В малой форме, от какого бы лица ни велось повествование, герой чаще всего один. А вот чем форма больше, тем сложнее ограничиваться только одной точкой зрения на мир. Особенно, если ЛОР автор создаёт большой и глубокий. Казалось бы, в таком случае можно не страдать и работать от третьего лица, переключаясь между фокальными персонажами (персонаж, от лица которого временно ведётся повествование. — Прим. Т.К.) по ходу пьесы. Однако это не всегда наилучшее решение для задумки автора. И тогда на арену выходит микс.
Смешивать типы повествования можно самыми разными способами — здесь нет какого-то определённого правила, которому необходимо следовать. Здесь важно понимать, какой приём переключения между персонажами для чего используется.
Фокальное первое лицо.
Примером такого микса можно назвать роман «Франкенштейн, или Современный Прометей» Мэри Шелли. Весь роман написан от первого лица, но это не один герой. Начинает историю моряк, потом повествование идёт от лица Виктора Франкенштейна, потом — монстра, потом… В этом случае автор как бы смешал работу с фокальным персонажем с написанием от первого лица.
Первое лицо «он».
Другим примером смешения первого и третьего лица называют серию «Гарри Поттер и…» Джоан Роулинг: до «Кубка Огня» всё повествование ведётся только с точки зрения самого Гарри, и ни шагу в сторону. Если не считать вступления в первой главе первой части. И только в четвёртой книге из семи читатель может увидеть что-то за пределами взгляда мальчика-который-выжил. Немного, почти без постановки других фокальных персонажей в центр повествования. О том, что происходило там, где Гарри не мог присутствовать лично, читатель узнаёт из его заглядываний в Омут памяти в большей мере, чем от остальных героев.
Интерлюдии и спин-оффы.
Такой вариант в большей мере используется тогда, когда основная часть повествования ведётся от первого лица, но в какой-то момент автору нужно рассказать о некой побочной ветви сюжета. Это кажется веянием в большей степени современной литературы. К примеру, такой формат можно встретить в книге «Эллигент» Вероники Рот (третья часть трилогии «Дивергент». — Прим. Т.К.), где часть глав написана от лица главной героини, а часть — от третьего лица, фокалом которой является другой герой.
К такому же формату можно отнести веб-роман «Червь» Джона Макрея: основная часть повествования идёт от первого лица, некоторые одиночные главы или целые арки — от третьего. Интерлюдии, как называет их автор, в этом романе сосредоточены на разных фокальных персонажах.
В обоих этих произведениях переключение на третье лицо происходит в отдельных главах. А вот в романе «Два билета туда» Андрея Круза глав нет. Основных героев два. Часть повествования ведётся от первого лица одного героя, часть — от третьего лица второго героя. В печатном варианте текст выделен разным шрифтом.
Ретроспективы, письма, статьи.
Так в первом и третьем лице появляется рассказчик. При работе с третьим лицом ретроспектива — не более чем смена фокального персонажа в связке с временными перемещениями, а вот для первого лица это либо сторонняя вставка, либо чей-то рассказ. И вот если это рассказ, то у него должен быть и рассказчик. И если это длинный рассказ, как бы обращённый к герою, то он становится полноценным повествованием от лица рассказчика. А бывает и так, что в романе нужно привести текст письма или статьи, прочитанной героем, и тогда эта форма появляется в отдельно взятом кусочке текста.
Технически «Франкенштейн, или Современный Прометей» как пример подойдёт и для такого типа смешения. И к нему ещё можно до некоторой степени отнести «Дракулу» Брэма Стокера, где повествование как бы складывается из разных источников.
Повествовательный коктейль.
Выбор способа передачи идеи, мысли и сюжета для автора важен, однако важно понимать и то, насколько легко читателю будет воспринимать текст. Поэтому при выборе именно смешанного типа не стоит слишком увлекаться нагромождением конструкций — так можно и самому запутаться, и читателя запутать. И всё же экспериментировать можно и нужно, чтобы получилось именно то, что задумывалось.
Ещё по теме: Первое лицо, Рассказчик, Третье лицо