Никогда не понимал, зачем пошел в фотографию. Я мог стать кем угодно. Пожарный, похититель мотоциклов, акробат, музыкант, контрабандист. Я цыган, у меня не было ни семьи, ни страны. И я остаюсь прежним, все еще сумасшедшим, после стольких лет».
Жак Оливар
Порой кажется, что его фотографии – это иллюстрация литературных произведений или старых американских фильмов. На самом деле, с детства влюбленный в кино и литературу, он делает это осознанно, называя свои снимки «частью визуальной памяти», воплощая атмосферу любимых книг, картин и фильмов в модной фотографии.
В своей книге Жак Оливар честно признается, что модные образы никогда не были для него художественным эталоном. Его вдохновляли миры Джона Стейнбека, Теннесси Уильямса, Федерико Гарсиа Лорки.
«Без них я бы точно никогда не стал фотографировать, по крайней мере, не так как я это делаю. От Стейнбека я перенял бесстрастность лиц перед судьбой, от Теннесси Уильямса образ хрупкости и одиночества южан, от Джона Дос Пассоса его любовь к рассказыванию историй, от Федерико Гарсиа Лорки острую боль как от ударов ножа и его поэтический голос».
Сама судьба этого фотографа похожа на историю писателя или кинематографического героя. Он родился в 1941 году в Касабланке. Рано осиротев, мальчик был предоставлен самому себе, школу не любил, называя тюрьмой, сбегая в мир фантазий, книг и фильмов, и простой жизни, которая давала новые импульсы для фантазии.
«Я вдыхал пряные запахи базаров, слушал людей, говорящих по-арабски, и вкушал их мудрость. Я прогуливал занятия, чтобы отправиться в поисках тепла на золотые пляжи побережья Касабланки. Я всю ночь напролет слушал радио».
Что привело Жака в летную школу? Он стал летчиком. Новый мир, новые источники вдохновения – полеты, красота неба или облаков? Когда он наблюдал за тем, как мир движется под ним с высоты птичьего полета, ему, кажется, очень хотелось, чтобы мир двигался в его изображениях. Сейчас, возможно, он стал бы блогером-авиатором. Но тогда полетов ему стало мало. Так или иначе, мечта стать фотографом оставалась. И он ушел из авиации.
В 1960-е из Марокко Оливер перебирается в Париж.
«Тогда Париж встретил меня тепло и нежно, как своего блудного сына. Мне нравилось делать фотографии и Париж любил их. Я зарабатывал на жизнь, играя на станции метро Монпарнас-Бьенвеню вместе с подругой, которая отбивала ритм на бубне. Обожаю эти парижские годы. Вечеринки каждую ночь, друзья со всего мира, проходящие через вечно открытую дверь моей мастерской. Все это может показаться хаотичным и бредовым, но это все было очень поэтично в божественном богемном Париже тех лет».
Его настоящая фотографическая карьера началась в сорок лет. Взлет был неожиданно быстрым. Его фотосъемка для рекламной кампании DIM stockings была удостоена первой премии от престижного «Клуба арт-директоров». И это был не разовый успех, в последующие годы Оливер еще несколько раз получал эту премию. В 1984 году фотограф был удостоен почетного «Главного приза за разработку стратегии дизайна» за лучшую рекламную кампанию года, а также первого приза от Клуба арт-директоров за свою фотографическую работу о Лоисе.
В 1987 году Жак Оливар начал работать в сфере моды и сотрудничать с самыми престижными международными журналами: итальянским Marie-Claire, британским Vogue, итальянским Uomo Vogue, французским Glamour, немецким Vogue, Vogue Homme International.
И, конечно, сотрудничество с лучшими дизайнерскими домами: Giorgio Armani, Hermes, Comme des Garcons, Celine, Trussardi, Strenesse, Rykiel, Burberry, Givenchy.
Что общего между свалкой, бензоколонкой, закусочной и черно-белым портретом? Жак Оливар считает, что каждый из них - настоящее сокровище. Фотограф наполняет свои снимки редким энергичным ритмом, который долгое время приписывался исключительно кинематографистам и музыкантам.. Часть того, что делает образы Оливара такими осязаемыми, - это его любовь ко всем формам медиа и способность воплощать эту любовь в своих работах.
Даже после публикации Оливар продолжает воплощать в своих фотографиях любовь к ритму и движению. На его сайте при просмотре фотографий играет музыка. И вскоре вы забываете, что включали музыку; кажется, что фотографии сами по себе воспроизводят звук.
«Bye, Bye, Blackbird» мягко звучит в каждом образе, объединяя отчужденную женщину в захудалой закусочной с моделью, сидящей в роскошном синем Cadillac.
Оливар сам по себе музыкант, он владеет гитарой и несколькими другими инструментами. Несомненно, его любовь к музыке не ограничивается только его инструментами, поскольку его ритм пронизывает все его изображения.
Каждый снимок Жак Оливар сопровождает красивой историей, связанной с девушкой и их взаимодействием, эти поэтические подписи мы можем увидеть на его сайте.
Он не скрываект, что был очарован аурой- «странным волшебным туманом», исходящей от Моники Беллуччи.
О Кристи Тарлингтон он говорит как о идеальной героине фильмов Хичкока.
"Кристи так далека и так близка, и Кристи говорит, как тишина, и когда смотришь на нее, она как зеркало. Кристи - что-то вроде героини Хичкока, такой теплой и такой холодной, и если ты сделаешь один шаг к ней, она сделает два шага назад, как дикое животное , к которому ты пытаешься подобраться с другой стороны занавеса. Ее зовут Кристи Терлингтон, и вы, возможно, слышали о ней. Если увидите ее, поздоровайтесь, скажите ей, что я помню каждую фотографию из сотен, которые мы сделали вместе, но не говорите ей, что она незабываема, это секрет!"
Жак Оливар любит Хичкока (в чем я с ним солидарна), и эта атмосфера тайны, смешанной с ужасом – она чувствуется во многих его работах.
Места для съемок он тоже выбирает неслучайно: дом, в котором родился Нострадамус, бордель в Кейптуане, бар с музыкой фламенко. Для фотографа важна сюжетная составляющая. Его чувственные снимки не менее содержательные, но также утонченные и легкие.
Обратите внимание на искусство этого фотографа, и для вас откроется много интересного.