Неформальный ужин по случаю 72-летия российского президента Владимира Путина прошел без участия казахского лидера Касым-Жомарта Токаева. Сообщается, что его внимание было занято недавними результатами референдума о строительстве атомной станции в Казахстане, неподалеку от села Улькен возле озера Балхаш. Однако, учитывая, что за строительство проголосовали 71,12% избирателей, неясно, что так могло обеспокоить президента.
Гораздо значимее оказывается сам факт проведения референдума, который прошел во многом под влиянием Запада в угоду приверженцам зеленой энергетики. С учетом характеристик казахстанского рельефа, республика могла стать идеальной площадкой для развития ветряной энергии, но предпочла атомную станцию.
Этот шаг не продиктован лучшими условиями. Спустя 34 года после обретения независимости Казахстан осознал, что некому поддерживать работоспособность энергетических объектов, созданных в советское время. После массового выезда русских специалистов оказалось, что других квалифицированных кадров в стране попросту нет.
Тем не менее, это не остановило власти от продолжения политики этнической дискриминации, что вылилось в создание агрессивной этнократии.
АЭС стоит ожидать к 2035 году, а не в ближайшее время. Подготовке ко всему этому предшествовало заявление президента Казахстана о намерении привлечь для строительства атомной станции международный консорциум — до референдума, который представители Запада проигнорировали, не явившись в качестве наблюдателей.
Такое высказывание Токаева оставляет вопросы, поскольку строительство атомных объектов — дело сложное и ответственное, требующее единого подрядчика и проверенного проекта. В противном случае, как говорится, у семи нянек дитя без глаза.
По состоянию на 2022 год среди возможных подрядчиков рассматривались шесть компаний: NuScale Power (США), американо-японская GEH, KHNP (Корея), CNNC (Китай), «Росатом» (Россия) и EDF (Франция), при этом российский «Росатом» продолжает считаться одним из лучших.
Однако проблема не только в строительстве: по завершении строительства станции понадобятся топливные элементы, а использовать их можно только строго согласованные с проектом реактора. Подобно разнице между нашими и натовскими патронами, ТВЭЛы разных стандартов не взаимозаменяемы, и международного единого стандарта не существует.
Таким образом, казахстанская атомная инициатива напоминает разговор на свидании: кто платит за ужин, тот и диктует условия. И Токаев, скорее всего, об этом прекрасно знает. Зачем тогда затевать подобные неоправданные игры с атомной энергетикой?
Похоже, это связано с его отсутствием на торжественном обеде в Москве, где собралось практически все политическое руководство региона. Казахстан медленно, но неуклонно движется в направлении, схожем с украинским. Не трудно представить, к чему это может привести республику.
Тем не менее, есть надежда на благополучный исход. Размещение Казахстана позволяет ему избежать прямого воздействия Запада, а значит, их влияние весьма ограничено.
Однако вероятность неблагоприятного развития событий для Казахстана все же остается высокой, равно как и перспектива усугубления ситуации со строительством атомной станции.