Кажется, Станислав Садальский, не теряющий ни малейшего повода для броских высказываний, вновь вышел на сцену публичных скандалов, и на этот раз под его острозубую критику попала никто иная, как телеведущая Юлия Меньшова. Причем в эпицентре этого бурного конфликта оказалась Людмила Максакова, уважаемая народная артистка, чье чувство юмора, по мнению Меньшовой, оказалось «на грани язвительности». Но Садальский не мог остаться в стороне — ведь это его шанс напомнить всем, что у него слово всегда острее шпаги.
Откроем завесу того момента. На передаче Меньшова позволила себе заметить, что юмор Максаковой «на грани язвительности». Кому-то это могло бы показаться невинной ремаркой, но только не Станиславу Юрьевичу, который увидел в этом вопиющее нарушение субординации. «Хамка!», — вероятно, первое, что пришло в голову Садальскому при просмотре этого эфира. Меньшова осмелилась произнести нечто, что выбило Максакову из привычного хода интервью. Артистка, не долго думая, отреагировала с резкой репликой: «Ничего себе, позвали на передачу, я думала, сейчас скажет: какая милая, какая чудная». И, конечно, под одобрительные аплодисменты в студии. Тут-то и началась настоящая драма.
Садальский, словно рыцарь на белом коне, бросился в защиту Максаковой, объявив войну Меньшовой. В своем блоге он написал: «Ведущая Меньшова стала нарушать правила субординации с народной артисткой Максаковой. Важно поймать этот момент на начальной фазе. Людмила мгновенно, без паузы осадила хамку. Учитесь ставить на место невоспитанного человека».
Конечно, Садальскому не привыкать быть в центре внимания, и его резкие высказывания уже стали его визитной карточкой. Но в этот раз его бурное негодование нашло и своих оппонентов. Многие пользователи соцсетей не разделили его восторга по поводу «осаживания хамки». «Смотрела эту передачу, Максакова вела себя очень агрессивно. Может, её до этого достали, но я была на стороне Меньшовой», — написали некоторые комментаторы. В других отзывах можно было встретить: «Меньшова шикарно подсветила Максакову, не стала ей мешать проявить себя во всей красе», «Юля проявила максимальную деликатность в отношении этой ха.....ны», — и это только малая часть негодования по поводу ситуации.
Что же мы видим на самом деле? Максакова, привыкшая к аплодисментам и восхищенным отзывам, не ожидала столкнуться с чем-то другим, кроме как комплиментов. А Меньшова, будучи профессиональной телеведущей, задала, по мнению Садальского, непозволительно «язвительный» вопрос. И вот, как всегда бывает в таких ситуациях, Садальский увидел здесь не просто разногласие, а настоящее предательство театрального достоинства.
Конечно, никто не спорит с тем, что Максакова — великая артистка, чье место в истории российского искусства уже обеспечено. Но в данном случае Садальский явно переигрывает, превращая обычную телевизионную дискуссию в драму на уровне Шекспира. Ведь, по сути, перед нами вполне обыденный момент: ведущая делает свою работу, а артистка реагирует, как умеет. Но Садальский не может позволить себе пропустить такой «звездный момент», чтобы вновь напомнить о своем «неповторимом чувстве справедливости».
И все-таки, вопрос остается открытым: действительно ли Меньшова нарушила все правила хорошего тона? Или же Максакова, привыкшая к безусловному восхищению, просто не ожидала услышать чего-то другого? А может, это очередной случай, когда Садальский просто не может удержаться от того, чтобы кого-нибудь «осадить»?
Одно можно сказать точно: пока Станислав Юрьевич на страже «театральной справедливости», в российском шоу-бизнесе скучно точно не будет.