– Мам, где мои кроссовки?!
– Лена, завтрак уже стынет! Ты опять на работе застряла?
– Света, ты за собаку забыла!
Голоса разрывали утро, как надорванная струна, и Светлана, стоя у плиты, сжимала кастрюлю. Третий день подряд сын теряет вещи, муж, как всегда, жалуется на офисную жизнь, а у нее даже минутки нет, чтобы присесть. Странная усталость поселилась в ней – не физическая, а какая-то глубокая, почти вязкая, как густой туман в холодное утро.
Она механически перемешала кашу, в голове крутилась только одна мысль: "Я больше так не могу". Но слова эти оставались там, внутри, как давно забытая песня.
------------------------------------------
Раньше всё было иначе. Когда она выходила замуж, была полна энергии и любви. Дети, новый дом, забота о семье – всё это казалось ей настоящим счастьем. Но день за днём этот круговорот дел поглощал её целиком. Не оставалось ни времени, ни сил на себя. Работа домохозяйки, которой она раньше гордилась, превратилась в монотонный ритуал выживания.
Каждое утро одно и то же: готовить, стирать, убирать, помогать детям с уроками, поддерживать мужа в его "больших делах". А ночами она лежала в постели, глядя в потолок, и спрашивала себя: "Где я в этом всем? Что осталось от меня?"
Однажды Светлана начала слышать странные звуки. Шёпот. Он возникал из ниоткуда, тихий, как ветер за окном, и всегда звал её.
– Приди… мы ждём… – шёпот был еле уловимым, но таким манящим, что у Светланы мурашки пробегали по коже.
-----------------------------------------
Сначала она думала, что это просто усталость. Возможно, нервы. Но с каждым днём звуки становились всё отчётливее. Они были не постоянными, но как только дом замирал в вечерней тишине, этот шёпот снова появлялся. Однажды ночью она даже встала с кровати и пошла к кухне, будто звуки звали её туда.
Она медленно шагала по коридору, из спальни доносился лёгкий храп мужа. Кухня светилась тусклым, почти мертвым светом, исходящим от старого ночника.
Там, в углу, она увидела что-то странное. Под обеденным столом лежало нечто – длинное, бесформенное, как тень. Оно выглядело, как неясный силуэт… или остатки чьих-то мыслей. Светлана замерла.
– Приди… мы ждём… – прошелестело снова, но теперь это звучало гораздо ближе.
Она вдруг осознала, что шёпот исходит не извне, а… от неё самой.
-----------------------------------------
Её руки задрожали. Светлана вдруг поняла: это она сама себя зовёт. Все эти годы, все эти дни в заботах о семье, в стирке и готовке, она потеряла себя. Эта тень под столом была её – усталой, забытой, затерявшейся в быту.
– Ты здесь… – она прошептала сама себе.
Вдруг всё стало происходить слишком быстро. Кухня начала наполняться странным холодом, как будто окно было распахнуто настежь. Тени сгущались, и Светлана ощущала, как её разум погружается в мрак. Шёпот становился всё громче, заполняя комнату: "Приди… стань с нами".
Она почувствовала, что если сейчас не уйдёт, то останется в этой тени навсегда, станет её частью.
– Нет! – её голос прозвучал резко, пронзительно, и вдруг тени начали исчезать. Но шёпот не утихал.
Светлана схватила первое, что попалось под руку – кухонный нож, и с силой ударила по столу. Лязг металла прозвучал, как гром. Тишина. Всё замерло.
Её глаза резко открылись. Она снова стояла на кухне, руки сжимали нож, а по комнате стелился запах пригоревшей еды.
-----------------------------------------
На следующее утро Светлана проснулась необычайно тихо, как после долгого сна. Всё было, как всегда: завтрак, крики детей, расспросы мужа о делах. Но что-то изменилось. Она посмотрела на свою кухню, на обеденный стол, и вдруг поняла: этого больше не будет.
Светлана приняла решение. Она больше не будет тенью в своей жизни. Она всё ещё заботится о семье, но теперь – не в ущерб себе.
-----------------------------------------
Она достала из ящика дневник, который давно забросила. Открыла его, взяла ручку и написала: "Теперь я здесь. Я вернулась."
Светлана знала, что впереди ещё много трудностей, но теперь у неё было главное – она нашла себя, и больше не позволит тени забрать её.