Мне было семнадцать, когда не стало моей подруги.
Мы были почти ровесницы, и ее уход казался мне чем-то невозможным — слишком рано, слишком глупо и несправедливо.
Ее звали Лера.
Мы познакомились в десятом классе благодаря нашей общей подруге.
С первой же встречи я почувствовала, что с Лерой легко быть собой, что ей можно доверить любое переживание. Мы общались немного, но настолько искренне, что казалось, будто знаем друг друга всю жизнь.
Поначалу мы учились в одном классе, но вскоре Лера вернулась в свою старую школу.
С тех пор мы общались реже, иногда переписывались, иногда встречались. Прошли выпускные, и в рутине первого курса мы практически перестали контактировать.
Шел декабрь, и я ждала своего дня рождения — 21-е число, как всегда, обещало стать для меня праздником.
Утром, когда мне едва исполнилось семнадцать, позвонила одноклассница. Голос у нее дрожал.
Никогда не забуду ее слова:
— Прости, что в такой день, но... Леры больше нет. Ванна, газовая утечка, она потеряла сознание.
Остальное я почти не услышала.
Помню только, как на меня обрушилась волна воспоминаний о нашем коротком, но ярком времени вместе. Всю боль я впустила в себя без остатка. И день рождения, и учеба на время потеряли значение.
На следующее утро мне стало плохо, поднялась температура, и родители не разрешили идти на похороны. Я ненавидела себя за то, что не попрощалась, что не проводила ее в последний путь.
Несколько недель спустя мне приснился странный сон.
Я иду к улице, где жила Лера, и вдруг вижу ее.
Она улыбается, сияет.
Перед поворотом она оставляет мне маленький конверт и машет рукой, как будто навсегда прощается. Я раскрываю письмо, мое сердце бешено стучит.
И на бумаге крупными, чуть небрежными буквами, написаны следующие слова:
*"Со мной все хорошо, не волнуйся. Я тебя прощаю."*
После этого сна мне стало немного легче, но все же горечь не покидала меня.
Я долго не решалась прийти к ней на могилу, страх будто бы сковывал меня, не позволяя сделать этот шаг. Словно боялась, что все воспоминания обрушатся вновь, став еще тяжелее.
Я вспоминала, как за месяц до ее смерти вечером кто-то постучал в мое окно, но, выглянув, я никого не увидела. Меня охватило странное предчувствие, хотя в тот момент я просто списала это на свои страхи.
Весной следующего года произошло еще одно потрясение.
В ту ночь я получила звонок — наша общая школьная подруга попала в аварию. Ее сбила машина, и, чудом выжив, она провела в коме неделю. К счастью, она успешно выздоровела, не получив значительных осложнений для своего организма.
Кстати, водитель даже не понес наказания. Его просто не нашли.
Этот случай был как продолжение цепочки несчастий, которые тянулись за мной с момента окончания школы, и каждый раз оставалось лишь ощущение несправедливости и горечи.
Много лет я никому не рассказывала об этом.
Сейчас у меня любимый муж и двое прекрасных детей - Костя и Лера.
Да, нашу дочь я назвала в честь своей покойной подруги, но меня до сих пор терзает чувство вины, что я отсутствовала на похоронах, и не смогла проводить ее в последний путь.