Начало было невинным, а настроение праздничным. Десять человек — шесть русских и две китайские пары — собрались в канун Нового года. Звучит как анекдот, ну да ладно. Нам поступил странный заказ — провести розыгрыш в одной состоятельной китайской семье. Главное: они любят всякую мистику. Тут требовались и яркие световые эффекты, и зеркала, и фальшивые призраки. Никакой магии, лишь ловкость рук и оптический обман, — все как мы любим.
Но что-то пошло не так ещё до дня "Х". Одна из китайских пар — парень и девушка — исчезли. Потом и другие члены нашей команды начали пропадать, будто сквозь землю проваливались. И связаться с ними было невозможно. В итоге нас осталось трое. И тут пришло сообщение, что цель нашей операции совершенно другая. Необходимо понять, что происходит в том доме. Все в традициях американских ужастиков.
Дом огромной квартирой на седьмом этаже в обычной российской многоэтажке. Внутри живут три поколения: старшие, дети и внуки. Во главе стояла пожилая женщина — бабушка строгая и таинственная. Мы устроились туда в роли прислуги, и вскоре стали замечать странности. Молодые девушки, которые работали там вместе с нами, исчезали одна за другой.
Я увидела нечто, что заставляет меня дрожать от ужаса до сих пор: зять старушки у**вал молодых девушек, а она пила их кровь. Но не как вампир из жертвы, а переливала красную жидкость в кружку и залпом осушала её. После каждой такой трапезы бабуля молодела на глазах.
Моим друзьям удалось сбежать. В итоге я осталась одна. В тот день часть обитателей дома отправились на прогулку. Старушка чувствовала себя не важно и решила никуда не идти. Когда я принесла ей в комнату поднос с чаем, она резко встала с кровати. Китайский сервиз со звоном упал на паркет.
Я видела твою медкарту, ты полностью здорова. Твоя предшественница Лина скрыла, что болеет, теперь мое лицо из-за нее похоже на изюм, — прошипела бабуля, глаза вспыхнули словно огонь. Её руки с длинными и острыми ногтями протянулись ко мне.
Я была готова к такому повороту событий. Мы сцепились. В этой ведьме, не знаю, как её ещё назвать, силы было море. В момент потасовки мне удалось избавиться от безумной старухи. Умерла она или отключилась — не знаю, но времени проверять не было. Я уже стояла у входной двери, когда услышала, как снаружи вставляют ключ. Метнулась в сторону кладовки и спряталась за ширмой, затаив дыхание.
Дверь открылась, раздались голоса. Пришли глава семейства, его зять и дети. Я на цыпочках выскользнула из кладовки и выбежала на лестничную площадку. Сердце словно хотело выпрыгнуть наружу, когда я неслась вниз по лестнице. Оказавшись на улице, первое, что я сделала — это глубоко вдохнула, чтобы избавиться от запаха крови, которым словно пропиталось всё тело.
Мне нужно было срочно придумать, как покинуть страну, не привлекая внимания. Времени было мало и лишь один шанс. Я добралась до телефонного автомата, дрожащими пальцами набрала номер и коротко объяснила ситуацию. Затем, с замирающим сердцем, села в электричку. В вагоне сидели трое мужчин в чёрных одеждах. Я подошла к одному из них.
— Дядюшка Али, — обратилась я тихо. — Вы принесли?
Встал более молодой, видимо, его сын. Он молча протянул мне новый паспорт. Спустя несколько часов я уже сидела у знакомого блогера в Казахстане, умоляя его помочь осветить эту ужасную историю и вынести её в массы. Это было опасно и для нас, и для него. Да и доказательств не было.
К тому моменту у Кирилла (так зовут блогера) уже был один из наших — тот, кому первому удалось сбежать. Мы обменялись взглядами — мы пережили это, мы знали правду, и теперь настало время сделать так, чтобы её узнал весь мир. Нам удалось найти других наших коллег, кому удалось спастись. Вот мы сидим в тёмной комнате и начинаем стрим.
— Кирилл, а если нас найдут? — прошептала я, нервно оглядываясь на дверь.
— Найдут — будем выкручиваться, — ответил он с улыбкой. — Главное, чтобы правда вышла наружу. Поверь вас... нас много.
Я не успела осмыслить эту фразу, так как в окна комнаты, где у нас был прямой эфир, начали светить фонарями. Мы быстро выключили компьютер и легли на пол, я уползла за шкаф. Через мгновение в нашу комнату начали светить красным лазером.
— Они нас видят? — прошептал один из наших.
— Тише, — ответил Кирилл, — расползитесь по комнате.
Вдруг с крыши соседнего дома на нашу комнату двинулся большой летающий автобус. Он напоминал телевизионную ПТС — передвижную телевизионную станцию, и, пролетая мимо нашего окна, вновь осветил нас лазером. Мы вжались в пол. Повисла звенящая тишина.
Мы бросились к выходу, но в дверном проёме уже стоял человек с доберманом. Через несколько секунд в квартиру ворвались ещё люди.
Беременная девушка, одна из сотрудниц, надевая на меня наручники, больше похожие на тонкие и прозрачные, но суперпрочные проволоки, подмигнула. Я сразу узнала её — она уже помогала нашим на прошлой спецоперации. Работала под прикрытием.
— Не переживай, — прошептала она, подводя меня к выходу. — Всё будет хорошо.
— Отставить разговоры, — гаркнул охранник.
Нас вели по торговому центру. Первая часть банды ушла вперёд, а рядом шли только несколько людей в форме. Они вели нас не как задержанных или арестованных, а скорее просто сопровождали. Наверное, чтобы не вызывать панику. Один из них, который весь процесс задержания снимал на камеру, начал дразнить и издеваться над охранниками, перетягивая на себя всё внимание. Оказывается, это был наш человек.
— Эй, неужели вам не надоело за ними таскаться? — усмехнулся он, глядя прямо в глаза одному из охранников. — Лучше бы занялись чем-то полезным… Да у вас кишка тонка и не только она… ха-ха-ха…
В этот момент я поняла, что могу улизнуть. Мелкими шажками отбежала к одному из бутиков и спряталась там. Суперпрочные проволоки на моих руках были слабо затянуты, так что они быстро были отправлены в мусорку. Я переместилась в магазин корейской косметики. Огромный бутик, где были высокие стеллажи. По пути я успела стянуть кепку и спрятала под нее длинные волосы, а худи красного цвета выбросила и осталась в черной футболке. Не совсем по сезону, но зато не так ярко.
Пока я делала вид, что рассматриваю очередной крем, краем глаза увидела, как одна из женщин из банды покупает маленький красный флакончик. Быстро выпивает жидкость и на глазах становится моложе. В этот момент она повернулась в мою сторону. Она меня заметила…
***
Однажды утром я проснулась в маленькой съёмной квартире в Узбекистане и услышала, как мой телефон разрывается от сообщений. Новость распространилась на международном уровне. Кто-то из крупных западных медиа подхватил историю, и теперь к нам поступали запросы от журналистов и правозащитных организаций. Страх и усталость начали перерастать в нечто новое — в надежду.
Мы встретились с тем же блогером и с остальными членами команды в тайной квартире. Всех нас спасли наши ребята из второй группы, которые были внедрены в эту банду. Мы решили вернуться в город, где всё началось, и собрать те данные, которые могли бы стать решающими в этом деле.
Под покровом ночи я и один из наших товарищей, тот кому удалось спастись чуть ли не первым, вернулись в дом кошмаров. Мы должны были найти хоть какие-то документы, которые могли бы доказать связь этой семьи с исчезновениями девушек.
Пройдя через тёмный двор, мы осторожно поднялись по лестнице. У меня было ощущения, что я возвращаюсь в ад. Внутри было тихо, и мы рискнули войти.
То, что мы нашли внутри, оказалось гораздо более жутким, чем мы могли представить. Комната, где когда-то я видела старушку, была превращена в лабораторию — повсюду стояли странные сосуды, документы и записи на неизвестном нам языке. Мы стали фотографировать всё вокруг, но услышали шаги за дверью. Кто-то возвращался.
У нас есть только один шанс на спасение. Мы выскользнули через окно на пожарную лестницу, дрожащими руками хватаясь за перила, спустились вниз. Мы бежали по улицам, не оглядываясь, пока не оказались достаточно далеко. Эта ночь стала поворотной точкой — у нас были доказательства, которые могли бы раз и навсегда разоблачить эту семью, найти всю банду и спасти будущие жертвы.
Но когда мы посмотрели на фотографии, сделанные в той комнате, оказалось, что все они пустые. Как будто всё, что мы видели, было лишь иллюзией. Я перевела взгляд на напарника, но его выражение лица изменилось — словно он тоже больше не верил в происходящее.
И тут словно гром раздался дикий крик кота. Я резко обернулась, мне показалось, что я снова в том жутком доме, где слышу тихий шёпот старушки: «Это не конец, детка...» Стук сердца гулко отдавался в ушах, а шёпот ведьмы с каждым разом звучал всё громче. Я глубоко вдохнула, пытаясь отделить реальность от воспоминаний, но с каждым вдохом чувствовала, как страх возвращается. Это не конец…
Рассказ, поскольку там был блогер, посвящается Злобному Фею Кирюше Бороде. Именно он был в моем сне.