2.
Мама улетела домой раньше нас с отцом, у него было еще несколько дней отпуска, и мы остались у его мамы, моей бабушки Полины в кубанской станице Старотитаровской, на улице Виноградной. С лета 61- го каждый год отпуск родителей я проводила именно по этому адресу. Честно сказать помню не все, так как какое-то время была младенцем.
До отъезда оставалось дней пять, и каждый день отец ненавязчиво мне внушал, как хорошо жить у бабушки – и арбузы есть, и яблоки, и тепло, и светло, в общем, если есть райский уголок для шестилетней девочки – то это именно здесь. На третий день зомбирования, все это он услышал из моих уст.
Ребенок четко понимает, что от него хотят услышать, при этом совсем не обязательно, что именно так он думает на самом-то деле.
Уехал без меня – оставил в «раю». Гораздо позже я узнала, что родители решили расстаться, что об этом знала вся родня, и оставив меня на Кубани, отец как бы «привязывал» маму – не просто приехать за ребенком через всю страну. А как в «раю» без мамы? Кто б тогда об этом думал…
3.
Приехали порознь. Отец первым. Мне было 7. Уже засыпала, уткнувшись в любимую подмышку, когда услышала страшную «правду» о маме. «Она не хочет, чтобы у тебя был папа». Тогда еще не знала о Ньютоне, но открытие сделала – плакать умею, молча, а слезы умеют скатываться не по щекам.
4.
Загорали на берегу лимана в ста метрах от дома, когда кто-то из соседских ребят приехал на велосипеде с благой вестью – приехала тетя Света. Колька с Людкой (мои двоюродные), быстро вскочили на велики и погнали домой, как же приехала самая красивая, добрая, с подарками тетка – моя мама.
За время жизни в станице я многому научилась – ездить на велосипеде просто и «без рук», принимать грязевые ванны в канаве, а затем за это стоять коленками на горохе так, что бы было не очень больно, наравне со старшими братом и сестрой успевать выбирать выкопанную взрослыми картошку из земли, а по весне, наоборот – сажать, делать антоновку такой же сочной как арбуз, ударяя целым яблоком со всех сторон по лавке около околицы.
Оберегать желторотых цыплят, утят и гусят от кошек, загонять с пастбища корову во двор, да много чего. Приобрела и многие знания. Я знала всю школьную программу второго и четвертого класса, так как всегда была рядом, когда брат с сестрой учили уроки.
Я знала, что нельзя отличницам валяться в пшенице. Знала, откуда и как появляются дети, только не могла понять, почему брат мне об этом рассказал шепотом, как большую тайну и наказал не говорить старшим. Я знала о страшной болезни рак, так как в это время от этого умирал мой дядя Гриша, отец двоюродных.
Не знала я только одного – как мне сейчас себя вести. Сердце обухом упало и застряло где-то в животе. Хотелось бежать впереди всех великов, но ноги стали свинцовыми. Я шла рядом с отцом, низко опустив голову на встречу с мамой, как на казнь.
Она стояла на крыльце хаты, красивая, стройная, чужая и родная одновременно. Я подошла медленно, почувствовала ее запах и тепло рук, меня обняла моя
МАМА. Я уткнулась в нее и была самой счастливой на всем белом свете.
Боковым зрением видела, как поджал губы отец, как вскинул голову и стал смотреть сквозь меня, я не знала, что то, что я испытывала в то время, было желанием одновременно жить и умереть, просто это было в первый раз…