О Третьяковской галерее, дореволюционной России и наследниках Шарикова

Так уж получилось, что этим летом побывал я, наконец, в Третьяковской галерее. Помню, в определенный момент среди всех этих картин у меня возник в голове дурацкий вопрос. Вот есть же олухи, рассказывающие, что не то Исаакий инопланетяне строили, не то Александрийский столп атланты тягали - дескать, люди так ни за что не умеют и у них так точно не получилось бы.

А я, помню, смотрел на все эти портреты и пейзажи - и искренне не мог поверить, что во власти человеческой создать такое совершенство. Почему до сих пор не завелось персонажей, которые бы говорили, что все эти картины XIX века нагенерены супернейросетью, потому что живой человек так ни за что не сумеет?

Но это присказка и шуточка. У меня там, среди этих картин, возникла еще одна мысль.

Ни для кого ни секрет, что в Российской империи все было довольно грустно с социальной справедливостью. Она вообще не была царством розовых пони - даже после отмены крепостного права, а уж до него... И те странные персонажи, которые искренне пытаются ее превратить в царство сахарной пудры - они очень... наивны (это я сейчас включил, мягко выражаясь, режим ошалелого оптимиста).

И революция в России имела свои предпосылки. Ее апологеты могут до позеленения отбрехиваться от немецких денег, у них политика и пропаганда, им положено. Но пытаться объяснять всю революцию и все события двадцатого века одними лишь этими деньгами - это все та же вышеупомянутая наивность, граничащая с, как бы повежливее, оптимизмом.

Наша история... сложная. И прошлое у нас непростое. И не всегда сахарное и не везде приятное.

Но те люди, которые громогласно и пафосно радуются тому, что в семнадцатом году Россия в угоду химерическим идеям кастрировала сама себя, по культурному и нравственному уровню недалеко ушли от небезвестного Полиграфа Полиграфовича Шарикова.