Меня зовут Оля. Я родилась в небольшом городе под Нижним Новгородом и жила там почти всю свою жизнь. Моя мама, Марина, был... как это лучше сказать? Сильная женщина, скажем так. Но её сила не была тем светлым качеством, каким люди обычно его видят. Она была жёсткой, холодной, и, как я сейчас понимаю, скорее всего несчастной. Её несчастье стало моим детством.
Я не помню, чтобы мама когда-либо обнимала меня просто так, без повода. Но зато я хорошо помню, как она ругала меня за любую мелочь — будь то пятно на рубашке или невовремя выученные уроки. Её голос, острый, как лезвие, звучит в моей голове до сих пор. Она всегда находила повод для критики, и как бы я ни старалась, было ощущение, что я всё делаю неправильно. Не так сказала, не так посмотрела, не так жила.
Многие годы я верила, что это нормально. Что мама меня просто "воспитывает". Я ведь не знала другой жизни. Она постоянно повторяла, что я без неё пропаду, что ничего не умею, ничего не стою. Странное дело — ты вроде понимаешь, что это больно, что так не должно быть, но в то же время внутренний голос говорит: "Мама права. Мама лучше знает".
Тогда мне было 15. Я закрывала двери в свою комнату и мечтала о другом мире. Но где-то внутри всегда жила эта мысль: может, я и правда ни на что не гожусь?
Побег из дома
Я выбралась из дома только в 20 лет. На тот момент я поступила в университет в Москве и решила, что это мой шанс. Уехала под предлогом учёбы, хотя, если быть честной, учёба была лишь поводом для бегства. Когда я оказалась в общежитии, жизнь начала потихоньку меняться. Но мама... она словно продолжала жить во мне. Я ловила себя на том, что всё ещё её боюсь, даже если она была в сотнях километрах от меня. Даже мысли о ней могли привести меня в ужас.
Тогда я впервые задумалась: "А как же так? Я ведь теперь самостоятельная, взрослый человек. Почему же я всё ещё чувствую себя так, словно мне 10 лет и я снова стою перед мамой, которая кричит на меня за пятно на рубашке?"
Я начала читать книги. Сначала это были просто романы, чтобы убежать от реальности. Но однажды попалась книга по философии. Кажется, это была работа Сартра, где он рассуждал о свободе выбора. Я не понимала половины написанного, но одна мысль врезалась в память: человек свободен, даже если думает, что он под контролем. Я помню, как долго сидела над этой фразой. Мне казалось, что я всю свою жизнь была под контролем мамы. Но что, если я могу освободиться? Если свобода — это не только внешние условия, но и внутреннее состояние?
Так я начала изучать философию глубже. Прочитала Ницше, Камю, даже Декарта. Они помогли мне переосмыслить своё детство. Понять, что мама, возможно, сама была жертвой своей жизни, своего прошлого, но это не значит, что я обязана оставаться в той же клетке. Я поняла, что моя жизнь — это мой выбор, и я могу вырваться из этих старых цепей.
Потом была психотерапия. Это было нелегко — открывать старые раны, вытаскивать наружу все те страхи и боль, которую я так долго прятала. В кабинете терапевта я снова переживала моменты из детства: мамины крики, унижения, постоянный страх ошибиться. Но шаг за шагом я стала понимать, что я не обязана нести этот груз дальше. Я могу его отпустить.
Новая жизнь
Теперь мне 32. У меня есть семья — муж и маленькая дочь Маша. Я очень боюсь, что однажды стану похожей на свою мать. Этот страх долго жил во мне. Но теперь я понимаю, что это тоже вопрос выбора. Я работаю над собой каждый день, чтобы не повторять старых ошибок. Конечно, иногда на меня находит раздражение, усталость. Но я сразу начинаю себя останавливать. "Ты не должна быть такой. Ты можешь иначе". И я могу.
Мы с Машей часто гуляем по парку. Она спрашивает обо всём на свете — о небе, о деревьях, о жизни. И я стараюсь отвечать, показывать ей, что она в безопасности, что её ошибки — это не катастрофа. Я не хочу, чтобы она боялась меня так, как когда-то боялась я.
Знаете, когда-то философия научила меня важной вещи: человек может изменить своё восприятие мира, если он поймёт, что реальность — это не только то, что происходит вокруг, но и то, как ты на это смотришь. Я больше не жертва своего детства. Да, у меня были травмы, но они не определяют меня. Я строю новую жизнь, и в этой жизни я — свободная, сильная и любящая мама.
Мама до сих пор звонит иногда. Иногда она старается меня упрекнуть, сказать что-то резкое. Но теперь я отвечаю спокойно. Я больше не боюсь её. Моя свобода — это не только отстранённость от её слов, но и способность видеть её такой, какая она есть: не чудовищем, а просто женщиной, которая не справилась со своей жизнью.
Мне жаль, что она не нашла в себе силы вырваться из своего плена. Но я рада, что смогла это сделать сама. И я уверена, что однажды смогу объяснить это Маше. Чтобы она жила свободной с самого начала.