Все фото из открытых источников Интернета
«В 1931 году французы привезли моего прадеда из Новой Каледонии на выставку колоний, где он представлял народ канаков. Несколько недель парижане глазели на него в зоопарке, как на животное. И как после этого я мог петь французский гимн?»
В хижине стало тесновато – родители ютились с двенадцатью детьми, – и Кристиана послали в колледж. Его отец Поль подписал документ, разрешающий порку учеников, иначе не приняли бы, да и не такой Кристиан дуралей, чтоб нарываться.
Он и не дерзил, но однажды, когда вахтер отлучился, дал звонок раньше времени, был выпорот и снова смог сидеть только после компрессов, которыми его спасла сестра Нинетт. Дядя Кристиана боролся за независимость канаков от Франции.
В день выборов 1984 года он ворвался с ножом на избирательный участок в мэрии, сломал урну для голосования и поджег бюллетени. Через три месяца его убили жандармы, а профранцузские радикалы влетели с бейсбольными битами в столовую колледжа Кристиана, вынудив темнокожих учеников выпрыгивать из окна второго этажа.
Быстрые ноги помогли Карамбе и тогда, и на просмотре в «Нанте».
Директор «Нанта» Роберт Будзински попросил прислать во Францию самых талантливых молодых игроков Новой Каледонии, подарившей клубу лучшего защитника, Антуана Комбуаре, и услышал два имени: Виктор Зеула и его двоюродный брат, Кристиан Карамбе. Виктор, сын одного из вождей племени канаков, улетел, а Кристиана не пустили родители из-за того, что в мае 1988-го французская армия ликвидировала девятнадцать канакских сепаратистов, казнив даже тех, кто сдался в плен. Только через два месяца, когда Франция дала канакам возможность самим выбирать себе власть в обмен на отказ от борьбы за независимость, родители отпустили Кристиана в «Нант». Сорок часов полета, пересадки в Сиднее, Сингапуре, Джакарте и Нью-Дели – и, наконец, он в Париже.
Рванул к Эйфелевой башне, но из-за тумана ничего не разглядел и двинулся в Нант, где поразил тренера Жан-Клода Сюодо, вырастившего Дешама и Десайи.
После первой тренировки Сюодо подумал, что ему прислали спринтера, а не футболиста: Карамбе бешено носился по полю и не особо парился о тактике.
Играть он умеет, осталось научить его думать – это интересная задача, – решил Сюодо и дал Кристиану контракт, а заодно прилепил кличку Безумный Конь.
Карамбе поселился в интернате «Нанта», но по выходным, когда его соседи уезжали к родителям, оставался один – до дома восемнадцать тысяч километров, особо не наездишься, а кузен Виктор перешел в «Кемпер» – и грустил от того, что многие французы мнили его родину островом террористов, пороховой бочкой.
У «Нанта» – своя печаль. Долги достигли шестидесяти миллионов франков и, чтоб не рухнуть во вторую лигу, пришлось продать Дешама, Ле Гуэна и Комбуаре, зато Карамбе и его друзья по клубной академии – Педрос, Уэдек и Локо – разместились в главной команде, которую к тому же доверили их тренеру Сюодо, сменившему хорвата Блажевича. В 1993 году «Нант» нарвался в финале Кубка Франции на «ПСЖ», а Карамбе снова встретился со своим земляком Комбуаре. «Поздравляю, сегодня канак выиграет Кубок Франции», – сказал Антуан Кристиану перед игрой. Во втором тайме Карамбе, игравший в защите рядом с Зораном Вуличем, будущим тренером «Луча-Энергии», сбил в своей штрафной Лорана Фурнье, наорал на судью: «Если был фол, выгони меня!» и докричался до удаления. Тренер «ПСЖ» Артур Жорже велел исполнить пенальти Комбуаре, тот забил, и «Нант» проиграл. Карамбе наткнулся на трехмесячную дисквалификацию за оскорбление судьи, а, прилетев летом домой, услышал от отца: «Ты загадил нашу фамилию, опозорил весь канакский народ!»
Во время дисквалификации Карамбе помогал повару «Нанта» готовить обед игрокам, а, вернувшись в игру, попал в сборную Франции, которую бодро обновлял Эме Жаке. После победы на турнире в Японии игроки сборной махнули в бар города Кобе, но Карамбе остался в номере, хотя в Нанте, бывало, зажигал с Патрисом Локо по три ночи подряд. Узнав, что отец тяжело болен, Карамбе решил срочно лететь на родину – от Японии-то всего девять часов, не то, что от Франции. «Не вздумай, ты не должен раньше времени покидать команду», – сказал Поль Карамбе по телефону.
Ему оставалось жить всего несколько недель. После смерти отца Кристиан сорвался в Новую Каледонию первым же рейсом, но опоздал на похороны – прилетев, он услышал: из-за жары хоронить нужно было как можно скорее. Через год Карамбе выиграл с «Нантом» чемпионат Франции и был признан лучшим игроком Океании.
В матчах Кубка УЕФА, где «Нант» проскочил «Ротор» с «Текстильщиком» и вышел в четвертьфинал, Кристиан очаровал Свена-Йорана Эрикссона, тренера «Сампдории». В Геную Карамбе переехал со своей девушкой Эстель Делакруа, дочерью спортивного редактора газеты Libération, а заодно – продавщицей фаншопа «Нанта», ее сыном Матье и их общей дочерью Инес. Все четверо поселились на вилле в районе Больяско, где до них жил Руд Гуллит, по выходным ездили в Портофино и подружились с другим голландцем, Кларенсом Зеедорфом, влившимся в «Сампдорию» тем же летом.
«В Генуе я впервые увидел настолько работоспособного игрока, – написал Эрикссон в своей автобиографии, – на тренировках за Карамбе никто не успевал. Я спросил, откуда у него столько сил и почему он никогда не устает, а Кристиан ответил, что вырос в большой семье, где у каждого ребенка было ежедневное задание – он, например, каждое утро бегал за хлебом в магазин, находившийся в нескольких километрах от дома. Ему приходилось торопиться, потому что его ждало много людей, и с каждым разом он бегал все быстрее и быстрее».
В апреле 1996 года Карамбе увидел в аэропорту Линате высокую блондинку – нападающий «Сампдории» Роберто Манчини подсказал, что это девушка года по версии пивного бренда Peroni. Кристиана заинтересовала эта информация, и он пригласил Адриану Скленарикову на игру с «Бари» – после матча она призналась, что шум футбола успокаивает ее: когда ее отец Мирослав падал с пивом на диван и смотрел матчи чехословацкого чемпионата, Адриана знала, что может спокойно играть с сестрой, не опасаясь, что на нее накричат.
Через месяц «Сампдория» обыграла дома «Милан» 3:0, и после матча Фабио Капелло пригласил Карамбе и Зеедорфа в раздевалку своей команды: «Я ухожу в мадридский «Реал». Пойдете со мной?»
– «Да!» – услышал он мигом от обоих.
Зеедорф перешел сразу, а Карамбе завис – «Сампдория» согласилась продать его «Барселоне» за шестьдесят пять миллионов франков (десять миллионов евро), «Реал» предлагал меньше, но Кристиан уже дал слово Капелло и отверг «Барсу» – остался в Генуе. Когда новый президент Франции Жак Ширак возобновил ядерные испытания в Тихом океане, Карамбе отказался играть за сборную.
Тренер Жаке отговорил, но Карамбе продолжил критиковать Ширака в интервью Corriere Dello Sport, а потом призвал партнеров по клубу разместить на форме лозунг «Сампдория» за мир». На Евро-1996 молодая сборная Франции прокралась в полуфинал, но журналисты ополчились на Карамбе – сначала за то, что после четвертьфинала с Голландией он не радовался с партнерами, а утешал Зеедорфа, не забившего пенальти, а потом за молчание во время гимна. Карамбе объяснил, что Зеедорф – его друг и, увидев слезы, он бросился к нему рефлекторно, а «Марсельезу» вообще знает наизусть с детства – когда в 1979 году Новую Каледонию посетил президент Франции Валери Жискар д’Эстен, Кристиана и его класс обязали пройти двадцать километров, размахивая французскими флагами и распевая гимн. Заодно Карамбе признался, что никогда не чувствовал себя французом – только новокаледонцем – и не понимал, почему его стране отказывали в независимости. «Я играю за Францию лишь ради того, чтобы мир узнал о проблемах моей родины. А во время гимна я молюсь в память об отце», – сказал он в интервью Canal Plus. Журналистка Клаудин Вери в книге о Карамбе написала, что, прилетев домой после Евро, Кристиан впервые заметил пожелтевшую фотографию своего прадеда Вилли, сделанную в Гамбурге в начале тридцатых. Кристиан узнал от старших, что в 1929 году, после экономического кризиса, французское правительство решило похвастаться богатством империи и свезло в парижский зоопарк представителей всех колоний. Вилли Карамбе и других канаков – после двухмесячного путешествия на корабле – поместили в клетку с табличкой «Настоящие людоеды», внутри которой воссоздали обстановку канакского племени. Рядом находился вольер с крокодилами.
Канаки должны были угрожающе кричать и пританцовывать, а посетители платили за возможность посмотреть на это пять франков. После Парижа Вилли и его соплеменников отправили на аналогичную выставку в Гамбург, а потом предложили поучаствовать в европейском турне. Вилли отказался и отплыл из Марселя домой, а пятеро его земляков – из семи, согласившихся на гастроли – скончались из-за голода и ночевок под дождем.
Кристиан Карамбе, Роберто Манчини и Хуан Себастьян Верон
Владелец «Сампдории» Мантовани гнал Кристиана в Барселону, новый тренер Менотти морил в запасе, но Кристиан стоял на своем – только «Реал».
«Из-за своей забастовки вы можете пропустить чемпионат мира. Как вы можете отказывать «Барсе»?» – спросили его в студии Canal Plus.
– «В меланезийской культуре слова значат больше контрактов», – ответил Карамбе. В октябре 1997-го он сыграл на «Сантьяго Бернабеу» в благотворительном матче против расизма, и болельщики «Реала» весь матч скандировали его имя – он еще не перешел, а его уже любили. В итоге Мантовани согласился продать Карамбе «Реалу» за пять миллионов евро, хотя инициатор трансфера Капелло давно вернулся из Мадрида в Милан. Новый тренер Хайнкесс поставил Кристиана на фланг полузащиты, выше Пануччи и правее Редондо, и Карамбе забил в трех подряд матчах Лиги чемпионов, дважды «Байеру» и один раз «Боруссии», выведя «Реал» в финал Лиги чемпионов, где Мадрид не был с 1981 года и не побеждал с 1966-го. За два месяца Карамбе выиграл Лигу чемпионов и чемпионат мира, где из-за боли в лодыжке играл мало и на разных местах: с Данией правого защитника, с Италией опорного полузащитника, а с Хорватией – левого центрального. В полуфинале Кристиану пришлось уйти с поля на тридцатой минуте, после столкновения с Давором Шукером, партнером по «Реалу». В перерыве, при счете 0:0, Эме Жаке орал: «Вы боитесь? Вы проиграете, если будете трусить!»
Через минуту после возобновления матча Франция пропустила от того же Шукера, но спаслась двумя мячами Тюрама. Перед финалом с Бразилией Карамбе созвонился с другим игроком «Реала» Роберто Карлосом и узнал, что Роналдо стало плохо.
«Шутишь?» – «Нет, его увезли в больницу».
Карамбе сообщил Жаке об обмороке Роналдо, но тренер решил, что это блеф.
После второго гола Зидана Бразилии мама и тетя Кристиана оставили свои места на трибуне, и пошли перекусить в бар около «Стад де Франс». Когда матч закончился и игроки передавали друг другу кубок мира, Кристиан зашел в раздевалку и увидел, что телефон разрывается от звонков одного из его братьев. «Мама потерялась. Отошла поесть и не вернулась».
Мама в это время испугалась толпы, хлынувшей со стадиона, и вернулась в бар, попросив официанта, позвонить ее сыну. «Вот номер его мобильного».
– «А кто ваш сын?»
– «Кристиан Карамбе».
Официант не поверил, и маме Карамбе пришлось доставать паспорт.
Когда отшумел праздник на Елисейских полях, Кристиан уехал в свой дом в Нанте, где приготовил барбекю и скромно отметил победу с семьей и Адрианой Скленариковой.
Через полгода Карамбе выпросил недельный отпуск у президента «Реала» Лоренсо Санса и женился на Адриане в Порто-Веккьо, пригласив на свадьбу только одного футболиста, Кларенса Зеедорфа. Спустя полгода после ухода Зеедорфа в «Интер», Карамбе тоже оставил «Реал» – он редко играл из-за нескончаемых проблем с лодыжкой (из-за этого не особо порадовала даже вторая победа в Лиге чемпионов, 2000 года), и принял щедрое предложение «Мидлсбро», нанявшего на деньги сотовой компании BT CellNe тренера Венейблса и звезд вроде Циге, Инса и Бокшича. Освоившись в Англии, Кристиан и Адриана рванули в Мортон, село на окраине Мидлсбро, родину открывателя Новой Каледонии Джеймса Кука (того самого, которого съели аборигены, а за что – неясно, молчит наука), но других интересных мест в промышленном городе не нашли и к весне заскучали. «Мидлсбро» грезил трофеями и еврокубками, это и манило, но сезон кончился четырнадцатым местом, и Карамбе свинтил в «Олимпиакос», в первый же год став лучшим игроком греческой лиги. Нового тренера сборной Роже Лемера не волновали травмы Карамбе и его простои в «Реале», он относился к нему с отцовской заботой (сын Роже Закари работал агрономом в Новой Каледонии) и брал – пусть не основным игроком – на Евро-2000 и Кубок Конфедераций-2001. Добыв со сборной еще два титула, Карамбе вынужден был оставить ее весной 2002-го – болельщики освистали его после выхода вместо Кандела в товарищеском матче с Шотландией, а заодно крикнули: «Анти-француз!»
Зинедин Зидан заявил, что болельщики опорочили победу сборной (5:0), Лемер назвал их поведение оскорблением страны, а певец Франсис Лаланн посвятил Карамбе песню «Моему другу, канаку», но сам Кристиан сказал, что жалеть его нечего – французский националист Жан-Мари Ле Пен требовал выгнать Карамбе из сборной еще в 1996-м, а это второй по популярности политик страны, чего ж удивляться, что его настроения разделяют простые люди. Через несколько недель Кристиан признался Лемеру, что с лодыжкой беда и на чемпионате мира он не помощник.
Отработав контракт с «Олимпиакосом», Карамбе очутился в Женеве, куда его завлек бывший агент Марк Роже, в середине девяностых устроивший распродажу чемпионского «Нанта». Гарантировав акционерам приезд чемпиона мира и Европы, Роже купил разоренный «Серветт» за один франк, но денег на зарплаты не нашел, и несколько месяцев Карамбе кормил молодых игроков у себя дома словацким супом, приготовленным Адрианой. Потом клуб снялся с чемпионата, и Кристиан посвятил последние месяцы карьеры «Бастии» – после свадьбы в Понто-Веккьо мечтал хоть немного поиграть на Корсике. На десятилетие победы в чемпионате мира Карамбе позвал Зидана, Джоркаеффа, Жаке, Лебефа, Блана, Лизаразу и Пиреса в Новую Каледонию, которую двадцатью годами ранее, когда Кристиан прибыл в Нант, большинство французов считало островом террористов.
Карамбе провел друзей в родное племя, показал, где собирал грейпфруты, выкапывал сладкий картофель батат и ловил крабов. «Я думал, что вы очень далеко, – сказал Эме Жаке землякам Карамбе, – но теперь я вижу, как мы близки».
Потом слово взял вождь Паскаль Вакапо, обратившийся к Кристиану: «Ты, конечно, звезда, но раз ты здесь, поруби-ка деревья, а я пока покурю с Зиданом».
Чтобы понять, каким футболистом был Кристиан Карамбе, достаточно списка его титулов. Чтобы знать, что он за человек, нужно погрузиться в историю.
Статистика, которая знает все, подмечает: лишь 10 футболистов за всю историю выигрывали два высших титула в одном сезоне — Лигу чемпионов на клубном уровне, чемпионат мира на уровне сборных.
1974. Зепп Майер, Пауль Брайтнер, Ханс-Георг Шварценбек, Франц Беккенбауэр, Герд Мюллер, Ули Хенесс («Бавария» и сборная ФРГ)
1998. Кристиан Карамбе («Реал» и сборная Франции)
2002. Роберто Карлос («Реал» и сборная Бразилии)
2014. Сами Хедира («Реал» и сборная Германии)
2018. Рафаэль Варан («Реал» и сборная Франции)
У Карамбе в этом списке 7-й порядковый номер, но есть основания считать его все-таки первым: у Кубка чемпионов (до 1992) и Лиги чемпионов не только разные бренды, но и форматы, популярность, интенсивность, уровень конкуренции. Тем более что через два года после дубля-1998 Карамбе оформил изящный ремейк, дополняющий и без того высокий статус: Лига чемпионов + чемпионат Европы (2000). Еще одна мировая номинация персонально для Карамбе — лучшая «злая собака», как называют особо свирепых опорников, зачищающих пространство без намека на заботу о здоровье соперника. Конкуренция здесь лютая, но Крис не проигрывает ее до сих пор, даже через 15 лет после завершения карьеры. Ни Эдгару Давидсу, ни Дженнаро Гаттузо, ни Серхио Бускетсу, ни Каземиро и так далее — никому из прошлых, нынешних и, не исключено, будущих выдающихся «собак».
Обладатель Кубка Франции: 1992 («Нант»)
Чемпион Франции: 1995 («Нант»)
Обладатель Кубка Лиги чемпионов: 1998, 2000 («Реал»)
Чемпион Греции: 2002, 2003 («Олимпиакос»)
Чемпион мира: 1998
Чемпион Европы: 2000
Обладатель Кубка конфедераций: 2001
Лучший игрок Океании: 1995, 1998
Обладатель ордена Почетного легиона: 1998
Его уникальной, вошедшей в фольклор спортивной злости есть объяснение.
Дело в том, что он никогда не считал себя «настоящим» французом: — Я из Новой Каледонии (административно-территориальное образование под протекторатом Франции, расположенное в юго-западной части Тихого океана). Не понимаю, почему моя страна не является независимой. Играл за Францию только потому, что считаю ее хорошей рекламной витриной. Для меня важно, чтобы мир узнал мой народ и понял его проблемы.
Карамбе — канак. Коренной каледонец. Он родился на Лифу, одном из крупнейших островов архипелага Новая Каледония, за 18 лет до того, как французское правительство ввело закон, лишивший коренное население права голоса на региональных выборах. В ответ группа канакских коммандос совершила набег на жандармерию острова Увеа, убив четырех полицейских и взяв 30 заложников. Их требования — отмена унизительного закона и проведение референдума о независимости. Мгновенная контратака Франции: штурм коралловых пещер, в которых укрылись боевики, 19 погибших канаков, жестокое подавление бунта, преследование вольнодумцев по всему архипелагу. Диктат Парижа принял жесткие формы. Канак Карамбе, как и его родители и 16 братьев и сестер, фактически стали жертвами геноцида и приняли девиз, провозглашенный Жаном-Мари Тжибау, лидером движения «Фронт освобождения канаков»: «Ни смерть, ни слезы, ни страдания, ни унижения не заглушат наш крик о свободе».
Так что характер и мировоззрение одного из самых жестких футболистов планеты Кристиана Карамбе сформировались в особой среде. А необходимость зарабатывать на хлеб с малых лет обеспечила уникальную «физику». Его первый стадион — глиняная поляна в родной деревне. Первая команда — школьный класс. Первый трансфер — в местный клуб «Гайтча» в статусе подающего надежды, но плохо обученного юниора.
В заявку «Гайтчи» Крис попал 1 октября 1988-го, а уже через полтора года, летом 1989-го, был рекомендован к просмотру в «Нанте», расположенном в 20 тысячах километров и 72 часах лета от Нумеа, столицы Новой Каледонии. Промоутером сделки выступил агент Марк Каньяна-Кейса, первым делом предупреждавший всех, кто имел дело с «этим странным каледонцем»: — С языка канаков «кarembeu» переводится как «злой, сердитый человек». Очень подходящее имя для моего вундеркинда. Он действительно злой. А еще неутомимый и очень сильный. Более крепкого и выносливого парня я в своей жизни не видел.
В счастливом для Карамбе и всей Франции 1998-м публицист Дидье Денинкс опубликовал книгу «Каннибал», события которой развиваются вокруг колониальной выставки 1931 года в Париже. По замыслу, акция должна была стать демонстрацией силы, которую обрела Франция, продвигая политику колонизации. Один из центральных перфомансов — сидящие в клетках аборигены с заморских территорий, поедающие сырое мясо и исполняющие дикие, с точки зрения рафинированных европейцев, танцы.
Работая над книгой, Денинкс обнаружил невероятное фото: за решеткой в этом человеческом зоопарке сидят несколько канаков, и один из них — копия Кристиана Карамбе. Писатель связался с футболистом и вскоре получил ответ, из которого следовало, что да, на фото — прадед Вилли и несколько его соплеменников.
Через много лет Кристиана спросят: — Правда, что вашего прадеда привезли из Новой Каледонии в Париж и демонстрировали на колониальной выставке в роли каннибала?
— Правда. Их выставили на всеобщее обозрение в клетке, а потом отправили в Германию в обмен на крокодилов. Было время, когда во Франции царили ужасные нравы. Это часть истории, ее не зачеркнуть. Но французы признают свои ошибки, хотя большинство из них и сейчас не покажут на карте, где находится моя родина…
Карьера Карамбе:
«Нант» (Франция, 1990-1995). 127 матчей, 6 голов, 2 ассиста, 20 ЖК, 2 КК
«Сампдория» (Италия, 1995-1997). 66 матчей, 6 голов, 4 ассиста, 1 ЖК, 3 КК
«Реал» (Испания, 1997-2000). 82 матча, 4 гола, 13 ЖК, 1 КК
«Мидлсбро» (Англия, 2000-2001). 33 матча, 4 гола, 3 ЖК, 1 КК
«Олимпиакос» (Греция, 2001-2004). 99 матчей, 4 гола, 5 ассистов, 13 ЖК, 2 КК
«Серветт» (Швейцария, 2004-2005). 14 матчей, 5 ЖК
«Бастия» (Франция, 2005). 7 матчей, 3 ЖК
Сборная Франции (1992-2002). 52 матча, 1 гол, 5 ассистов, 5 ЖК, 1 КК
Всего: 480 матчей, 25 голов, 16 ассистов, 63 ЖК, 10 КК
В настоящее время: стратегический советник президента «Олимпиакоса».
Карамбё был женат на словацкой модели Адриане Скленариковой, с которой познакомился на борту самолёта. 11 марта 2011 года они публично заявили о разрыве отношений, разведясь окончательно в декабре 2012 года. В мае 2017 года он сочетался вторым браком с ливанской лыжницей Жаки Шамун в Греции, организовав свадебные торжества в Ливане. 27 сентября того же года Кристиан и Жаки сообщили о рождении дочери. Карамбё представлял футбол Океании на футбольном совещании в Лейпциге.
Сейчас Карамбё — комментатор-консультант на французском телевидении.
По опросу МФФИИС он занимает 3-е место среди лучших футболистов XX века в Океании. В 2013 году во Франции снят художественный фильм «Канак, забытая история» (фр. Kanak, l'histoire oubliée), основанный на биографии Карамбё.
В главной роли: Яэль Майя. Фильм получил награды: 2 приза Luchon International Film Festival 2013 (самый многообещающий молодой актёр — Яэль Майя, Специальный приз жюри)