Миниатюра. Автор Серяков Николай:
«28 апреля 1985 года город Чирчик Ташкентской области. Утро старшего лейтенанта Бурмистрова начиналось как обычно, но одно гложило его, и это был сон. А сон был такой - приснился ему его друг Леха Шевченко.
Леха Шевченко говорил во сне следующее – « Я погиб, но тут не плохо только очень холодно, помнишь я унты тебе оставлял в Германии. Леха Щевченко попал служить в Афганистан, и вестей от него давно не было. Принеси их по адресу улица Рудаки дом 8 квартира 14.»
Николай Бурмистров подумал, а потом взял унты и пошёл по указанному адресу. «Ну вот и улица Рудаки дом 8 и квартира 14, вряд ли кто мне даже дверь откроет.»- подумал про себя Николай Бурмистров. Но на всякий случай позвонил.
Дверь неожиданно открылась, и на пороге квартиры он увидел старого комбата четвёртого курсантского батальона полковника Умарова Шавката Умаровича. Сбивчиво он рассказал о сне, и зачем он принёс эти собачьи унты.
Шавкат Умарович был фронтовиком, и в войну был полковым разведчиком, жизнь его фронтовая была не из лёгких. Но он вернулся с войны с двумя орденами «Красной Звезды», потом поступил в училище курсантом...
И волею судеб после окончании академии бронетанковых войск попал в родное Ташкентское Танковое Командное Училище на должность командира четвёртого курсантского батальона , где и закончил службу в звании полковника.
Умаров внимательно выслушал старшего лейтенанта Бурмистрова и не говоря ни слова, повёл его в зал квартиры. В зале стоял гроб, а в нём лежал покойник, на кухне был накрыт стол, хотя поминки ещё не начались, но не хитрая снедь стояла на столе и в граненных стаканах была налита водка, а на одном стакане с водкой лежал кусочек хлеба.
За столом сидели какие-то люди, но Бурмистов их не знал. Шавкат Умарович вдруг сказал - «Положи унты свои в гроб, они там на том свете разберутся. Пойдём к столу поднимем сто грамм за усопшего Сергея Романовича моего командира разведвзвода, это он мне в своё время сразу после войны посоветовал пойти в военное танковое училище.
Танкист - это профессия универсальная, он и механик и тракторист и права автомобильные дают , всему что надо для жизни научат, и людьми командовать и руками работать. А войну он старшим лейтенантом закончил и демобилизовался.
А после подался на наш Химпром, дорос до начальника цеха, институт закончил. Детей вырастил, внуков правда не успел, но очень их любил. Вот такие брат дела.»
Потом Николая Бурмистрова пригласили за стол и как водиться выпили по сто грамм, не чёкаясь, и помянули покойного. Вдруг по радио стали передавать песню Владимира Высоцкого. И из динамиков полилась жизнь, и слова песни брали за живое. Бередя душу воспоминаниями и грустью.
«Почему всё не так
Вроде всё как всегда
Тоже небо, опять голубое
Тот же воздух и та же вода
Только он не вернулся из боя…
Эти слова пробили душу, словно пули и он понял, что Высоцкий пел эту песню как раз про Леху Шевченко, и память вновь полетела словно шар по биллиардному столу и вновь в сознании стали всплывать картины прошлого, как они с Лёхой Шевченко, охотились на медведя на Камчатке, как ехали в поезде Москва- Владивосток, как служили в Германии.
То, что пусто теперь
Не про то разговор
Вдруг заметил, нас было двое
Для меня будто ветром задуло костёр
Когда он не вернулся из боя…
«Точно нас было двое, видно ни когда у меня лучшего друга не было и не будет»- грустно подумал про себя Николай Бурмистров. Последняя строчка песни добили память и сознание своей сутью..
Только кажется мне
Это я не вернулся из боя…»
