Лейтенант М. вошел в наше воинское подразделение на цыпочках. Говорил почти шепотом, и только когда его спросят. Чтобы услышать его речь, мне приходилось наклоняться к нему левым ухом и выкручивать свои звукоприемники на максимум.
— А? Чего ты говоришь? — Наша боевая глыба военный пенсионер Фомич больше всех никак не мог понять слов новоприбывшего Максимки. — Я же глухой. Ты громче говори! Ничего не бойся!
Максимка в ответ только улыбался.
Понаблюдав за ним пару дней, я подумал: Неужели и я был таким?
— Товарищ подполковник, — торопясь и проглатывая слова в первый раз докладывал лейтенант командиру — курсант М. для прохождения дальнейшей военной службы прибыл.
Позже подполковник попросил меня помочь новому лейтенанту освоиться, не нагружать его сильно задачами и первые пару месяцев не ставить дежурства.
— Слишком он робкий, — говорил он — но парень видно неплохой.
А мы так рассчитывали поскорее задействовать новые рабочие руки.
Мои первые лейтенантские дни.
Я никогда не забуду свою первую лейтенантскую командировку в соседнюю воинскую часть.
На мне надета ещё пахнущая вещевым складом и только что выглаженная синяя офисная форма. На территории в/ч веду себя настороженно, отдаю воинское приветствие каждому офицеру, и в разговорах с ними слишком часто употребляю правильные фразы по типу: "Разрешите обратиться (уточнить)?", "Так точно!" и "Никак нет!"
В общем всё во мне выдавало молодость и неопытность.
Аккуратно пробираюсь по территории и стараюсь не привлекать лишнего внимания. Мне навстречу движутся три офицера. Они кряхтя и в полуприседе, надрываясь тащат что-то железное, увесистое и вытянутое, напоминающее буржуйку. Спереди держат два мужика (один капитан другой в футболке), а сзади двумя руками несет майор, комплекцией поболее.
Увидев меня и поравнявшись со мной, они тяжело опустили ношу и стали слишком пристально смотреть на "молодое мясо". В их взгляде было что-то от хищника, обнаружившего беззащитную жертву, и некий хитрый и самодовольный блеск.
— О, лейтенант! — удивился мне майор, точно я был не офицер, которых ежегодно выпускается десятки тысяч, а редкая случайно залетевшая к ним птица из страниц красной книги.
— Здравия желаю! — поприветствовал я тяжело трудящихся.
— Ты к нам? — спросил он с едва уловимой надеждой в глазу.
— Никак нет! Я в командировке у вас был, а сейчас уже убываю — разочаровал я старшего офицера, вероятно уже вообразившего, как делегирует мне всякое.
***
Прибыв в новое место службы, после того как я вдруг (отпуск назад) получил по две маленькие звездочки на плечо, мне было труднее всего перебороть свою зажатость в общении с офицерами.
Трудность обусловлена необходимостью смены привычного, выработано пятью курсантскими годами, порядка взаимодействия со старшими по воинскому званию.
Одна часть тебя понимает, что ты теперь офицер. Кроме того тебя назначили на должность и большинство здесь служащих имеют такие же права и обязанности. Но вот другая половина сознания находится всё ещё в курсантских погонах и именно она мешает разговаривать на равных.
— Товарищ капитан, — обращался я в первые дни службы к своему старшему сослуживцу — разрешите...
— Слушай, — перебил он меня — давай без вот этих всех «товарищ капитан», «так точно», «никак нет» и прочей ненужной строевой ерунды.
Но трудно сразу взять и перепрограммировать себя. Должно пройти какое-то время.
Правда ли, что новоиспеченный лейтенант — это курсант 6-го курса?
Эту фразу любят лицемерно говорить старшие офицеры, забывшие, что когда-то сами проходили точно такой же этап становления.
Чаще всего бывалые офицеры начинают говорить о внешней не компетенции вновь прибывших. Другими словами человек, может быть отличным специалистом в своём деле, вызубрившим в теории науку побеждать от корки до корки, но временно быть из-за смены общности и обстановки не в своей тарелке.
— Хватит быть курсантом шестого курса! — кричал как-то мне подвыпивший майор. На вопрос в чем это проявляется, он отвечал так:
— Да ты посмотри на себя со стороны!
До сих пор не понимаю, что именно он хотел этим сказать, но сегодня мы с ним отлично ладим. Кроме того товарищ майор при любом удобном случае любит говорить всем, что я:
— Наш человек!
В вопросе адаптации молодых офицеров, как и в любом другом, где есть сравнение разных людей, оказавшихся в одинаковых жизненных ситуациях, нельзя судить по одному.
Лейтенант лейтенанту рознь.
В конце пятого курса, когда все практики были пройдены, а диплом написан, я подумал:
- «А что принципиально нового я узнал за этот последний год? Что из этого помогло мне сделать ещё один компетентный шаг к офицерскому званию?»
В конечном итоге, я решил, что выпустившись из военного училища на 4 курсе, это был бы точно такой же человек, как и после 5. Да я съездил и посмотрел на жизнь в воинских частях своими глазами, покомандовал бойцами, написал диплом, но всё это фундаментально никак не повлияло на мои компетенции.
И я думаю мои однокурсники со мной согласились бы. Если человек к четвертому курсу не разобрался в своей специальности, не сформировал для себя базу командирских, методических и прочих навыков, характеризующих его как офицера, то еще один самый, как бы сказали мои сослуживцы, «рассосный» год ему вряд ли добавит ума.
Здесь есть и недоработка начальников курса и курсовых офицеров (командиров рот и взводных). Они порой весь период обучения держат курсантов в жестких рамках единоначалия и субординации, когда цель военного училища подготовить прежде всего командира подразделения.
Да, хороший командир — это тот кто сам прежде умеет подчиняться, но почему бы на старших курсах не «ослабить хватку»?
***
Таким образом, все сводится к тому, что все люди разные. Кто-то уже и на третьем курсе нашей учебы мог блестяще руководить личным составом и знал с какой стороны подойти к технике. И казалось, дай ему завтра офицерские погоны — они будут смотреться на нём точно он носил их всегда.
Как правило, это люди, поступившие на обучение из армии, (отслужившие срочную службу).
Вопрос адаптации молодого офицера индивидуален и зависит от личностных качеств отдельно взятого человека.
Вероятно самый верный способ не казаться курсантом 6 курса (при условии достаточности компетенции) — быть коммуникабельным и уметь быстро находить общий язык с людьми.
P.S. Максимка медленно, но верно осваивается. В нём мало командных навыком, он плохо социально взаимодействует, но мозги работают порядочно.
Честь имею!
- Вот ещё мой очерк про армию, который может быть вам интересен.