Знаете, бывает такая категория артистов - вроде бы и известные, и уважаемые, и широко признанные в своей нише, но музыка их просто не заходит. Не знаю как у вас, а у меня список таких групп весьма внушительный - казалось бы, объективно-то осознаешь всё влияние и значимость таких проектов, но все попытки приобщиться к культу и врубиться в материал оборачиваются лишь разочарованием и досадной неспособностью по-настоящему пропустить их творчество через себя.
Оттого и особенно радостными бывают те редкие случаи (примерно один из десяти), когда после очередного переслушивания группы из этого списка "выкупление" всё-таки происходит, и тебя одномоментно накрывает прилив сильных эмоций, который многие испытали уже давно, а ты чувствуешь себя как тот самый абстрактный человек из мема, который стёр себе память и заново пересмотрел "Бригаду". Да, как вы уже догадались, в этой статье речь пойдет о резком переходе группы из категории "уважаю, но не понимаю" в категорию "горячо люблю".
Про немцев Bethlehem я знал более-менее всегда, но на протяжении многих лет попытки причаститься к музыке этой культовой формации вызывали у меня лишь обидное и даже несколько постыдное равнодушие, и только в этом году наконец-то состоялось запоздалое открытие. Иногда требуется время для того, чтобы правильным образом настроить своё восприятие и найти нужные углы, под которыми стоит рассматривать творчество непонятного тебе доселе исполнителя. Именно с этим (в очень развернутой форме) я и попытаюсь помочь вам в нижеизложенном.
Сразу стоит обозначить, что здесь мы будем рассматривать только ранний этап творчества группы Bethlehem. Дискография их не то чтобы очень обширна, однако и там достаточно твистов и резких смен направления. Но нас интересует только классический этап, полностью укладывающийся в 90е годы - период, когда группа оказала наибольшее влияние на определенный сегмент тяжёлой музыки. Какой это конкретно сегмент и насколько глубоким было это влияние - вот с этим давайте и разберёмся.
Dark Metal
Группа сформировалась в 1991 году в городке Гревенброх. Композиторами и главными мозговыми центрами коллектива тогда были басист Юрген Барч и гитарист Клаус Маттон, какое-то время уже знакомые друг с другом и успевшие поучаствовать в нескольких локальных метал-командах. Состав укомплектовывается до полноценной группы, когда к этим двоим присоединяются драммер Крис Штайнхофф и вокалист Андреас Классен.
В первые пару лет своего существования команда успевает записать пару мелкоформатных релизов, а конкретно одноименную демку в 92 году и ЕР "Thy Pale Dominion" в 93. Жанровая принадлежность Bethlehem - вопрос интересный и неоднозначный, и его мы более подробно рассмотрим далее, но на раннем своём этапе музыка группы являла собой вполне конкретный и понятный дэт-дум, набиравший тогда популярность в Европе, а из конкретных представителей оного в качестве наиболее заметного влияния стоит выделить, в первую очередь, Paradise Lost.
Выбор жанра был обусловлен тем, что Барч и Маттон изначально собирали группу, чтобы исполнять наиболее депрессивную и мрачную музыку, какую только способны были сочинить, а учитывая, что в их родной Германии в те годы данная ниша не то чтобы изобиловала, вокруг формации уже на раннем этапе начались скандальные истории и ненужное внимание общественности.
Наиболее известен случай, когда один 14-летний фанат группы, неким образом знакомый с кем-то из её участников, скупил множество копий их дебютной ипишки и соорудил из этого в своей комнате своеобразный алтарь, у которого во время прослушивания данного релиза производил некие действия ритуального характера, чем изрядно напугал свою матушку.
Та, в свою очередь, будучи обеспокоенной тем, что по её мнению сын стал замкнутым и агрессивным, в чем безусловно виновата музыка группы, звонила Барчу и высказывала ему по этому поводу своё крайнее недовольство. В чём конкретно состояли цели этих звонков не до конца ясно, но эта история постепенно замялась сама собой. Как выяснилось позже, лишь временно, и вскоре она получит свое продолжение, и до этого мы ещё дойдём.
Впрочем, нельзя сказать, что группа в те годы совсем не стремилась заявить о себе скандальным и провокационным образом. Чего стоит хотя бы одно только название команды. Сам Юрген Барч позже объяснял его выбор примерно так: вывеска подбиралась с оглядкой на набирающий тогда обороты блэк-метальный тренд - в ходу в то время были названия с откровенно богохульным посылом, типа Rotting Christ и Impaled Nazarene, но молодому Барчу хотелось придумать что-то перекрывающее их всех в своем радикализме.
И поэтому он назвал группу в честь города, в котором согласно библии родился Иисус и в котором же царь Ирод приказал перебить всех до единого младенцев. Притом, Барч неоднократно подчеркивал, что группа не имеет никакого отношения к сатанизму и вообще стоит вне всяческих религиозных и политических движений - вся их лирика носит исключительно личностный характер. И в этом он абсолютно не лукавил, стремясь отвести от команды нежелательное внимание.
Итак, в 94 году наконец выходит первый полноформатный альбом Bethlehem под названием "Dark Metal". И вот с этого момента начинается тэговая путаница. Дело в том, что любит народ наш (и не только наш) разные сомнительные тэги неясного содержания, а если нечто подобное красуется в заголовке релиза, то тогда всё же предельно ясно - таков жанр этого релиза и есть, логично! Хрестоматийный пример - если альбом некой британской группы 82 года разлива называется "Black Metal", то значит жанрово блэк-металом он и является, и всё равно, что в 82 лохматом году никакого блэка и в проекте быть не могло.
Так же и здесь - группу Вифлеем впоследствии стали величать одними из основателей жанра дарк-метал, и опять-таки, никого особо не волнует, что, во-первых, кого только к этому жанру в свое время не причисляли, в том числе и группы от звучания Bethlehem крайне далёкие, а во-вторых, не очень ясно, что вообще подразумевается под этим тэгом, и, как следствие, само существование такого жанра - вопрос как минимум дискуссионный.
Но если в случае жанровой принадлежности некоторых других альбомов Вифлеема есть что пообсуждать, то с их дебютником в этом плане всё весьма однозначно - по сравнению с ранним этапом значительных изменений не произошло, и основу звучания всё ещё составляет дэт-дум. Не без некоторых влияний тогда уже сформированного и набирающего популярность блэк-метала - как на музыкальную, так и на визуально-эстетическую составляющую - но ничем иным, кроме как дэт-думом я бы этот альбом обозначать не стал.
Но каким дэт-думом! Немецкие дебютанты влетели в тогда ещё молодую свежую волну и выдали работу, достойную сходу угодить в золотой фонд жанра классического его периода. Из референсов, помимо очевидных столпов стиля Paradise Lost, здесь стоит в первую очередь отметить шведов Katatonia с их шедевральным дебютником "Dance of December Souls", вышедшим годом ранее.
Помимо некоторых блэковых инфлуенсов, роднит эти два релиза ставка на максимальную эмоциональность и выразительность гитарной работы. "Dark Metal" по сравнению с альбомом шведов звучит всё-таки более сдержанно и угрюмо, а структура композиций всё ещё в большей степени опирается на характерный для дэт-дума той поры брутальный пещерный риффинг, но на фоне этого как раз наиболее ярко контрастируют лиды, передающие эмоциональный посыл работы.
Тоскливая и пронзительная лид-мелодика в первую очередь и задаёт весь этот удушающе-депрессивный настрой альбома. В мягком, шершавом старорежимном звуке и рядом с бубнящими басовыми проходами великолепная гитарная работа Клауса Маттона звучит особенно акцентированно, а после прослушивания оседает в памяти фрагментами мелодий, всплывающими и циркулирующими в голове ещё какое-то время.
Вокал же исполнен в полном соответствии с инструментальной частью. Вообще, весьма вариативный, артистичный и крайне эмоциональный вокал - это фирменная черта, присущая всем ранним альбомам Bethlehem, и Андреас Классен здесь был первым, кто задал этот тренд. Его манера перетекает сразу между несколькими техниками - от желчного скрима до ревущего гроула, а между ними переходит в шёпоты и декламации, звучащие во время апатично-спокойных фрагментов в инструментальной части.
Вот эти моменты с проигрышами на чистой гитаре и басу под почти полностью замороженную ритм-секцию, призванные нагнать дополнительной доли крипоты вдобавок ко всему остальному, - ещё одна узнаваемая фича раннего Вифлеема, встречающаяся во всех релизах того периода. Так же и Классен подстраивает свою технику под конкретную музыкальную фразу, разнообразя эмоциональную палитру и транслируя то боль и горечь, то жутковатые нотки безумия.
Таким получился дебютный альбом Bethlehem - неподдельно искренним и злым, скромным и камерным, а оттого ещё более пронзительно-скорбным. Первая полновесная заявка вышла очень сильной, и карьера группы стала набирать новые обороты, иногда неожиданные и не самые приятные.
С продажами пластинок и концертной деятельностью возобновилось ненужное внимание со стороны широкой общественности - продолжение получила та самая история с матерью фаната, которая очевидно вспомнила о группе в связи с возросшей популярностью и объявила им прямо-таки крестовый поход.
Объединившись с другими неравнодушными гражданами, обеспокоенная родительница основала что-то вроде комитета, который принялся во все инстанции доносить об опасном деструктивном влиянии этой ужасной сатанинской группы на неокрепшие умы подростков.
В итоге им удалось добиться запрета на концерты и продажи альбомов группы в некоторых городах Германии. Сейчас, конечно, читать такое немного забавно - в наше время поднять подобный резонанс начинающая андеграундная бригада вот так сходу вряд ли смогла бы, для этого нужны тупо другие порядки рейтингов и цифр прослушиваний, но в те времена, очевидно, и сцена, и цифры, и музыкальный ландшафт в целом были совсем не такими.
Как известно, любое внимание, даже негативное, всё равно нагоняет хайпа, что в долгосрочной перспективе бустит медийную составляющую карьеры, но на тот момент все эти истории доставляли группе лишь неприятности - были и приводы в полицейский участок для разъяснительных бесед, и внезапные отмены клубных концертов.
Впрочем, это музыканты сумели обернуть в свою пользу, перенося свои выступления на свалки, заброшки, скотобойни, под мосты и в прочие колоритные места, что для команды стало подходящим гиммиком и вообще органично вписывалось в её имидж. Вот с таким багажом группа и подходит к созданию своего второго альбома.
Dictius Te Necare
Вскоре в составе происходят первые кадровые изменения, и к моменту начала работы над вторым альбомом группа остаётся без вокалиста. Причина ухода Классена весьма любопытна - со слов самого Барча, Андреас в какой-то момент стал слишком близко воспринимать музыку и посыл группы и позволял этому слишком глубоко влиять на себя. В итоге это привело его к депрессиям, угнетённому эмоциональному состоянию и, как следствие, снижению работоспособности, что тормозило творческий процесс в коллективе.
Ситуация вышла прямо-таки горько-ироническая - депрессивные состояния стали помехой для участия в группе, что изначально была создана её основателями как средство выплёскивания своих самых тёмных, деструктивных и болезненных эмоций и страданий, как форма самотерапии психологических травм, нанесенных трагическими событиями в жизни самих музыкантов. Произошли эти события в период работы над вторым альбомом или раньше - точно неизвестно, но впервые об этом Барч откровенно поведал именно в интервью по случаю выхода нового лонгплея.
Мать Клауса Маттона скончалась от рака, вскоре после чего его отец покончил с собой через повешение. Также в петле встретила свою смерть беременная невеста Юргена Барча - как он сам это описывает, он застал её когда уже всё произошло, и ему оставалось лишь перерезать бельевую веревку, которая послужила ей удавкой. Также он упоминает многих своих друзей и товарищей, которые тоже наложили на себя руки, либо погибли от передоза.
Все эти события покорёжили неокрепшую психику юного музыканта и толкнули его самого к наркозависимости, что втечение долгих лет подтачивало его здоровье и в итоге чуть было не привело к смерти от инфаркта, но это уже будет сильно позже. Конвертировать весь этот кошмарный опустошительный экспириенс в соответствующие музыкальные формы - такова была изначальная сверхзадача Маттона и Барча в рамках Bethlehem, и для своего второго альбома они нашли того, кто стал для них самым подходящим голосом.
Райнер Ландферманн, взятый в группу изначально как сессионный вокалист, но вскоре принятый на постоянной основе - это очевидный хайлайт альбома "Dictius Te Necare" 96 года. Именно он во многом сделал этот релиз наиболее популярным в дискографии группы и вообще украл всё шоу. Вот уж кто точно сумел пропустить через себя всю боль и отчаяние, заложенные в музыку сонграйтерами, и преобразовать это всё в работу, которая способна ошарашить даже хорошо знакомого с различными экстрим-вокальными техниками слушателя.
Вообще, обычно я не люблю, когда трек начинается слишком резко, но в данном случае вау-эффект того стоит - группа решила влетать сразу с козырей, и в первую же секунду открывающего номера нас встречает сшибающий с ног вопль Ландферманна. Именно вопль, потому что это инфернальное звукоизвлечение даже никакой конкретной вокальной техникой не обозначишь. Позднее, после появления ряда последователей, эту манеру стали именовать как шрайк, но то, что здесь творит Райнер, в эти рамки не влезает.
Чудовищный вой человека, будто бы в конкретный момент испытывающего жутчайшие болевые приступы, может резко смениться утробным рычанием или сдавленным, устрашающе-непонятным не то карканьем, не то рыданием, или ещё чёрт разбери чем. И всё это в постоянной динамике бесшовно перетекает одно в другое, никогда долго не задерживаясь на какой-то одной манере, но всегда несёт в себе явный устойчивый вайб чего-то крайне больного, безумного и мучительного.
А этом качестве с Ландферманном вровень мог встать наверно лишь Марио Милетте из группы Malvery. Есть на ютабе такой жанр - реакции разных далёких от всего этого движа людей на экстремальные метал-треки, и когда в эту рубрику попадают номера с "Dictius Te Necare" - это отдельное удовольствие, вот вам пара примеров: 1, 2. Да и чего тут долго распинаться - открывающий трек альбома, без лишних слов.
Но не только вокал был заметно обновлен - под стать ему принципиальные изменения произошли и в инструментальной части. Если в основе звучания первого альбома лежал дэт-дум, то здесь фокус явно сместился в сторону блэк-метала. В среднем скорости существенно выросли - если дебютник мог эпизодически разгоняться в мере, предусмотренной рамками жанра, то теперь высокие скорости определенно преобладают, хотя почти думовые замедления и просадки в пространные проигрыши на чистой гитаре остались на месте.
Однако теперь чередование этих композиционных частей происходит намного более резко и непредсказуемо - если "Dark Metal" был прекрасен в своей выверенности и продуманности, и в его неспешных ритмах последовательно раскрывалась каждая сонграйтерская находка, то в "Dictius Te Necare" структуры треков строились с прицелом на эффект хаотичности и сумбура, будто все эти смысловые отрезки были накиданы и собраны в рандомном порядке.
Взять хотя бы тот же открывающий трек - после влёта с яростной скоростной атакой и шрайком вокалиста спадение в неспешный атмосферный проигрыш наступает в первую же минуту, и на моей памяти это самый быстрый и неожиданный сброс оборотов. В соответствии со всеми этими композиционными виражами был значительно изменён и звук - больше никакой обволакивающей шероховатой олдскульности первенца. Саунд стал намного резче и плотнее, приобрел жёсткий металлический призвук и эдакую заряженную наэлектризованность.
В итоге, проведя существенную сонграйтерскую работу, музыканты переизобрели свой стиль заново, сохранив концептуальное наполнение, но открыв новые художественные формы и выдав по-настоящему новаторский самобытный релиз. Это именно та степень, в которой им пришлось измениться и заново переосмыслить свою музыку, чтобы достигнуть в ней необходимого градуса эмоционального накала.
(Ещё один известный хит с альбома - наиболее неспешный и лиричный)
А конкретно он должен был быть взвинчен до предела - Маттону и Барчу было недостаточно ползучей разъедающей тоски первенца, им было нужно, чтобы новый альбом отчаянно выл во весь голос и бился в истерическом припадке. Подход исключительно в духе юношеского максимализма, что в данном случае я оцениваю как крайне положительное качество - именно оно породило плеяду шедевров в лучшие годы формирования тяжёлой музыки и это именно то, чего иногда так не хватает в нашу циничную эпоху дефицита искренности.
И не зря на этом альбоме, в отличие от англоязычного дебютника, вся лирика была написана на родном немецком языке, и с тех пор этому правилу музыканты почти ни разу не изменят - именно здесь был взят новый уровень искренности, с которой они говорят о том, что им пришлось пережить - название релиза с латыни перевести несложно, а надпись в буклете диска гласит, что работа посвящена всем жертвам самоубийств.
Как говорил по этому поводу сам Барч, музыка Bethlehem - это попытка протянуть руку помощи тем, кто оказался у этой страшной черты, это мегафон, в который столкнувшиеся с этим явлением люди кричат в попытке достучаться до тех, кто не способен ценить жизнь. Печально, что в дальнейшем этот посыл был перевёрнут и извращён многими представителями жанра, основы которого группа заложила этой работой.
Да, в первую очередь именно этот альбом повлиял на формирование такого жанра, как ДСБМ. То, насколько глубоким и определяющим было это влияние - причем, как на чисто музыкальную, так и на эстетическую составляющую - можно понять по тому, какие проекты это самое влияние открыто признавали. А многие из этих проектов впоследствии в рамках своего жанра и вообще метал-комьюнити стали значительно более популярными, чем сами Вифлеем.
Самый очевидный здесь пример - основательно нашумевшая в своё время шведская группа Silencer, о которой многие (в том числе и я сам) узнали намного раньше, чем об их германских предшественниках. Не секрет, что инструменталист и композитор Silencer Лир вполне конкретно говорил о том, что Bethlehem были для него основным источником вдохновения при создании собственной музыки. Что, в общем-то, ясно и без его слов.
При элементарном сравнении становится ясно, что единственный альбом шведов "Death - Pierce Me" - это прямо-таки наиболее прямое продолжение "Dictius Te Necare" через копирование абсолютно всего, от общей идеи до каждой мелочи, от продакшена звука до структур композиций со всем этим узнаваемым чередованием скоростных агрессивных и пространно-мелодичных фрагментов. Ну и, что наиболее очевидно, вокал.
Надо ли говорить, что вокалист Silencer Наттрамн перенял манеру Ландферманна просто под копирку. В исполнении шведа этот самый шрайк всё ещё звучит сильно и в своё время впечатлял многих, но кое-чего принципиально важного ему всё таки недостаёт - Наттрамн и подхватившие это последователи сделали из этого вокальную технику, в случае Ландферманна же это был уникальный перформанс, однократно исполненный под конкретный релиз и его творческую задачу.
Вообще, не хочу сказать ничего негативного про шведов - на своём единственном альбоме они выдали отличную музыку, но одно существенное обстоятельство делает их безнадёжно вторичными по отношению к немцам. Silencer изначально создавался как искусственный проект с просчитанной стратегией в медийном поле - вся эта загадочность и недосказанность, все эти криповые интригующие слухи вокруг участников команды впоследствии оказались абсолютно рукотворными мифами, созданными самой группой с целью максимально широко и эффективно хайпануть в максимально сжатые сроки.
Что им, как видите, удалось. Откровенно говоря, они сознательно эксплуатировали всю эту шизоидно-суицидальную жуткую эстетику, что само по себе не является чем-то плохим и вообще стало неотъемлемой составляющей жанра, но в этом-то Bethlehem и превалируют как над Silencer, так и над дальнейшими эпигонами. За их творчеством стоят реальные истории, реальные трагедии и страдания, о которых музыканты не трубят посредством всяческого кричащего шок-контента, а стремятся трансформировать это в самобытные художественные формы.
(Ну и, раз на то пошло, вспомним хит с альбома "Death - Pierce Me")
Ещё один очень популярный в рамках направления проект - это шведский уан-мэн-бэнд Shining, чей одиозный лидер Никлас Кварфорт фактически ввёл тэг DSBM в обиход и в рамках жанра популяризировал вот эту всю эстетику селф-харма и саморазрушения. Музыка Shining не является такой очевидной калькой с ранних Bethlehem как Silencer, однако здесь явное влияние немцев заметно сходу, что сам Никлас, опять-таки, абсолютно не скрывает.
Любопытно, что уже в конце нулевых, когда Вифлеем выпустили перезаписанную англоязычную версию одного из своих ранних альбомов, партии вокала для этого релиза исполнил, собственно, Кварфорт, а первый вокалист Bethlehem Андреас Классен в 2000 году поучаствовал в качестве гостевого вокалиста на дебютном альбоме Shining.
А вообще сегодня, когда жанр ДС-блэка уже сформировал некоторый устоявшийся канон и обзавёлся большим количеством представителей, всех этих самых представителей можно разделить на две условные категории и выделить таким образом два достаточно отличных друг от друга направления внутри жанра.
Первая категория - это ДСБМ близкий к так называемому атмосферик-блэку, то есть неторопливый, монотонный и минималистичный, сформированный, в первую очередь, под влиянием классического периода Burzum. Вторая же - та, что отличается скоростью, напором и крайней экспрессивностью - вся целиком и является наследием ранних Bethlehem и альбома "Dictius Te Necare".
Sardonischer Untergang...
В период между вторым и третьим альбомом группа успевает поучаствовать в составлении саундтрека для культового андеграундного фильма "Гуммо" - специально для картины они записывают абсолютно новый трек "Schuld Uns'res Knoch'rigen Faltpferd", не выходивший ни на каких других релизах, а также предоставляют песню "Verschleierte Irreligiosität" с "Dictius Te Necare", которая в свою очередь является перезаписанной версией трека "Veiled Irreligion" с "Dark Metal".
В тот же промежуток происходят и очередные кадровые перестановки - сначала состав покидает один из сооснователей группы Крис Штайнхофф, и вместо него за ударную установку садится Маркус Лозен из группы Paragon Belial. А вскоре после этого уходит и Райнер Ландферманн, и к записи следующего полноформатника команда опять подходит с новым вокалистом, на этот раз уже третьим. А точнее, третьими.
Состав официально расширяется по пяти человек - новым основным вокалистом становится Марко Керен из голландской бригады Deinonychus, а также в лайн-апе теперь официально числится вокалистка Кэтрин Кампен. Впрочем, её участие в новом альбоме было достаточно специфическим, но об этом далее. Что интересно - в будущем она сделает карьеру совсем иной, не музыкальной среде, а именно в академической, и будет курировать некие проекты по защите экологии и эффективному расходованию энергоресурсов.
Третий лонгплей группы вышел в 98 году и получил название "Sardonischer Untergang im Zeichen irreligiöser Darbietung". В чём идея такого сложного названия догадаться нетрудно - подсказка: смотреть на первые буквы.
Для понимания этого альбома мне потребовалось чуть больше времени, чем в предыдущих двух случаях - несмотря на то, что стилистически и в плане саунда эта работа является прямым продолжением предшественника и не предлагает радикальной трансформации почерка группы, в композиционном смысле здесь кое-что существенно поменялось. На первый взгляд, наличествует явное снижение уровня агрессии и истеричности, общий вайб представляется более сдержанным.
Во-вторых же, что наиболее важно, заметно усложнились не только сами структуры треков, но и вся концепция в целом - сонграйтерская мысль как будто стала более закрученной и извилистой, и уследить за ней теперь стало сложнее, несмотря на то, что подаётся она более последовательно и размеренно, в отличие от рваности и хаотичности предшественника.
А выражается это, помимо уже привычных внезапных смен смысловых отрезков, в усилении роли интерлюдий, сэмплов, вставок, декламаций, споукен-ворда и прочих не строго музыкальных элементов. Увеличилось как их количество, так и хронометраж, который они занимают в тех номерах, в которых присутствуют. Они могут неожиданно встать где-нибудь в середине трека, а затем позволить основной теме возобновиться, могут и занять собой всю последнюю треть песни и на этом же её закончить.
А могут, чего до этого не было никогда, вообще являться отдельным номером без всякой музыки, работающим на общую концепцию и атмосферу и, соответственно, абсолютно не звучать в отрыве от трек-листа. Как, впрочем и любая другая вещь здесь - именно этот альбом хуже всего воспринимается по частям, вне контекста или с другим порядком треков. Это самый цельный опус группы, самый идейно подвязанный и наиболее хитро устроенный.
Ещё одно важное обновление кроется в стилистической части релиза. Просто услышьте этот бас во вступлении и эту ритмику в главном местном хите - да, всё правильно, это очевидное влияние пост-панка, которое обильно разлито здесь по всей инструментальной части. То есть с этой работой Bethlehem ещё и предвосхитили симбиоз дс-блэка с пост-панком, и это в девяносто восьмом-то году, задолго до того, как группа Lifelover и иже с ними сделают это крайне модной тенденцией.
Вообще, разочарование части аудитории этим альбомом, которая ждала удержания планки, взятой предыдущим релизом, понять можно. Вроде бы всё тот же узнаваемый Вифлеем, с тем же саундом, с такими же апатичными атмосферными проигрышами и колкими блэковыми атаками. Но нет того бешеного напора и хлещущих через край эмоций, которыми запомнился "Dictius Te Necare", да и Марко Керен явно не стремится повторить фортели Ландферманна.
Но оно ему и не нужно - более сдержанный, хотя и все равно весьма безумный и ядовитый скрим Керена, в здешнюю атмосферу и концепцию встроился как влитой, а альбом в целом не растерял глубинной сути музыки группы, а лишь подал её под новой оптикой. Если прибегать к персонифицированным метафорам, чтобы проиллюстрировать отличия между тремя лонгплеями, то я бы это описал следующим образом:
Лирический герой "Dark Metal", разъедаемый собственной желчью и тоской изнутри, ежедневно косится на петлю, свисающую с потолка в старом пыльном сарае; герой "Dictius Te Necare" в порыве невыносимых болей (будь то физических или моральных) с дикими воплями бессильно бьётся о землю в страшных корчах; героя же этого релиза санитары ловко хватают и отвозят в дом с мягкими стенами, где пакуют в смирительную рубашку и обсаживают галоперидолом, после чего оставляют сидеть неподвижно на койке в палате один на один с невнятным бормотанием соседа.
И вот он, уставившись в чёрно-серый статичный пейзаж через решётчатое окно, пытается хвататься за обрывки воспоминаний из нормального прошлого, плавающие в мутных водах его потускневшего сознания, и силится понять - теряет ли он этом состоянии последние остатки рассудка или медленно умирает.
(Открывающий трек с альбома)
И в этой картине будто обретает смысл участие новой вокалистки, которая не исполняет здесь ничего традиционно понимаемого как вокал, но её голос постоянно проходит через музыкальное полотно то выкриками, всхлипами и шёпотами, то длинными многословными монологами, под которые выделяются отдельные вставки. Она в этом произведении явный резонёр, своеобразный Вергилий, служащий герою проводником в блужданиях по темным извилистым закоулкам его угасающего отравленного разума.
Снова великолепный альбом от германцев, опередивший своё время и оказавший влияние на будущее поколение последователей, но стоящий от них всех особняком, отдельным самостийным явлением. Что любопытно, именно эту работу Юрген Барч считает своей любимой в дискографии Вифлеем, и это был последний их классический полноформатник - дальше будет лишь пара ипишек в том же составе, а затем группа поменяется радикально и войдёт в совершенно новый этап, не имеющий ничего общего с прежним.
Ну как группа - от оригинального состава к началу нулевых останется один только Барч, который обновит весь остальной лайн-ап целиком. Никто из тех, кто играл в группе в 90х, больше никогда в неё не вернётся, а то, что команда стала исполнять в 2000х и далее - это отдельная тема не для данной статьи. И как бы ни было печально, что история тех самых великих Bethlehem завершилась в девяностых, я Барча с этой резкой сменой курса прекрасно понимаю.
Невозможно бесконечно продолжать заниматься творчеством с таким надрывом, с такой самоистязательной отдачей и на оголённых нервах, не впав рано или поздно в самокопирование и исчерпание идей. Лучше в короткий срок выработать весь свой творческий потенциал в одном направлении и выдать нечто действительно значительное, чем долго эксплуатировать некогда сработавший паттерн.
Тем более, что группа из городка Гревенброх сумела трижды выдать то, что многим и единожды не удавалось, за и что будем ценить их наследие и возвращаться к нему снова и снова.