«Сучий ты сын, что ты орешь? Вспомни, какую честь мы с тобой имели, управляли не только всем Доном, но и всей Волгой», — прорычал Степан Разин своему младшему брату Фролу, который не выдержав пыток, кричал от боли.
По воспоминаниям очевидцев казни, когда канцлер Ларион Иванович отдал приказ о начале четвертования, Степан не проявил страха. Он подошёл к месту казни, помолился и, перекрестившись, попрощался со стоящими рядом, простым словом: «Прости».
Затем лег на плаху, принимая свою судьбу. Разину отсекли сначала правую руку, затем левую ногу, потом левую руку, правую ногу и, наконец, голову. Эти пять частей его тела были выставлены на колья и стали устрашающим символом конца его борьбы.
Его брат Фрол, видя мучения Степана, не выдержал и, в надежде спасти свою жизнь, выкрикнул: «Я знаю слово и дело государево!».
А что это вообще значит?
Фраза "Слово и дело государево" восходит к российским реалиям периода царской России и является символом не только доносов, но и системы жестоких наказаний за государственную измену.
Донести на кого-либо, выкрикнув "Слово и дело", значило заявить о готовности предоставить информацию о преступлении против государства или подозрительных действиях, угрожающих царской власти. Воспринимаемая как сигнал тревоги, эта фраза могла изменить судьбы людей — как тех, на кого донесли, так и самого доносчика.
В XVII-XVIII веках государственная измена понималась гораздо шире, чем сегодня. Она охватывала не только реальные заговоры или попытки переворота, но и любые формы неуважения к государю.
В те времена любое нелестное слово в адрес правителя могло рассматриваться как акт измены, что создавало атмосферу постоянного страха и недоверия. Это было особенно актуально в периоды, когда власть сталкивалась с нестабильностью или политическими вызовами, такими как бунты, заговоры и народные восстания.
Обязательство доноса
В России того времени каждый подданный имел обязанность доносить на тех, кого подозревал в измене. Это была не только моральная обязанность, но и юридическое требование.
Отказ от доносительства рассматривался как соучастие в преступлении и мог привести к серьёзным последствиям. Такой подход к информированию власти способствовал созданию системы всеобщего доносительства и тотальной слежки, в которой граждане России жили под постоянной угрозой разоблачения за малейшие слова или поступки.
Особенностью системы было то, что люди могли доносить не только на других, но и на самих себя, если они подозревали, что сказанное или сделанное ими может быть интерпретировано как государственная измена. Это привело к многочисленным случаям доносов ради собственного спасения, а также фальшивых обвинений ради мести или личных выгод.
Жестокие наказания
Наказания за государственную измену в России были жестокими и зачастую смертельными. Четвертование, колесование, сожжение на костре — это лишь некоторые из наказаний, ожидавших тех, кто был обвинён в измене.
Однако возможность отсрочки исполнения приговора всё же существовала. Иногда выкрик "Слово и дело" мог прозвучать даже в момент казни, что временно откладывало её выполнение до завершения расследования. Доносчик, даже накануне своей казни, мог таким образом попытаться смягчить свою участь, предоставив важную информацию.
Один из известных примеров подобного случая связан с казнью Степана Разина, лидера восстания против царской власти. Во время жестокой казни Разина, его брат Фрол, наблюдая за мучениями, не выдержал и закричал: "Я знаю слово и дело государево!"
Этот отчаянный крик стал попыткой продлить свою жизнь или хотя бы избежать мучительной смерти. Фролу пришлось участвовать в новых допросах, на которых он рассказал о "тайных кладах", якобы спрятанных разинцами. Несмотря на это, его приговор был приведён в исполнение через 5 лет.
Доносить или нет?
Фраза "Слово и дело государево" отражала систему взаимного недоверия, в которой каждый гражданин, вне зависимости от своего социального статуса, мог стать как доносчиком, так и жертвой доноса.
Множество людей становились жертвами несправедливых обвинений и ложных доносов. Зачастую зависть, личная неприязнь или борьба за власть подталкивали людей к фальшивым доносам, что приводило к многочисленным трагическим судьбам. В условиях, когда государственная измена понималась чрезвычайно широко, доносы превращались в инструмент для устранения конкурентов или личных врагов.
Наследие
"Слово и дело государево" остаётся важным элементом российской исторической памяти, который напоминает о том, как государственная власть может использовать доносы и репрессии для поддержания своей власти. Система, основанная на страхе перед доносами и наказаниями, оставила глубокий след в менталитете российского народа, формируя отношение к власти и законам.
Хотя времена XVII-XVIII веков давно прошли, наследие "Слово и дело" можно увидеть и в более поздние периоды российской истории, такие как сталинские репрессии, когда доносительство снова стало мощным инструментом контроля. Параллели между этими историческими периодами показывают, как легко может быть использована система доносов для подавления свободы и создания атмосферы страха.
Спасибо, что дочитали!
Ещё больше в Telegram https://t.me/meta_historia