К огромному сожалению, мы, советские меломаны, долгие годы не знали, да и сейчас, несмотря на обилие информации, не знаем имена музыкантов, а иногда даже и самих исполнителей, чьё творчество в 60-ые - 70-ые годы так радовало нас и оставило в нашей памяти самые лучшие и светлые воспоминания.
Мы порой не без труда покупали, а потом, счастливые, слушали пластинки наших любимых отечественных и зарубежных певцов и певиц, вокально-инструментальных ансамблей, заслушивали гибкие и виниловые диски до умопомрачительного треска, знали слова всех песен, прислушивались к гитарным соло, барабанным партиям и духовым инструментам, предвкушали каждый последующий звук из колонок проигрывателей...
Так уж было, видимо, кем-то заведено, что имена и фамилии музыкантов на обложках пластинок у нас в стране печатались чрезвычайно редко, поэтому мы их практически и не знали. Похоже, редакторы фирмы грамзаписи "Мелодия" считали, что нам будет вполне достаточно знать название музыкального коллектива, фамилии его художественного руководителя и авторов записанных на пластинке песен.
Правда, бывали и совершенно нелепые и абсурдные случаи подобного, я бы сказал, обезличивания, когда даже имя исполнителя или название группы игнорировалось под какими-то объяснимыми и необъяснимыми предлогами, как это видно по фото ниже.
Ещё очень часто страдало и качество печати и фотографий. Мне иногда кажется, что даже сами музыканты, внимательно рассматривая обложки пластинок, смогли бы узнать себя на фото с большим трудом.
И всё же тогда мы подобное рассматривали как должное и неизбежное, ведь ГЛАВНОЕ было внутри конвертов - заветная пластинка с записями любимых песен...
Тем более было приятно ставить на проигрыватель виниловый диск и держать в руках конверт с фото, указанием имён и фамилий музыкантов! И тогда у музыки появлялись конкретные осязаемые черты и узнаваемые лица.
Вот, пожалуй, уважаемые читатели, здесь мы и закончим прелюдию к публикации, посвящённой одному из музыкантов, которому много лет назад сначала выпал счастливый билет - играть в ансамбле Валерия Ободзинского, а потом в жизни которого был и "звёздный час" - участие в записи культового для всей советской молодёжи альбома Давида Тухманова "По волне моей памяти".
Имя этого музыканта многим и сегодня мало о чём говорит, а ведь в начале и в середине 70-ых годов он считался едва ли не самым лучшим гитаристом на советской эстраде. Во всяком случае, так утверждают те, кому довелось выступать с ним на одних подмостках и работать в студии звукозаписи. К тому же, зная, какие высокие требования предъявлял Давид Тухманов к певцам и музыкантам, которых приглашал на запись своих проектов, сомневаться в этом не приходится...
БОРИС ПИВОВАРОВ
Борис Пивоваров родился 10 июня 1951-го года в небольшом городке Дрогобыч Львовской области Украинской ССР. Совсем ещё мальчишкой он "заболел" музыкой и впервые взял в руки гитару.
Боря учился в школе № 7 города Львова, и на школьных вечерах всегда был на сцене. Даже на уроки он ходил с гитарой, и оттачивал технику на каждой перемене. Прозвучит, наверняка, банально, но тогда уже было всем понятно, что будущая жизнь талантливого юноши будет напрямую связана с музыкой.
Под неустанным и пристальным вниманием педагогов подающий большие надежды Борис Пивоваров закончил музыкальное училище в родном городе - Дрогобыч. Молва о молодом талантливом гитаристе распространилась в кругу музыкантов так быстро, что буквально юношей он был приглашён на работу в Донецкую филармонию, в состав ансамбля "Золотая карета".
Произошло это в самом начале 70-х, когда "отлучённый от большой эстрады"" Валерий Ободзинский с аккомпанирующим ему ансамблем "Золотая карета" был с концертом во Львове. Здесь и познакомились музыканты из Донецка с одарённым юношей, которого за виртуозную игру на гитаре уже вскоре в узких кругах нарекут "советским Джими Хендриксом".
Александр Цыгальницкий, барабанщик "Золотой кареты", делится своими воспоминаниями и впечатлениями о первой встрече с Борисом Пивоваровым и его первых шагах на большой эстраде:
"От его игры мы просто обалдели. Тогда был в моде Джими Хендрикс, и когда играл Боря, было ощущение, что этот человек играет Хендрикса если не один в один, то очень здорово. Мы его взяли. Ноты он знал. Потом мы помогли с репертуаром, и за счёт того, что он был очень музыкальным парнем, Боря очень быстро вошёл в программу.
Был такой случай. Идёт концерт и Валера (Ободзинский) поёт «I Believe» Тома Джонса. Боря входил в программу и даже ещё не выходил на сцену, подыгрывал за кулисами. И его обыгрыши были такими классными, что и песня зазвучала по-другому. Сразу полилась такая музыка… Ну, мастер, что там говорить. Всем очень понравилось...
С гитарой он не расставался, возил с собой акустическую, которую держал всегда рядом. Только проснулся и сразу гитару в руки... Когда я слушал Джими Хендрикса, то думал, что там играют несколько гитаристов, но когда я услышал и увидел в реальности, то просто был обескуражен. Боря это делал один, как и Джими Хендрикс".
Название этого коллектива сегодня мало кому знакомо, но ещё раз скажу, что именно этот ансамбль аккомпанировал Валерию Ободзинскому, чья популярность, несмотря на все "запреты", была просто феноменальна. Правда, работать с известным певцом в "Золотой карете" Борису Пивоварову пришлось недолго, так как сам Ободзинский, стремившийся вырваться из опалы чиновников от Минкульта и вернуться на большую сцену, уже вскоре перебрался в Москву, в оркестр Олега Лундстрема, который был настоящей музыкальной кузницей, подарившей и советской, и российской эстраде огромное количество известных и очень статусных музыкантов и певцов. Вместе с Ободзинским Пивоваров покидает "Золотую карету" и едет в Москву. Через некоторое время ему последовало предложение присоединиться к только что созданному коллективу "Верные друзья", который был создан как новый аккомпанирующий Валерию Ободзинскому коллектив.
В 1973-ем году с певца был снят годичный запрет на концерты в РСФСР, и "Верные друзья" начали активную гастрольную деятельность по всему Советскому Союзу.
По воспоминаниям тех, кому в то время посчастливилось побывать на концертах Ободзинского и ансамбля "Верные друзья", Борис Пивоваров виртуозно играл джаз-роковые композиции. В них вмещались самые разные гармонии, сменяли друг друга ритмы и мелодические линии. В это время Пивоваров окончательно сформировался как профессиональный музыкант.
Работа в "Верных друзьях" и бесконечные гастроли по просторам Советского Союза приносила музыкантам немалые деньги, и уже вскоре Борису Пивоварову удалось приобрести за фантастические по тем временам деньги - за 3 500 рублей - электрогитару Gibson Les Paul 54 Custom, которую за чёрный цвет корпуса называют "Black Beauty" — «чёрная красавица». В музыкальной тусовке тогда ходили разговоры, что гитара была «окутана особой таинственностью». С ней музыкант уже больше никогда не расстанется...
По свидетельству коллег по цеху, «Пивоваров играл на гитаре с утра и до утра, не выпуская её из рук».
Интересный факт связан с именем Пивоварова. Друзья гитариста, восхищённые его игрой, иногда подтрунивали над ним, так как от природы у него были довольно толстые пальцы рук, что не слишком свойственно кудесникам гитары. Пивоваров нередко в свой адрес слышал вопросы подобного рода: «Как это ты умудряешься нажимать эти тонкие струны своими „нескрипичными пальчиками“?»
В 1975-ом году пришёлся пик популярности Ободзинского - ни один исполнитель не дал за год столько аншлаговых концертов, как это удалось сделать ему и аккомпанирующей группе "Верные друзья".
На самом деле, для Ободзинского это было очень непростое время: после того, как он, поддавшись уговорам композитора Никиты Богословского, прекратил своё сотрудничество с Давидом Тухмановым и поэтом Леонидом Дербенёвым, вопреки ожиданиям, записал несколько "миньонов", которые не снискали былого успеха. Обещанный диск-гигант так и не вышел, новых хитов в репертуаре не было...
А вот Давид Тухманов, напротив, уже был полон планов записать "нечто необычное", что могло бы объединить классическую поэзию прошлых веков и современную рок-музыку. Он очень тщательно подбирал музыкантов и исполнителей, среди которых окажется и Борис Пивоваров с ритм-секцией ВИА "Верные друзья".
Ещё перед началом записи альбома "По волне моей памяти" Тухманов настоял на том, чтобы никто из музыкантов никому не рассказывал о своём участии в проекте. Более того, была достигнута договорённость, чтобы на всё это время они взяли "отпуск" и не принимали участия в концертной деятельности своих коллективов. Все поездки "Верных друзей" были временно заморожены, что очень не понравилось Валерию Ободзинскому, которому так и не удалось добиться примирения с Тухмановым и Дербенёвым, чьи песни и принесли ему некогда головокружительный успех и всесоюзную славу. У Ободзинского настал простой...
А Борис Пивоваров и его коллеги по "Верным друзьям" Аркадий Фальдбарг и Владимир Плоткин тем временем увлечённо работали в студии над альбомом Давида Тухманова, который предоставлял музыкантам прекрасную возможность для самовыражения и прислушивался к их идеям и находкам. Гитарные партии на всех композициях альбома были записаны Борисом Пивоваровым, получившим в результате неоценимый опыт студийной работы с маститым композитором.
Вышедший 6 сентября 1976-го года концептуальный альбом "По волне моей памяти" произвёл настоящий фурор и моментально стал самым популярным альбомом года. На этом фоне положение Валерия Ободзинского, лишённого настоящих шлягеров, было незавидным.
Возвращение Пивоварова, Фальдбарга и Плоткина проходило крайне тяжело и сопровождалось многочисленными скандалами, которые разрушали коллектив изнутри.
Валерий Ободзинский всё чаще и чаще стал прикладываться к рюмке и из-за алкогольной и наркотической зависимости начал срывать концерт за концертом, и уже к концу 1977-го года произошёл окончательный разрыв Ободзинского с "Верными друзьями". Похоже, певец не смог простить самого факта сотрудничества своих музыкантов с Давидом Тухмановым...
К сожалению, пристрастие к алкоголю и запрещённым препаратам сломало не только Ободзинского, но и талантливого гитариста Бориса Пивоварова, который, по многочисленным свидетельствам, всё чаще и чаще после очередных рюмок пребывал в невменяемом состоянии, становился буйным и представлял серьёзную опасность для окружающих.
Возможно, наступившее ощущение невостребованности сказывалось и на самом Ободзинском, и на членах его коллектива. И если кто-то сумел вовремя остановиться и взяться за голову, то мягкий, добрый и податливый Борис Пивоваров только усугублял своё положение.
"Без царя в голове", - сказал о нём один из его бывших коллег по ансамблю.
В 1978-ом году Борис Пивоваров разругался с руководителем "Верных друзей" Ефимом Дымовым, который уже не в силах был терпеть непрекращающиеся загулы гитариста, решившего вернуться на родину, во Львов.
В 1978-ом году вышел в свет диск-миньон с двумя знаковыми композициями Давида Тухманова - "Памяти поэта" и "Памяти гитариста"... Они были записаны во время работы над альбомом "По волне моей памяти"... И там мы снова смогли услышать знакомые звуки гитары... Это опять играл Борис Пивоваров, словно опять вернувшийся к нам...
А в это время он выступает в клубах города Львова в составе ансамбля «Під Левом» («Подо Львом»), непродолжительное время играет в ВИА "Смеричка"...
Конечно, это были уже другие масштабы, другие песни, другие концертные залы... О Пивоварове стали забывать...
Так и сгинул с большой сцены талантливый музыкант, чьё имя и чья гитара сквозь года плывут теперь "по волне моей памяти"...
Вокалист «Верных друзей» Виктор Грошев говорил о Пивоварове: «Он ведь знал ноты, и гитарист был от Бога! Боря Пивоваров мог быть никаким, вдребезги пьяным, но отыграть концерт божественно. Его просто сажали на стул за кулисами, и он играл. Талантливый человек! Но, часто выпивал. Хотя, кто в той гастрольной нашей жизни не выпивал…».
Скрипач Илья Фойгель, также работавший вместе с Пивоваровым в ВИА «Верные друзья», вспоминал:
"Закладывал Боря очень сильно, к сожаленью. Да и не только алкоголь, и наркота была. Насколько талантлив был, настолько и неуправляем".
Также Фойгель считал, что пагубное пристрастие к алкоголю в некотором роде провоцировалось супругой гитариста, которая, по его мнению, не пыталась оградить супруга от разрушающего воздействия бутылки. Обвинять других - дело, конечно же, не самое благодарное. Видимо, действительно Борис Пивоваров оказался слаб перед искушениями, которые зачастую сопровождают жизни творческих людей... В данном случае мы говорим о рок-музыканте...
Борис Пивоваров умер 30 сентября 1995-го года во Львове. Его организм был просто разрушен алкоголем и наркотиками.
Ему было всего 44 года...
На похоронах гитариста были только самые близкие друзья и родственники...
По свидетельству одного из присутствовавших на похоронах Бориса Пивоварова, вдова гитариста сказала, что не будет продавать легендарную гитару Бори, а отдаст её какому-нибудь талантливому молодому музыканту. В конечном итоге гитара Бориса Пивоварова, на которой он отыграл тысячи концертов и записал партии к композициям альбома "По волне моей памяти", как реликвия оказалась на хранении в студии SBI Records Игоря Бабенко в Москве.
Певец Игорь Иванов, который работал с Пивоваровым во время записи песни Давида Тухманова «Из вагантов», вспоминал:
«Очень жалко, что Тухманов вырезал коду в песне „Из вагантов“. Там Пивоваров так играл на гитаре, что я просто заслушивался. Он играл так вкусно! Так красиво! Это было просто замечательно! Вообще Пивоваров выдающийся гитарист. Музыкант от Бога!»
Борис Пивоваров до конца дней своих гордился, что принял участие в записи альбома "По волне моей памяти". Это действительно был его "звёздный час"...
В знак благодарности за совместную работу Давид Тухманов подарил Борису Пивоварову экземпляр пластинки со словами:
"ДОРОГОМУ БОРИСУ ПИВОВАРОВУ НА ДОБРУЮ ПАМЯТЬ ЗА ЭТУ ПЛАСТИНКУ. Давид Тухманов"
На этом печальная история о драматичной судьбе ГИТАРИСТА с большой буквы закончена. Но есть записи, к сожалению, только аудио, на которых можно услышать гитару Бориса Пивоварова... Включите их, не пожалеете!
Спасибо всем за внимание! И до новых встреч!