"Новороссия" подводит промежуточные итоги Операции с экспертом Изборского клуба донецким философом Андреем Коноваловым.
Новороссия: Когда началась спецоперация, многие рассчитывали на ее скорое и успешное завершение, однако этого не произошло…
А.К.: В феврале 2022 года в Киеве были растерянность и страх, Зеленский прятался в бункере и не выходил на связь с внешним миром. Понимание того, что происходит на Украине, у нас было. Мы имели возможность получать информацию из первых рук и фиксировать ситуацию у противника, поскольку многие до 2022 года ездили за пенсиями, к родственникам на Украину. И мы понимали, что за эти годы произошли глобальные изменения в сознании людей, не только в Киеве и западных областях, но и в Новороссии.
Большинство тех, кто с симпатией относился к России, перестали так считать, произошла качественная промывка мозгов. Поэтому, когда заходили российские части, им часто стреляли в спину.
– Также была недооценка включенности Запада в противостояние.
– 63 страны воюют против нас. Мы столкнулись с тем же, с чем столкнулся СССР, воюя с Гитлером, за спиной которого была вся Европа с ее экономическим потенциалом. Не случайно уходящий Боррель сказал, что без них Украина продержалась бы 15 дней.
– Устаревшее обмундирование и нехватка современного оружия в первые месяцы вы тоже поясняете тем, что не было расчета на долгую войну?
– Совершенно верно. Для Запада, прежде всего, для его англосаксонской части, события с января 2022 года не были неожиданностью. Внутри России оказалось очень много тех, кто сообщал западным спецслужбам о том, что происходило в стране, бритты знали о нас все.
– Что вы думаете в отношении громких скандалов, связанных с коррупцией?
– К сожалению, после распада СССР сложилась модель, которую я называю бумажно-имитационной. На бумаге все было – и новейшая техника, и снаряжение, на это опирался президент, принимая решения. Но оказалось, что ничего нет. И это сильно повлияло на первоначальный план, который разрабатывал Генштаб.
Второй момент: после того как Донбасс стал частью России, обнаружилось то, от чего мы уходили, начиная с 2014 года. Это либеральное засилье во всех сферах и прежде всего в образовании и культуре. Сегодня эта сфера представляет реальную угрозу для безопасности страны.
– Роль Донбасса в этой войне большая?
– Донбасс защищал не только себя от нацистов, но и Россию, закрывая 400 км границ от посягательства и провокаций со стороны Киева. Донбасс своей русскостью и мужеством по сути подготовил Россию к той войне, которую Запад ведет сегодня против нас. И в этом я вижу историческую заслугу Донбасса. То есть не только Россия нам помогала, мы своим присутствием помогали России вернуться к самой себе, стать тем, чем она всегда была в своей истории – суверенной, мощной державой.
– Можно ли сказать, что Россия застрахована от внутренней смуты.
– Мы должны быть готовы ко всему. Хочешь мира – готовься к войне. Безусловно, люди, которые прошли через Операцию либо были причастны к ней, по-другому стали воспринимать Запад. Но 30 лет движения на Запад, начатого при Ельцине, даром не прошли. Часть элиты в России продолжает служить западным хозяевам.
Второй вопрос связан с ресурсами. Вот с этим, к сожалению, в России проблемы. Ведь мы не так часто слышим о поддержке СВО со стороны крупного бизнеса.
– Может ли победа России ударить по НАТО?
– Ресурсов у США на все не хватает: тянуть Ближний Восток, Украину, поддерживать Европу становится все сложнее. Ведь НАТО – это прежде всего США. Если гегемон уйдет, НАТО развалится. По сути, роль США чем-то напоминает роль КПСС в рамках СССР: как только убрали ее руководящую роль, Союз распался. То же самое произойдет с НАТО.
В странах альянса слишком много противоречий между собой, противоречия между немцами и поляками, между венграми и румынами… Это противоречия из прошлого, но они присутствуют в настоящем.
– Если осуществится выход на границы Донецкой и Луганской областей, возможно ли перемирие?
– После вторжения Киева в Курск при поддержке отдельных групп влияния на Западе вопрос с Новороссией, то есть территорий исторической России, с моей точки зрения, предрешен.
– Может ли быть использовано ядерное оружие?
– Я это сразу исключаю по одной простой причине. Никто и никогда по свой территории ядерным оружием стрелять не будет. В этом убеждает меня заявление Путина, сделанное 24 февраля.
Что касается темпов продвижения, я думаю, что, поскольку основные защитные сооружения Украины были сконцентрированы на Донбассе, после их ликвидации дальнейшее серьезное сопротивление будет уменьшаться.
Второй момент: возможность Запада поставлять хотя бы то, что они поставляют сегодня. Как мы видим, с каждым годом их помощь сокращается. В западной элите формируется понимание необходимости заморозки конфликта на Украине, чтобы не позволить России осуществить полный разгром Украины и представить Запад проигравшей стороной.