Приступая к этой статье, я несколько раз меняла название. И - безнадега, и дом странных людей, и дом нищих духом, и жилище счастливых, и дом без будущего.
Впрочем это было в зависимости от того, в каком именно отделении мы с моей медсестрой побывали.
Вышло так, что за полтора года работы, в наше ПНИ меня направили впервые. До этого я была в наших домах престарелых, еще раньше - в заведениях того же типа в Москве от очень хороших до не очень. Ощущение от них - очень отличное от того, что вызвало в моей душе посещение ПНИ.
Начать наверное нужно с того, что заведение наше расположено в очень живописном месте. На большом холме окруженном лесами, километрах в 6 от нашего поселка. От основной дороги уходит однополоска через лес метров на 800, проехав по ней упираешься в КП и ворота, все таки режимное учреждение. Подопечных там чуть меньше трехсот, с очень разными проблемами.
Корпус первый.
Выходишь из машины - тишина, запах леса, благодать. Мекают козы, мычит корова - здесь есть свое очень неплохое подсобное хозяйство. На территории у КП несколько собачьих будок, из одной из них презрительно щурит на мир глаза здоровенный серый кот. Рядом играют несколько разномастных веселых щенков. Большая белая коза лениво подходит поздороваться.
Мы направляемся к россыпи небольших двухэтажных строений, утопающих в поздних осенних цветах. Несколько теплиц, ухоженных прекрасно. Несмотря на позднюю осень видны спелые помидоры, огурчики.
В этот день у нас отделение санаторного типа. Здесь нас встречает улыбчивый Димасик. Он практически не умеет говорить, но понимает все. Его отряжают помочь нам принести ящик с оборудованием, показать где находятся какие палаты. Здесь есть неплохая библиотека, а группу подопечных, которые сегодня едут в музей, нас просят осмотреть первыми. К тому времени, как мы заканчиваем брать кровь, снимать ЭКГ и осматривать экскурсантов, с дорожки от холмов рысцой спускается человек 15, у которых сегодня кросс. Они готовятся к соревнованиям, и в холле санаторного корпуса целый стеклянный шкаф с кубками за различные победы. В конце дня тот же улыбчивый Димасик провожает нас до КП. Легко несет тяжелый наш ящик, показывает на цветы, коз, котов и собак. Он искренне счастлив, это видно. Горд возможностью помогать, горд ответственностью. На полпути ко мне привязалась поздняя оса и Дима как истинный рыцарь поставил наш ящик на асфальт и носился вокруг, пока не отогнал супостата. У КП залез в будку и протянул нам в ладошках маленьких щенят, улыбаясь еще более приветливо. Да, он здесь гораздо счастливее любого из нас. Но после того, как закрылись ворота, а мы укладывали в машину наши медицинские пожитки, сквозь щель в воротах мы все видели его, нашего проважатого, рыцаря прогнавшего страшную осу.
Корпус второй.
Корпуса ухода. Здесь все значительно сложнее. Расплывшаяся женщина лет пятидесяти голосом маленькой девочки тянет на одной ноте - мама-мама... Драаастее тянет мужичок с пустыми глазами - кааак тебя зооовут? Здесь можно гулять, но уже в палатах запах безнадёги - мочи и хлорки. Нет, вполне чисто, но кто ухаживал за людьми, не контролирующими свои естественные потребности, подтвердят - как не убирай, запах не истребим. Здесь уже нет кубков, нет экскурсий. Есть - люди. Кому то 18, другим под 80. Но здесь нет будущего, нет радости.
Корпус третий.
Корпус строгого режима. Здесь нет дверей у палат - длинный коридор с пустыми дверными проемами. Вход по двум ключам-кнопкам. Только в сопровождении санитаров. Снять перед входом часы, кольца и серьги. Это вопрос безопасности. Здесь - ну наверное, безнадега.
Трудно рассказывать про такие места. Еще труднее там работать. И хоть я всего то пару недель поработала там в качестве простого врача, проводящего простую диспансеризацию, вымотало меня это более чем. Более чем...