Йохан (продолжение)
Мы считали кошку маленькой, а она оказалась мелкой, но зрелой. Ветеринар покачал головой: рано, мол, что-то делать, пусть родит. Потом он посмотрит. Никто же не знает точно, сколько ей.
Луша оставалась такой же маленькой, но с круглым животом. Теперь она ложилась поближе ко мне, по привычке держа когти наготове.
-Первые роды всегда сложные,- думала я, и большинство женщин со мной согласится. У маленькой кошки не хватало сил. Её огромные глаза закатывались, и мы уговаривали её потерпеть. Из двух котят, огненно-рыжего, как Тимофей, и нежно-персикового, выжил один. Ну, и Луша.
Было жарко так, как бывает летом. Мы сделали домик и стойко обходились без сплита. Персиковый шарик ел и спал. Раскосые глаза раскрылись и оказались голубыми. Всё происходящее было чудом. Для меня точно.
Я никогда не испытывала особой симпатии к животным. Помню, как в школу принесли журнал «Юный натуралист», на обложке которого был детёныш, кажется, морского котика.
-Какой лапочка! - восклицали девочки.
-Детёныш морского котика, - почему-то мрачно думала я. Короче, детёныш и детёныш. Он же не называется как-то по-особенному, как, к примеру, детёныш песца. Вот детёныш песца - недопёсок. Интересное слово. Маленький – недопёсок, взрослый-песец. Судьба, а не название. А котик? У него детёныш – щенок. Нормально? Щенок вырастет и станет морским котиком. Как вам такая трансформация? В общем, мне было не до сантиментов. Меня не интересовали никакие «лапочки». Мне с детства регулярно напоминали, что кошки блохастые, и я знала, что место собаки - в будке. Я никого не гладила и никому не умилялась. Я никогда не ходила смотреть на котят во дворе. А чего ходить? Мне не разрешили взять котёнка. Я всегда понимала: после этого «нет» мне никто не скажет «да». Слова - они были увлекательнее.
А Луша вдруг перестала кормить котёнка. Наверное, устала. Я села рядом.
-Понимаешь, нужно кормить котёнка. Луша, где твой котёнок?
Она посмотрела на меня очень серьёзно. И мы пошли к котёнку. Я не помню, чтобы она еще когда бы то ни было отошла от него. Они всё время были вместе, рядом.
И, конечно, мы все вместе думали, как его назвать. Я в который раз слушала, что мне лишь бы были шипящие. Надо было сломать стереотип.
-Я назову его в честь Миккельсена.
Мне ужасно нравился тогда блистательный Мадс. Дети тоже знали, что актёра зовут Мадс. Они смотрели на меня с вполне понятными мне мыслями.
- «Мадс»- «Мадс», кис - кис-кис! Мама!
-И нечего ёрничать! -ответила я.-В честь Миккельсена -это значит по- скандинавски.
И я выдержала паузу, потому что ничего скандинавского припомнить не удавалось – мои познания в этом направлении были скудны. И вдруг, вспомнив про народное «ёшкин кот!» ,я выпалила:
-Я назову его Йохан!
Йохан. Йоша – Йошка…
Я обязательно продолжу.
