В одном из детдомов Магаданской области уже три года живет сероглазый русоволосый паренек – 13-летний Дима. Он шестиклассник.
Корр.: Как успехи?
Дима: Хорошо всё, хорошист.
Корр.: А есть у тебя любимые школьные предметы?
Дима: Да, русский язык и литература. Английский еще язык.
Корр.: А есть нелюбимые предметы у тебя?
Дима: Да нет, мне все нравятся.
Корр.: А какой самый трудный предмет?
Дима: Самый трудный это математика.
Корр.: Ну по ней какие оценки?
Дима: Четыре.
Корр.: А по любимым предметам, наверное, пятерки?
Дима: Да.
Корр.: Молодец! А вообще, что тебе больше всего в школе нравится?
Дима: Ну, учиться в первую очередь, получать знания.
Корр.: А зачем тебе знания, что ты с ними будешь делать?
Дима: В дальнейшем буду учиться, работать.
Корр.: Уже выбрал, кем будешь работать?
Дима: Нет, не выбрал еще.
Корр.: Скажи, а что ты делаешь после школы – в свободное время?
Дима: Делаю уроки, книгу читаю, выступаю на сцене, стихи рассказываю.
Корр.: А какие ты книги читаешь?
Дима: Литературу. Фантазию люблю.
Корр.: А, фентези? Про всяких волшебных существ, да?
Дима: Да.
Корр.: А ты хотел бы в кого-нибудь превратиться?
Дима: Нет.
Корр.: Ни в эльфа, ни в гнома, ни в дракона?
Дима: Не!
Корр.: А хотел бы ты быть волшебником, например?
Дима: Не, я не хочу быть волшебником.
Корр.: А почему? Он может исполнять желания.
Дима: Ну это же фантастика, я просто люблю читать это, а так я хочу обычным человеком быть.
А какой Дима человек сейчас? По словам воспитателя Анжелы Жабкиной – хороший.
А. Жабкина: Мальчик очень добрый, приветливый, на контакт идет со всеми, не любит скандалить, учится хорошо, старается, на замечания реагирует адекватно. Может пофантазировать он, но не лживый, с детьми конфликтов особых нет. Могу сказать: спокойный, адекватный ребенок. Такие редко бывают.
Анжела Даниловна говорит, что никаких особых хлопот Дима не доставляет.
А. Жабкина: Только единственное – у него заболевание… на ногах, на пятках волдырики вскакивают, и потом медик ежедневно ему ноги обрабатывают, повязки, там. И, когда у него обострение на ногах, он, бывает, похрамывает, а когда обострение проходит – более-менее нормально он ходит. Он инвалидность получает, но он ходит в общеобразовательную школу, там же получает знания…
А еще Дима ходит заниматься в разные кружки.
Дима: На хор, например, рисование. Я на футбол ходил, и волейбол ходил. Сейчас не хожу, потому что у меня ноги болят: у меня волдыри, из-за этого я перестал ходить. Еще поделки делаю.
Корр.: А какие ты поделки делаешь?
Дима: На Новый год, там, на всякие праздники. На 23 февраля, на 9 мая.
Корр.: Ну вот ты сделал поделки. Кому ты их даришь? Или просто они у тебя стоят?
Дима: Педагогу-организатору, воспитателям, педагогам всем.
Корр.: Скажи, а вот лето ты как обычно проводишь?
Дима: Плаваю, летаю на самолете, когда прилетаю – гуляю, на всякие мероприятия хожу, общаюсь с детьми.
Корр.: А куда ты летаешь на самолете?
Дима: В лагеря.
Корр.: А ты уже куда-нибудь летал, где был?
Дима: Да, в Краснодаре, и еще в Санкт-Петербург летал, давно только.
Корр.: А еще где-нибудь хотел бы побывать? Что-нибудь увидеть?
Дима: Хотел бы другую страну, наверное, посмотреть.
Корр.: Ну какую страну ты хотел бы посетить?
Дима: Египет.
Корр.: А почему Египет?
Дима: Потому что пирамиды… ну, мы по истории изучали, мне понравилось. Такие памятники.
Корр.: Захотелось посмотреть, да?
Дима: Да.
А хотел бы Дима оказаться не просто где-то в другом месте, а в семье?
Корр.: Скажи, пожалуйста, вот если бы какие-то люди тобой заинтересовались, захотели с тобой познакомиться, может быть, позвать к себе в гости, ты бы как к этому отнесся?
Дима: Ну я бы сначала познакомился с ними, пообщался, узнал, хорошие ли они люди. Если бы они были добрыми, я бы согласился.
Корр.: Но вот хорошие, добрые люди – это какие?
Дима: Ну, которые хорошо разговаривают, хорошо выглядят, хорошо относятся ко всем, ну и вежливые, добрые.
Корр.: Ну вот скажи, добрые родители – они что должны делать? Они всё должны детям разрешать или нет?
Дима: Они должны их воспитывать.
Корр.: А как нужно воспитывать детей?
Дима: Ну, если, например, плохо себя ведешь, нужно предупредить и сделать одно предупреждение, чтобы этот ребенок понял.
Корр.: Ну а если не понял?
Дима: Поймет. (Корреспондент посмеивается).
Корр.: А если всё-таки вот он такой вредный и не хочет понимать, что с этим делать?
Дима: Наказывать тогда. Но не сильно.
Корр. (с улыбкой): Но не сильно? Ну а как надо наказывать, как думаешь?
Дима: Телефон забирать, домашний арест, в угол.
Корр.: А скажи, каким должен быть сын в семье, как ты считаешь?
Дима: Сын? Добрым, послушным… ну, хорошо учится, старается.
Корр.: А как думаешь, у тебя бы получилось быть хорошим сыном?
Дима: Не знаю.
Корр.: А хотел бы, чтобы, например, в семье у тебя были братья и сёстры?
Дима: Да я не знаю. Мне как-то всё равно.
Корр.: То есть могут быть, а могут не быть? И так и так хорошо?
Дима: Да.
Корр.: Понятно. Ну а есть у тебя какая-нибудь мечта?
Дима: Ну, у меня есть мечта, чтобы я сдал все экзамены, поступил в университет и пошел на хорошую работу, чтоб много денег зарабатывал, и всё было у меня хорошо.
Корр.: А вот если бы ты нашел волшебную палочку, есть какая-нибудь такая… прям волшебная мечта?
Дима: Не-а. Я бы ее никогда не нашел.
Корр.: В чудеса не веришь?
Дима: Не-а, сейчас не верю, раньше верил.
Корр.: А почему перестал верить?
Дима: Потому что я вырос. Я уже повзрослел и уже понял, что не бывает такого.
А мы всё-таки верим, что чудеса бывают. Те, что мы делаем сами. Может быть, именно вы сотворите такое чудо для Димки?