«Зашкрабало»!

Прозорливые умы Отечества заметили: в эпоху мощных преобразований реформаторы свою кипучую энергию тратят не только на решение производственных, экономических задач. Русскому языку от них тоже нет покоя.

К реформированию правописания они, правда, приступают не сразу. Вначале мозговую атаку сосредотачивают на переименовании городов, улиц, пароходов…Затем словообразовательный процесс подобно полноводной реке захватывает все большее пространство. Вспомним хотя бы лингвистические забавы революционной поры 1917-го. Именно тогда нашу речь «украсили» моссельпромами, раппами, шкрабами … Глава правительства Владимир Ильич Ленин не выдержал издевательского глумления над языком, был вынужден отложить другие важные дела и сесть за написание статьи, в которой по существу запрещал коверкать и засорять родную речь словесным мусором. Особенно возмутило руководителя государства слово шкрабы. В переводе сим «благозвучным» звучанием решили называть школьных работников. Подобное «шкрабанье» получило в стране такой размах, что люди, для которых культура речи не была пустым звуком, стали сочинять анекдоты, байки и частушки… Анекдот о Харитоновой Ульяне Яковлевне, пришедшей на прием к врачу, свою родословную ведет именно с тех приснопамятных лет.

В настоящее время на дворе ветер очередных революционных перемен, а потому «новояз» вновь вышел на передовую борьбы за лучшее завтра. С уверенностью можно утверждать, что сражается он с особым старанием и упорством. Взять, к примеру, матерные слова, они, того гляди, из ненормативной лексики займут свое законное место в активном словаре и тогда святое слово «мать» зазвучит намного выразительнее и понятнее. А почему бы и нет? Нынче помимо улицы добротные уроки по матерной лексикологии дают такие «классики», как Иван Барков, живший и творивший в 19 веке. На книжных развалах его творения появляются. Эдуард Лимонов сотворил в творческих муках литературный шедевр, в котором матерные слова играют, как утверждают исследователи его творчества, исключительно «важную» роль в раскрытии идейно-художественного содержания. Впрочем, не стоит удивляться: видные политики крепким словцом не прочь, то ли побаловаться, то ли потешиться.

Когда в 90-е годы страна окунулась с головой в очередную перестройку, революционный дух ее вновь не обошел стороной родную речь. Подобно Ниагарскому водопаду хлынули в наш великий и могучий кастинги, стагнации, секвесторы, паллиативные решения и т.п. Ну и, конечно же, аббревиатуры тут как тут, поскольку судьбоносное время без них, чего доброго, может потерять свою судьбоносность.

Представителям органов власти мёда не надо, чтобы творить абсолютно непонятные сокращения и усеченные названия в официальных документах. Вот какие перлы в настоящее время разгуливают в документах, в печатных средствах массовой информации на муниципальном уровне– ММЛПУЗ «ГБ №3», ООО «ЖКС», МУП «ЦДК ЖКХ»… Подобный набор иероглифов можно продолжать до бесконечности. Без помощи дешифровальщика разгадать их не так просто.

Среди перечисленных головоломок заинтриговала первая, в которой чуть ли не треть всего нашего алфавита. Оказывается за ММЛПУЗ «ГБ №3» скрывается не засекреченный военный объект, а всего лишь (наберись духу, читатель!) муниципальное медицинское лечебно-профилактическое учреждение здравоохранения «Городская больница №3». Лингвист с мировым именем Иван Александрович Бодуэн де Куртенэ от такого «неологизма» мог бы потерять дар речи и оказаться в этом самом ММЛПУЗ «ГБ №3». Тяжелый случай, сказали бы люди в белых халатах после консилиума.