2024, «Спасибо, послушаю».
Фирменной иронии ведущего «Спасибо, послушаю» Андрея Васильева на сей раз хватило на один бородатый анекдот про Tokio Hotel, рассказанный в начале выпуска. Больше Tokio Hotel здесь ни разу не упоминается, да и чёрно-розовые реалии как воплощение обывательских представлений о субкультуре затрагиваются лишь вскользь. Вместо этого Андрей берётся доказать, что эмо-жанр в музыке возник более сорока лет назад, и углубляется в дебри хардкора 80-х. Выпуск изобилует названиями групп, которые большинство зрителей услышат в первый раз, так что настройтесь на серьёзную лекцию, а не на развлекательное видео; возможно, что-то нужно будет даже законспектировать.
Автор «Спасибо, послушаю» разделяет историю эмо на три этапа. Эмо-музыка первого периода освободительного движения… э-э-э… что? Чёрт, школьный курс литературы некстати всплыл в памяти. Так вот, первой эмо-группой считают Rites of Spring, которые совмещали грубое хардкоровое звучание с пропагандой ЗОЖ. За это трушные хардкорщики иронически обзывали их жанр «эмокор», чему сами «Весенние обряды» категорически противились. К слову, в разные годы многие представители эмо-жанра не соглашались считаться таковыми, и их можно понять. Отличительной особенностью этого стиля Андрей Васильев считает эмоциональные перепады «медленно/быстро» и «тихо/громко», а такого добра в любых жанрах навалом.
Ну а предтечей волны коммерческого «эмо-рока» 2000-х ведущий называет группу Weezer с альбомом «Pinkerton». С ним связана драматичная история: после успеха первой пластинки Weezer их лидер Риверс Куомо не справился с обрушившейся славой и гастрольными приключениями и впал в депрессию. В этом состоянии он написал песни для «Пинкертона», пластинки, которая совершенно не понравилась критикам. Да и публика встретила её вяло, зато через некоторое время появилась внушительная плеяда групп, на которых сильно повлиял «Pinkerton». Альбом стал платиновым только через двадцать лет после выхода и теперь он считается если не великим, то легендарным. Ну а многочисленные последователи Куомо тоже не любили признаваться в том, что они эмо.
Возникновение четвёртой волны эмо-музыки Васильев отрицает, ведь даже такое перспективное направление, как эмо-рэп, почти не развивается, поскольку три самых ярких его представителя покинули этот мир, не дожив даже до 22 лет.
Алексей Мажаев, «ИнтерМедиа»
