Найти тему
Константин Затулин

Константин Затулин в программе «Большая игра» — о намерениях Пашиняна, ОДКБ и пространстве СНГ. Эфир от 08.10.24

Константин Затулин: Самое главное состоит в том, что саммит состоялся. В очередной раз слухи о том, что организация СНГ умирает или умерла, не подтвердились. Мне кажется, что когда мы говорим об организации СНГ и вообще об СНГ, надо понимать, что само это вот понятие существует в двух ипостасях. Организация СНГ, которая может работать более эффективно, менее эффективно, достигать каких-то результатов или не достигать каких-то результатов. В любом случае, это не акционерное общество, где по итогам года считают дивиденды, это страновое объединение. А вторая ипостась СНГ — это пространство, которое надо каким-то образом именовать. Его иногда называют постсоветским пространством, но сами официальные лидеры чаще всего употребляют новое, относительно, понятие — пространство Содружества независимых государств.

Вот пространство не дает себя убить или приговорить, потому что оно живет в том числе интересами людей, не только интересами элит, не только интересами политическими, но и интересами экономическими. И здесь то, что Вы сказали о росте экономик, о росте товарооборота, это как раз взаимосвязано с представлением о том, что нам здесь, внутри этого пространства, проще торговать, проще взаимодействовать.

Вместе с тем есть еще и организация СНГ и политические вопросы. Вот политические вопросы, они в этом мире, в нашем мире, они, конечно, решаются, как в СНГ, так и за пределами СНГ. Страны СНГ не закрывают себе, как известно, путей и возможностей для того, чтобы взаимодействовать с другими государствами, по-другому быть не может. Многие из них оказываются под влиянием — тем или иным. Сегодня за пространство СНГ ведется конкурентная борьба. Что касается коварного Запада, это само по себе очевидно. Лидеры Запада периодически объезжают страны СНГ. Вот недавно был Шольц, до этого был Кэмерон, бывший уже министр иностранных дел, Блинкен в Средней Азии и Закавказье. Но есть и те страны, которые с нами в неплохих отношениях, и, тем не менее, у них есть, собственно, интересы здесь. Это Турция с ее тюркским миром, это Китай с его "один пояс, один путь" и так далее. То есть нам приходится в этой обстановке конкурировать с другими интеграционными проектами, с другими интеграционными центрами.

И наш интерес состоит в том, чтобы центром притяжения в интеграционных проектах оставалась Москва, а не даже самые лучшие наши друзья в Пекине или в Анкаре. Уж не говоря о Вашингтоне и Брюсселе. Вот на это направлены усилия. При этом мы понимаем, что мы не можем никому запретить. Но есть в разной степени лояльность общему духу. Вот даже среди тех, кто собрался здесь. Здесь были те руководители стран, которые входят в более тесные интеграционные объединения, такие как Евразийский экономический союз, Организация договора коллективной безопасности. И были те, кто пока, или с тех пор, как распался Советский Союз, так и не собрались к более тесной интеграции. Это, например, Туркмения или, допустим, Азербайджан. Они не состоят ни в ЕАЭС, ни в ОДКБ. Есть уже и внутри ОДКБ Армения, которая официально заморозила своё членство в Организации договора коллективной безопасности. А сам господин Пашинян, премьер, — который сегодня стоял на фотографировании между Лукашенко и Алиевым, — на самом деле, очевидно, переориентирует внешнюю политику и политику безопасности своей страны на Запад. В то же самое время, понимая, что жить надо сегодня, он не собирается отказываться от преимуществ торговли в рамках СНГ, потому что пребывание в СНГ даёт Армении существенные преимущества, связанные с ростом ВВП, связанные с ростом товарооборота. Тем не менее, хочу заметить, сегодня Армения отказалась подписать документ, осуждающей санкционное давление, в отличие от других. Два документа, подготовленных к подписанию, сегодня они не подписали. Что лишний раз мне говорит о том, что "друзья друзьями, но табачок врозь" с некоторыми из этих государств в силу того, что они избрали вот именно такой путь в сегодняшней обстановке.

Дмитрий Саймс: Ну, справедливости ради, Пашинян сегодня был занят. Он по набережной, несмотря на дождь, на велосипеде ездил. У каждого свои приоритеты. Ну, а все-таки, вот Вы сказали, что он приехал, потому что он и Армения не хотят полностью порывать. Такое ощущение что в общем-то он решил пойти не просто своим путем, но путем, который его все больше отдаляет не только от Москвы, но и в общем-то от основной массы членов СНГ. Или это преувеличение?

К. Затулин: Нет, это не преувеличение вовсе. На самом деле господин Пашинян, — надо отдать должное его последовательности, — и до того, как он стал таким выдающимся политическим деятелем, премьер-министром Армении, не скрывал своих взглядов. Он тогда, правда, в одиночестве, требовал демонтировать российское военное присутствие в Армении, выйти из ОДКБ, порвать с России и так далее. Это было в 90-е годы, в начале 2000-х. Потом, короткое время, когда он пришел вот таким экзотическим образом, с помощью толпы, в руководители армянского государства, ему пришлось какое-то время вынуждено славословить и Россию, и отношения с ней. В ходе войны, которую он накликал в 2020 году, и в которой он провалил все, что возможно, он тоже вынужден был какое-то время делать вид, что с Россией он собирается в чем-то договариваться. Сейчас он в этом отношении совершенно свободен в своих суждениях. Он возлагает на Россию, ОДКБ, всю ответственность за собственные провалы. При этом, как видим, он из всякого рода восточных тактических соображений приезжает в Россию. Здесь выражает заинтересованность в углублении отношений, и в то же самое время не скрывает своё желание быть поближе к НАТО, быть поближе к Европейскому Союзу и так далее.

Д. Саймс: Несколько лет назад, когда было только объявлено о создании СНГ, в ЦРУ один из руководителей — я думаю, Андроник [прим. — Мигранян] догадается, Вы его знаете, не самый главный руководитель, один из заместителей, — сказал про СНГ: ну, создали союз нищих голодранцев, и долго это продлиться не может. Но вот смотрите, продлилось больше 30 лет, и нищими голодранцами членов этой организации никак не назовешь. Есть какое-то, как Вам кажется, ощущение у остальных, кроме Армении, членов СНГ, что действительно, всё-таки эта организация-то весьма успешная.

К. Затулин: Я считаю, что организацию можно по-разному оценивать. В принципе, то, что она существует, она существует так же, как существует, например, Организация американских государств. Кто-нибудь требует от организации американских государств осенью или зимой подведение итогов, начисления дивидендов? Есть Организация африканского единства, где на самом деле единства никогда не было, но, тем не менее, она существует. Потому что страны Африки считают своим долгом в этом страновом объединении участвовать. Вот пока существует понятие этого пространства общего, будет существовать организация СНГ. И прежде всего она существует, на мой взгляд, потому что таковы жизненные интересы людей, ее населяющих. Иногда элиты злоумышляют против этих интересов. И в своих творческих разработках, и в своих учебниках, которые они пишут для новых поколений. Они не могут игнорировать тот факт, что они живут по соседству и они обязаны находить какой-то консенсус, какие-то взаимные компромиссы. Вот почему эта организация до сих пор существует.