Игорь Бычков, Николай Васильев и Артур Токарев собрали материал о советской мозаике юга России и выпустили книгу. А часть материалов использовалась для фотовыставки. Сегодня рассматриваем волгоградскую мозаику. Авторов фотографий указываю там, где снимки взяты с выставки. Если без подписи, то мое фото.
Исследователи пришли к грустному выводу, что на юге страны погибло не менее 35 процентов мозаик. Было время, когда это искусство совсем не ценилось и варварски уничтожалось при перестройке, например, магазинов. Даже громкие имена не помогли. Например, погибла работа Александра Дейнеки.
В 2019 году мы лишились и “Людей в белых халатах” Геннадия Черноскутова. У нас на глазах произошел этот произвол. Детальки из смальты ссыпали в мешки. Но кто их будет собирать? Таких мастеров ныне наперечет. Зато теперь в больнице им. Фишера в Волжском современные отштукатуренные стены. Эту композицию (воссозданную на компьютере) можно, кстати, увидеть в сериале “Нулевой пациент”.
“Лето” Алексея Бровко вряд ли многим известно. Все-таки панно не снаружи здания, а внутри. Но увидеть его можно в гостиничном комплексе “Плес”. Очень чувственная, я бы сказал, эротическая композиция.
Большие потери понесло творчество Петра Чаплыгина. Уцелевшую мозаику с барельефом можно увидеть на стене архива Центра ГКО на улице Витимской в Волгограде. Я вживую это панно не видел. Впрочем, его последнее время в самом деле мало кто мог рассмотреть.
Мозаичный портрет Сталина в планетарии тоже мог погибнуть, но не в послеперестроечное, а в хрущевское время. Начали бороться с культом личности, не взирая на художественные ценности. В начале 60-х была четкая команда демонтировать изображение. Но сотрудники планетария понимали, что портрет работы Вартана Аракелова важен не тем, кто на нем изображен, а качеством исполнения. Он сделан в технике флорентийской мозаики из полудрагоценных камней, перламутра и фальшивого золота. Сталина бережно упаковали в пергамент с маслом и замуровали. В 1997 году о портрете вспомнили и расчистили.
Лучшая мозаика Глеба Вяткина украшает консерваторию им. Серебрякова. Монументалист сам был не далек от музыки: в 1955 году он окончил в Перми музучилище по классу скрипки. Вообще многиие вяткинские работы сейчас в критическом состоянии. Например, полностью скрыто сильно поврежденное панно на фасаде экс-завода “Аврора” или четыре беседки волжского садика “Гнездышко”.
Нина Чхеидзе и Вячеслав Курочкин украсили этим панно переход между двумя домами на улице Рокоссовского.
Павел Шардаков специализировался на промышленных объектах. Это он украсил лабораторию и управление тракторного завода. Мне больше нравится смальтовое панно на фасаде конференц-зала “Каустика”. “Человек-творец” здесь выглядит фигурой космического масштаба.
Заглянем в Камышин. “Девушку с арбузом в виде цветка лотоса”, думаю, видели все местные жители. Я сам ее помню. Удивительно, но это довольно новое панно. Владимир Цеденов создал его в 1993 году.