Нину Ивановну не радовала пятница. В офисе предвыходное возбуждение, все порхают как на крыльях, короткий день, а тут – полная катастрофа!
Ведь, сын, единственный сын, в которого столько сил было вложено, который с детства рос под неусыпным присмотром, вдруг пришёл и заявляет такое! А всё эта гадина, эта проныра – Юлечка, которая пудрит ему мозги вот уже третий год!
Это она, она три года назад, когда Шуре исполнилось двадцать семь, и стало ясно, что армия ему уже не грозит, это она своими голыми коленками взялась сверкать у него перед глазами!
А ведь кто положил столько сил, чтобы мальчик всё же удержался в институте, и его не забрали? А кто устроил его в «ОблЭнергоСистемы», где они с этой хамкой, правда, и встретились?!
- Ну?! Если бы я знала, что он на неё западёт, что она затащит его к себе в квартиру, а теперь, через три года, - ещё и такие заявки?! Разве бы я стала тогда уговаривать его на энергетику? Разве бы я стала с Николайсергеичем всё это решать?, - с безысходностью в голосе сетовала Нина Ивановна готовившейся к выходным Верочке.
Аккуратная сорокадвухлетняя Верочка сочувственно улыбалась яркими губами, безуспешно пытаясь хоть чуток успокоить расстроенную старшую подругу.
- Ну, может как-нибудь обойдётся… Жили же они вместе больше двух лет, и ничего!
- Вера, что ты говоришь! Она же ни сготовить, ни погладить! И не слушает, когда ей объясняешь, как надо! Отъявленная!
Нину Ивановну с утра успокаивали попеременно, пожалуй, все офисные дамы, и Верочка была уже восьмой или девятой.
Удручённая Нина Ивановна активно сморгнула влажными глазами:
- И знаешь, что она ему заявила?
- Что?
- Пришла вечером, стала кормить его своей бурдой, и говорит: «Саша, давай поженимся!». Он мне всё рассказал!! Бедный мальчик! Пытался объяснить ей, что штамп в паспорте ничего не значит и ничего не меняет. «Я же, - говорит, - и так тебя люблю». А она знаешь что?!
- Что?
- Она ему: «Вот и отлично, раз этот штамп всё равно абсолютно ни-че-го не меняет и вообще ничего не означает, - давай поженимся!». Вот хамка!!! И он сказал мне, что собирается на ней жениться!
Верочка, симпатичная, но ни разу не имевшая в паспорте никаких лишних штампов, ещё долго слушала Нину Ивановну, глядя, однако, уже не в её горящие негодованием глаза, а на небольшую перламутровую брошку, красиво приколотую Ниной Ивановной на лацкан своего тёмно-сиреневого ансамбля.
-- 2012 --