Однако из-за закрытия на капремонт ближайшей станции метро добираться туда стало гораздо сложнее. А в конце августа еще и появилась информация о сносе нескольких павильонов. После таких новостей первая мысль, которая пришла в голову, — «Уделка» наверняка потихоньку вымирает. «МК в Питере» решил проверить, как обстоят дела на знаменитой барахолке, и отправил туда журналиста субботним утром. Ему слово.
Как доехать?
На наземном транспорте было решено ехать от метро «Академическая». Отсюда прямиком до «Уделки» ходит трамвай № 9, однако из-за дорожных работ на проспекте Науки я решил воспользоваться автобусом, идущим до перекрестка Энгельса и Светлановского, а потом пересесть на другой транспорт. Вся дорога заняла примерно час.
Позавтракав ароматной самсой и горячим кофе в одном из прилегающих к барахолке кафе, направляюсь на рынок. Благо погода в последние деньки бабьего лета располагала к долгой прогулке.
Первое впечатление: на рынке мало что изменилось, закрытие станции метро не сказалось на количестве работников и посетителей барахолки. Между рядами, как и в старые добрые времена, было не протолкнуться. Однако у коллекционеров и торговцев другое мнение: стало малолюднее.
«А почему вы подумали, что рынок-то вымрет?! Автобусы же ходят, электрички с Финляндского курсируют регулярно. Кому надо, тот дорогу найдет. Это не повод, чтобы не ездить сюда. Но, кажется, раньше людей все же было побольше», — поделился наблюдениями и мыслями один из посетителей.
То же самое, несмотря на столпотворение и даже очереди к некоторым прилавкам, говорят торговцы.
«Конечно, после закрытия метро людей стало меньше. Немного упала прибыль из-за этого», — признался один из старьевщиков.
После закрытия станции метро на ремонт посетителей на рынке стало немного меньше. Фото автора
Хлам или антиквариат?
Как и прежде, ассортимент антиквариата поражает воображение: посуда, древние инструменты, о предназначении которых не всегда знают сами продавцы, украшения, одежда, мебель, всевозможные виниловые пластинки, проигрыватели, патефоны, кассеты, куклы, книги и даже советские сигареты (среди них и воспетые в народном фольклоре «Опал» и «Родопи»).
Перечислять ассортимент представленного на «Уделке» можно до бесконечности. Однако, несмотря на видимое изобилие, некоторые покупатели сетуют: найти уникальную вещь стало гораздо сложнее.
«С каждым годом все больше становится какого-то хлама, а не настоящего антиквариата, вещей с историей. Все труднее отыскать винтаж, предметы, которым можно дать вторую жизнь», — отмечают коллекционеры.
По моим личным наблюдениям, проблемы с ассортиментом — не единственное обстоятельство, которое может негативно повлиять на популярность Удельного рынка. Привлекательность барахолки снижают все возрастающие цены. Свободных денег у людей не так и много, потому они лишний раз задумаются, стоит ли тратиться на безделушки, стоимость которых чутко реагирует на инфляцию и желание торговцев подзаработать.
Например, чашечку и блюдце производства Ленинградского фарфорового завода года три назад можно было купить за 200–300 рублей, а сейчас с трудом получилось сторговаться с тысячи до 800 рублей.
Для любителей фарфора на «Уделке» раздолье. Фото автора
Выросли в цене и виниловые проигрыватели. Например, за «Юность» в 2016‑м просили 2,5–3,5 тысячи рублей, а сейчас самый дешевый аппарат этой модели я отыскал за 7700. Поражают цены и на пластинки. Дешевле 3 тысяч рублей, если речь идет о западных исполнителях или не самых крупных тиражах отечественных музыкантов, у меня отыскать не получилось. Хотя рост цен можно объяснить и тем, что подобных вещей с каждым годом становится все меньше.
Культурная публика
На «Уделку» продолжают ходить не только коллекционеры, но и энтузиасты, которые используют приобретенные предметы старины для воплощения творческих замыслов. Так, петербуржец Артемий Макаридин уже реализовал два художественных проекта, напрямую связанных со знаменитым блошиным рынком.
«Пять лет назад я занимался тем, что скупал отснятую, но не проявленную пленку. Одна часть пленок была куплена еще до входа на основной рынок. Вторая — приобретена у торговцев “блошиной” части, торгующих товаром на выходных прямо с ковриков на земле. Третья — у дедушки, занимающего пару столов и крытый крышей прилавок. Расстался он с пленкой довольно недорого, поскольку брали сразу всю, боясь упустить действительно интересные кадры. Сейчас у меня другой проект, тоже связанный с нашей самой известной барахолкой и фотографиями. Я приобрел около 20 старых сотовых телефонов, выпущенных в начале нулевых. Я не только коллекционирую сами аппараты, но и фотографирую на них. Результат выкладываю у себя на страничке в социальной сети и в тематических сообществах любителей таких кадров», — рассказал Артемий.
К слову, «Уделка» привлекает людей не только развалами с антиквариатом, но и немалым количеством заведений общепита, которые работают в окрестностях рынка. Если в кафе восточной кухни, где я позавтракал, благодаря большому количеству клиентов из Средней Азии всегда многолюдно, то в ближайшей к барахолке рюмочной, куда я заглянул, уходя с рынка, царит уныние: после закрытия станции метро поток гостей заметно снизился. Помещение, оформленное в сдержанном ретростиле, пустовало. За прилавком скучала официантка, она же барменша и буфетчица Марина.
«У нашего руководителя раньше было семь заведений. Шесть из них пришлось закрыть из-за закона о 50 квадратных метрах. Не попала под ограничения только эта точка, но рядом закрыли станцию метро. Выручка упала в два раза. Пытаемся продержаться до мая, когда закончат работы», — рассказала Марина.
Подводя итоги прогулки, отмечу: очень сложно сделать вывод о влиянии временного закрытия станции метро на работу знаменитой петербургской барахолки. Но все же есть ощущение, что золотой век блошиного рынка подходит к концу.
Любителям редких записей на виниле придется раскошелиться. Фото автора
На грани закрытия?
Как «МК в Питере» писал в начале этой статьи, в последних числах августа в интернете начали муссировать слухи о вероятной ликвидации Удельного рынка. На самом же деле под демонтаж попали лишь несколько незаконных павильонов, находящихся неподалеку от барахолки.
«Жители нашей Выборгской стороны обращались ко мне с вопросом о том, кто и зачем снес торговые павильоны на блошином рынке около “Удельной”. В ходе нулевых чтений бюджета я напрямую адресовала его главе комитета по контролю за имуществом Роману Голованову: именно его ведомство контролирует снос незаконных объектов на городской земле. Удивительно, но и ККИ не знает, кто и почему прислал туда технику и рабочих, но совершенно точно никаких предписаний о сносе [павильонов] в районе “Удельной” в последние несколько месяцев комитет не выдавал. По информации, предоставленной комитетом, данная территория не является городской: [она] передана в аренду ОАО “РЖД”. Рядом с уже бывшими павильонами действительно проходят железнодорожные пути, и конструкции могли попасть в “санитарную” зону дороги. При этом на данной территории в настоящее время начинается установка временного трубопровода, и, возможно, освобождение земельного участка связано с этими ремонтными работами», — написала на своей странице в соцсети «ВКонтакте» депутат Законодательного собрания Санкт-Петербурга Ирина Иванова.
В общем, до поры до времени торговцы, коллекционеры и любители погулять по блошиному рынку могут быть спокойны. Согласно появившимся в СМИ сообщениям, полностью закрывать Удельный рынок, существующий уже несколько десятилетий, городские власти пока что не планируют.
Автор: Никита Нестеров