Я не знаю, как начинать эту историю — она словно вырвалась из какого-то абсурдного сна или из кинофильма в духе чёрной комедии. Всё началось как обычно: московское утро, час пик, пробки на Садовом кольце, которые, как любой коренной житель столицы скажет, уже давно стали частью городского фольклора. И вот стою я в одной из таких пробок. Всё идёт своим чередом — машины медленно ползут, время тянется, я начинаю задумываться о том, что пора бы наконец установить в машину аудиокниги, чтобы хоть как-то скрасить этот рутинный кошмар. И тут, как гром среди ясного неба, замечаю, что движение вовсе остановилось.
Стоим. Минуту, две, пять... Движение будто замерло. Но дальше начинается самое интересное — одна за другой машины начинают сигналить, кто-то нервно высовывает голову из окна, кто-то уже начинает снимать происходящее на телефон, явно чувствуя приближение чего-то нелепого. А я, оставшись в своей тёплой машине, смотрю вперёд и вижу: на эстакаде творится что-то невероятное. Там стоит... бородатый мужик! Но не просто стоит. Он залез на ограждение эстакады, развёл руки, словно собираясь совершить нечто невероятное. А вокруг него, внимание, целая команда спасателей! Представляете? Пробка в Москве — из-за какого-то "квадробера", который решил, что пришло время испытать себя в роли... кота. Ну да, логично!
По словам очевидцев, которых я услышал позже в пробке, этот бородач был под воздействием каких-то «неизвестных веществ». Хотя, честно говоря, «неизвестные вещества» — это уже классика. Как будто это не Москва, а какой-то Блэкпул с его полузабытыми британскими телешоу. Он был настолько уверен в том, что он котик, что начал царапаться, махать руками и пытаться взобраться на ограждение так, словно это была ветка дерева, а не мост через одну из самых загруженных магистралей города.
И вот картинка: три спасательных машины, несколько экипажей полиции, бригада скорой помощи — все стоят, пытаются успокоить бородача. Но наш «котик» явно был не готов к тому, что его так легко вернут на землю. Он продолжает свои игрища, размахивает руками, как будто пытается ловить воображаемых мышей. А поток машин... Ну, как сказать — он просто стоит. Вот представьте себе, две полосы перекрыты. Люди опаздывают на работу, кто-то уже вяло пишет гневные сообщения начальнику, кто-то подумывает о том, чтобы бросить машину и пойти пешком, но нет. Мы все вместе терпеливо ждали, пока наш герой переживёт свою «кошачью» фазу.
Особенно запомнился один момент. Один из спасателей подошёл к нему осторожно, с тем самым выражением лица, как будто перед ним — не бородатый мужик, а реально какое-то хищное животное. «Сюда-сюда, хороший мальчик... Ой, то есть котик», — пытался успокоить его бедный спасатель. Но наш квадробер обернулся с таким возмущением, как будто перед ним пытались отобрать последнюю банку "Вискаса". Он махнул рукой, и спасатель отпрыгнул назад, как будто только что сразился с диким хищником. Да уж, эта ситуация из разряда тех, о которых потом рассказываешь друзьям, и никто не верит, что это произошло на самом деле.
Операция длилась, пожалуй, около получаса, но, честно говоря, для нас, стоящих в пробке, это было больше похоже на вечность. Через какое-то время бородач всё же сдался. Его аккуратно сняли с эстакады, при этом осторожно держа его за руки, как будто боялись, что он снова почувствует себя каким-то дворовым котом и решит убежать через соседнюю улицу. И тут начинается вторая часть сюжета. Спасатели победно отвозят его в машину скорой помощи, и вдруг – пробка расползается. Машины, как долго сдерживаемая вода, наконец-то двинулись вперёд. Но знаете, что самое интересное? На этом история не закончилась.
Когда я проезжал мимо места происшествия, я заметил, что бородач в машине скорой помощи сидел с таким видом, как будто всё, что произошло, — это часть какого-то большого плана. Он явно не чувствовал никакого раскаяния. Напротив, его взгляд говорил: «Ну что, подождите ещё — скоро увидимся». И честно говоря, я бы не удивился, если бы в следующий раз этот «квадробер» уже претендовал на роль орла или сокола, а спасатели снова разыгрывали бы свои роли в этой театральной постановке.