«Вот как жизнь повернула. Я – то думала, что с годами буду при всем. С мужем, с дочкой, благополучием, – думала немолодая женщина со следами былой красоты на лице. Ожесточённо натирая при этом грязное, с разводами от летней пыли после осенних дождей, стекло. – А тут жизнь во всей красе. С потерей работы и случайными заработкам, когда две десятки в зубы сунут – и гуляй. И квартира у тебя стандартная трёшка, и это ещё ого-го! И постылый бывший. И он под боком. А куда ему деваться? Сосед.»
Мужчина, хмурый и всколоченный после дневного сна, разбуженный её мытьём окон, продефилировал мимо в общий для них, совмещённый санузел. Пробыл там короткое время. И, выйдя и не глядя в сторону бывшей жены, осведомился:
– У тебя там этот… стекломой, останется? Тоже своё помою.
– Останется! – Женщина тыльной стороной затянутой в силикон ладони откинула со лба вспотевшую прядь. – Так ты это…. Дочь подожди. Она лучше это сделает. Ты ж у неё – любимчик.
Мужчина сверкнул глазами, готовясь сказать, видимо, что-то резкое. Но сдержался. Только и произнёс:
– Делать Маринке больше нечего. Пусть занимается, у неё сессия, я сам, – и канул в дверном проёме дальней, самой маленькой, комнаты. Бывшей их супружеской спальни, а потом – детской. Теперь вот соседской.
Сосед. На веки вечные. Потому что в их городе достойно разменять трёшку задача непосильная. Однозначно проиграешь и в качестве жилья, и в метраже. Только и остаётся теперь ждать, когда её Маринка найдёт себе парня и выйдет замуж. Только как теперь ей такого парня найти? После той личной трагедии, что устроила ей она, мать, и её настоящий отец? А не этот. Которого она, несмотря ни на что, всё равно отцом считает и называет.
Женщина снова стала ожесточённо тереть стеклопакет. Зима близко. И встретить её надо хотя бы чистыми окнами.
----
Если бы Галку двадцать два года назад спросили, отчего она так запала на Василия, она, не задумываясь ответила бы: «Из-за его глаз». Чтобы понять Галку, охотницу за эффектными парнями (при том, что и сама она была девицей просто сногсшибательной!), нужно было пообщаться с Васей лицом к лицу. Только тогда можно было понять – о чём она говорит.
Дело в том, что глаза у Василия были действительно невероятно красивыми: карие, шоколадного цвета. Вокруг радужки располагались даже не жёлтые, а золотые точечки! От этого взгляд был искристым, тёплым, чарующим и гипнотизирующим. Хотя и другие мужские стати у Васьки были на месте – иначе разве стал бы он пользоваться столь большой популярностью? Ведь девушки, при всей своей показной романтичности, народ крайне прагматичный. А так даже разница в образовании Галку не смущала. Ну, работяга. Но с такой, как у него работой, всегда при деньгах. И непьющий. Разве что иногда употребит иногда за компанию.
Одно было плохо – Вася не отличался особой разборчивостью в общении с девушками, и даже вёл список своих побед на любовном фронте. И сколько разбил при этом девичьих сердец – это его нисколько не волновало.
– Всех девок не перелюбишь. Это да. Но стремиться к этому нужно – не раз говорил он, когда зависал с друзьями в ночном клубе, вальяжно развалившись на диванчике и закинув обе руки за его спинку. Высматривая при этом на танцполе ту, от которой его, как он выражался, «торкнет».
Галка ходила в фаворитках у Василия дольше всех. Все её подруги готовы были поспорить о сроках, когда эта пара пойдёт под венец. Тем более, что жених Васька был завидный не только из-за своих внешних данных. Да. Закончил всего лишь ПТУ, но зато получил профессию мастера-плиточника. Теперь работал по специальности, имея кучу заказов, и квартира у него была в собственности (отец, до выхода на пенсию немалый строительный начальник, поспособствовал).
Но что-то у них с Галкой не срослось. Наверное, сыграло роль то, что оба были взрывными, импульсивными личностями, у обоих зашкаливали амбиции, а как известно, два лидера в одной ячейке социума в большинстве случаев ужиться не могут. И их расставание только вопрос времени. Так что разбежались Вася и Галя.
Наверное, у гуляк рано или поздно включается механизм осознания, что жизнь свою они прожигают зря. Нужно остепениться. Хотя бы для того, чтобы продолжить свой род. Притом, у мужчин это идёт от головы. Женщинами же, в основном, больше движет природа. Эмоции. Какая-то глубинная, подсознательная память, доставшаяся от далёких предков. То есть то, что живёт в подкорке.
У Васи что-то щёлкнуло в голове, и он осознал, что разбитная Галка вряд ли и женой хорошей будет, и, тем более, матерью. Старая истина: «Есть женщины для удовольствия, а есть – для семьи». И нечего пытаться совместить эти их две составляющие.
Несмотря на своё легкомыслие в личной жизни, в профессии Вася давно решил состояться всерьёз. Поэтому для пополнения знаний нырял не только в Интернет, но и не пренебрегал старой доброй технической библиотекой. Притом не только университетской, но и соответствующим разделом городской. Там-то он и заприметил очаровательную и скромную Ксюшу. Совсем не гламурную. Не знающую, что такое – ночной клуб. Более того – искренне убеждённую, что это что-то настолько порочное, что приличной девушке наведываться в подобного рода заведение, не к лицу. Чем Вася и восхитился.
Видимо, он плохо знал Галку. Когда она узнала, что у сердечного друга появилась другая, самоуверенная Галка не пожелала мириться с участью мадам Брошкиной, и закатила Василию целую серию публичных скандалов. Вплоть до битья окон в его двушке на втором этаже. Обставив это дело вокальными эффектами.
– Ах ты дрянь такая. Посрывал, значит, цветы удовольствия, и решил бросить, решил, что со мной такие номера пройдут? А вот щаз! (Дзынь!) Да ещё с кем изменил?! С этой серой мышью!
«Серая мышь» Ксюша испуганно жалась в уголке комнаты, не рискую приблизиться к окну, где на внешней стороне стеклопакета теперь красовался звёздчатый след с разбегающимися трещинами от удара увесистым булыжником. Ладно хоть, камень второе стекло не пробил. Васи хлопнул дверью и скатился вниз, чтобы скрутить и оттащить разъярённую фурию подальше. Хоть бы окна сберечь. Вот зараза! Стеклопакет не копейки стоит, совсем, что ли, соображения нет?
– Слушай, ты, шизанутая. Отцепись от меня, а? Поменьше хвостом крутить надо было, стрельбой глазками заниматься. Я что, слепой, по-твоему, не видел этого?
– Это я от тебя слышу, дрянь такая? Ты на себя погляди! Кто на этаже у первокурсниц прописался, когда я к больной маме на пару недель уезжала? Погоди, я ещё до твоей тачки доберусь – смотри-ка, перестал её под окнами ставить, гаражом обзавёлся…
– Только попробуй, Галочка Дурко! – орал в ответ Вася. – Не посмотрю на то, что баба, фейс подрихтую!
Недостойно вёл себя Вася. Но Галка, и в самом деле, приутихла – угроза испортить её один из главных жизненных активов, красивое кукольное личико, подействовала. Галка решила пойти другим путём и отомстить. Как? А уесть бывшего скорой собственной свадьбой. Шумной, шикарной, напоказ. С кем? Ой, я вас умоляю! Что она, не найдёт себе замену этому Васе? Много лучше найдет.