– Тебя раздражает, когда говорят, что футболисты слишком много зарабатывают?
– Нет. Правильную вещь [сказал] Федя Смолов, я процитирую: «Когда все ходили в школу, я ходил на тренировки. Когда все учили уроки – я был на поле». Кто на что учился в детстве, кто кем хотел стать с детства, кто прилагал к этому усердный труд, избегая других целей, трудились над одним делом, в котором хотели стать лучшими.
– Если бы ты не стал футболистом, чем бы ты зарабатывал?
– Не знаю. Только футбол был. Я бы в любом случае продолжал бы в этой сфере.
– Стал бы детским тренером?
– Ну да, был бы детским тренером. И все, больше некем.
– А ты знаешь зарплату детского тренера в России?
– В самой России – нет, в Смоленске приблизительно да. Начальная ставка там самая маленькая, 15-20 [тысяч рублей]. Потом с каждым годом увеличивается.
– Ты бы смог?
– Ну, сейчас, в данный момент, наверное, нет. Но в любом случае пришлось бы к этому как-то привыкать.
– Ты видишь несправедливость в том, что детский тренер в Смоленске получает 30 тысяч рублей, а самый средний игрок РПЛ – миллион?
– Я много знаю людей, с которыми я играл и за «Локомотив», и за «Чертаново», которые были мегаталантливы, но не пошло, – сказал полузащитник «Зенита» в беседе с Нобелем Арустамяном.
