещё пошли в аспирантуру. Я сейчас пару слов расскажу про свою магистратуру. После университета пошёл работать в аптеку. И мне как-то сразу не понравилось. Не то, что мне не понравилась моя специальность. Мне действительно было тяжело выдерживать поток людей. И я, поработав в аптеке несколько лет, я подумал, а может быть мне в науку пойти.
И вот я поступаю, я приезжаю, кажется, здравствуй, наука, а мне говорят, формально у нас магистранты — это преподаватели, преподаватели. Преподавателей жестко не хватает, вести занятия некому, поэтому вот веди. Я помню, я вел, например, три пары свои по своим часам, и на меня еще шесть пар мой научный руководитель свесил сверху, которая не хотела их вести, говорит, веди и мои тоже. Я даже не знал, имею ли я право подписи на этих занятиях, потому что формально должна была вести она, а вел я.
А вы пошли в аспирантуру. Как было у вас?
Алексей Базылевский:
Я пошел в аспирантуру для того, чтобы тоже заниматься наукой, развиваться. Понятно, что это полное разочарование и профанация. Не буду скрывать, что никакой науки у нас там нет. Это все на бумаге. Поэтому полное разочарование. Во-первых, поступление в аспирантуру — это особый квест для меня. Меня не очень-то любили в В академии. Ты до сих пор, мне кажется, до сих пор там не любит меня.
Давайте поясним, что вы были стипендиатом, то есть вы были выдающимся студентом, можно сказать. Вы учились это хорошо, но, видимо, вот такой пытливый ум, который много чем интересуется, много куда залезает. Ну, некрасивое слово, как будто, что когда ты ищешь, где мне поделать научную работу, с кем её поделать, в какой лаборатории, то есть тебе прям приходится со всеми коммуницировать. А я помню, в нашем ВУЗе была «Игра престолов». Ты можешь дружить с этим преподавателем. Ну тогда ты будешь воевать с этим. И вот вы, стипендиат, заканчиваете академию, хотите идти в аспирантуру, в науку и говорите, что были проблемы.
Алексей Базылевский:
Да, я стипендиат, президентский стипендиат, у меня прекрасный аттестат, но меня не рекомендуют в аспирантуру. Мне просто даже не дают бумагу для того, чтобы я мог поступить. Это опять какие-то козни, это интриги между преподавателями состава управленческой академии. Это некрасиво говорить, конечно, эта тема. Около 20 лет прошло после этих событий, но я не считаю, что это стоит умалчивать, потому что аспирантура — это, конечно, профанация и полнейшие интриги. Поэтому поступление в аспирантуру для меня было уже дело чести. Я поступил. Я сдал кандидатский минимум и благополучно попрощался с этим учебным заведением. Я не скажу, что все там плохо. Замечательные педагоги были, которые заложили мне фундаментальные знания, но также были и не очень хорошие, скажем, люди, которые препятствовали развитию не только меня, вообще всех любых других людей. Убивали в них и личность, и желание. И я знаю, что многие уходили потом из профессии или даже просто забирали документы, потому что... Это не было интересно.
Я правильно понял, вы сдали кандидатский минимум, и, возможно, значит, вы не защищались, да?
После того, как ты защищаешь диссертацию, ты становишься кандидатом наук. Однако в период обучения вышли некоторые изменения в законодательстве, и моя тема научной работы, называется, потеряла актуальность, потому что все темы, они должны иметь экономическую целесообразность. Моя тема потеряла актуальность. И слава богу, как это ускорило мое освобождение от аспирантуры, я сдал кандидатский минимум, получил диплом исследователя. По сути, это тот же кандидат наук, который просто не защищал виду обстоятельств темы, потому что у меня-то кандидатская написана была. Просто защищать нет необходимости, потому что кардинально изменились порядок в ветеринарной деятельности.