Он – коренной ростовчанин. Оттого и позывной у него "Ростов". Младший сержант, командир штурмовой группы. Взгляд у него холоднее стали, когда вспоминает противника, но теплеет, когда он говорит о маме, когда думает о семье и будущих детях, которых будет баловать. И он прячет глаза, когда вспоминает друзей, смерть которых видел.
Он – коренной ростовчанин. Оттого и позывной у него "Ростов". Младший сержант, командир штурмовой группы. Взгляд у него холоднее стали, когда вспоминает противника, но теплеет, когда он говорит о маме, когда думает о семье и будущих детях, которых будет баловать. И он прячет глаза, когда вспоминает друзей, смерть которых видел.
Сайт РИА Новости Крым совместно с Центром социально-психологической поддержки участников боевых действий "АДЭВА" начинает новый проект "СВОи люди", в рамках которого будут опубликованы истории участников спецоперации и их портреты авторства художницы Ольги Алиевой.
Все участники проекта – действующие военнослужащие, которые были ранены и оказались в симферопольских госпиталях. Художница решила запечатлеть их, а корреспонденты – рассказать их истории.
Вырос Максим М. в многодетной семье – у него еще три брата и сестра. Отец фермер. Мать домохозяйка. Сразу после школы пошел в кадеты, потом – в армию, отслужил "срочку", подписал контракт. Какое-то время работал в правоохранительных органах. В 2022 году, едва Россия признала суверенитет ЛНР и ДНР, уволился и пошел добровольцем.
"Мне нравится возиться с техникой, в машинах ковыряться, что-то чинить, но больше всего мне нравится военная служба. При этом я никогда не думал, что попаду на фронт, что увижу смерть", – признается 29-летний младший сержант.
Он не сказал родным, что уехал за "ленточку", они узнали об этом только тогда, когда он попал в госпиталь с ранением.
"Когда меня ранило – мать узнала, что я на СВО, и ее парализовало. Правую сторону, рука отнялась", – говорит он и, вздохнув, добавляет: это жизнь.
Ранение он получил на запорожском направлении, воевал под Работино, когда там было "самое пекло".
– Вообще, со мной страшно разговаривать (смеется). Даже сам не знаю, как согласился на портрет и на интервью. Не люблю о себе говорить.
– Почему?
– Много чего прошел. Вот представь: вот тут мы, а за стенкой враги. И мы заходим в определенный квадрат, бегаем от дронов, сбиваем их. И забираем позиции противника. Идем вперед с автоматами.
Снайпером, подстрелившим Максима, "оказалась баба", которая "целилась в пах", но попала в левое бедро.
"У нашей группы была задача: выйти 3-го числа в 4 часа утра и до 15-го числа забрать позиции. Но мы все сделали до трех часов того же дня. Нас всех, 20 человек, "затрехсотило" (ранило – ред.). Тогда я, "Стужа" и "Седой" ушли вперед, остальным приказал откатываться. Противник был в 15 метрах от нас. Мы начали их давить. Втроем держать оборону", – вспоминает военнослужащий.
Потом прилетел ВОГ (взрыво-осколочная граната – ред.), Максиму посекло ногу, оглушило.
Потом "Ростов" еще двое суток полз семь километров назад, к своим. Двоих своих пацанов потерял. Теперь говорит: "На войне друзей не бывает".
– Почему?
– Потому что страшно их терять. Лучше не заводить друзей за "ленточкой". Самая страшная боль – не тогда, когда тебя ранило, а когда теряешь близкого друга. Ты ему помочь ничем не можешь. Это самая страшная для меня боль. А то, что получил ранение – так это ерунда. Гораздо больнее, когда теряешь того, с кем вы из одной тарелки ели. С кем шли спина к спине.
На фронте важно доверять друг другу на все сто процентов.
– Что будешь делать, когда закончится спецоперация?
– Семью заведу, детей. Буду их любить и баловать. Только так с детьми надо. О войне, если и буду им рассказывать, то только когда подрастут, да и то очень осторожно. Буду дальше служить в армии. Мне это нравится.
Дослужиться до каких-то высших армейских чинов "Ростов" не хочет. И своими наградами, которых у него шесть, в том числе и Орден Мужества, как-то не кичится.
Главные новости ищите в наших соцсетях: Telegram, Дзен и ВКонтакте. Также следите за нами в Одноклассниках и Rutube.
Читайте также на РИА Новости Крым:
Таких на фронте называют вторыми после Бога
"Вижу – горю весь": как боец отряда "Крым" выжил после взрыва