Солдатский долг маршала Рокоссовского. Книжный обзор

Время «хрущевской оттепели» в нашей стране отозвалось не только лейтенантской прозой, но и воспоминаниями военачальников, прошедших боевой путь от начала и до конца. И если проза лейтенантов могла быть воспринята критиками не очень тепло, то военачальники должны были свои воспоминания пропускать через военную цензуру. Не избежали этой участи и мемуары маршала Рокоссовского.

Главному Политуправлению нелегко пришлось с человеком, прошедшим три войны, маршалом двух стран, закаленным воином, тем, кого солдаты называли «солдатским маршалом». «Маршал кинжал» – ещё одно имя, данное Рокоссовскому людьми, служившими под его началом. Но в случае с мемуарами кинжалом служили ножницы военных цензоров: «Это слишком резко. Это публиковать нельзя. Это заденет уважаемого военачальника, а это спорная мысль, не совпадающая с официальной точкой зрения. В результате – другая версия воспоминаний, приглаженная и обезличенная».
Как итог борьбы маршала с цензурой, скопился внушительный материал черновиков, с поправками и дополнениями. Вот только воспользоваться в полной мере своими наработками он не успел. Коварная болезнь – возможно, как одна из реакций на эту ненужную борьбу – подкравшись незаметно, ускорила и уход маршала из жизни, и выход книги «Солдатский долг», пусть и в усеченном виде.

Константин Константинович видел свой долг перед теми, кто прошел с ним боевой путь, верил ему и шёл на смерть по его приказу. В самый последний момент, подписывая в печать сигнальный экземпляр книги, маршал слабеющей рукой зачеркнул прежнее название «Счастье солдата» и вывел новое: «Солдатский долг»…

Под этим названием мемуары несколько раз переиздавались, и вот сейчас, после большой подготовительной работы, вышла книга Константина Рокоссовского «Воспоминания без цензуры».

Внуками и правнучкой маршала была проведена работа с архивами деда, восстановлением (частично) подлинного текста. Каждая глава книги дополнена новыми фактами, материалами, официальными документами, вошедшими в оборот в последние годы.

Удивительная судьба паренька, родившегося в семье польского машиниста поезда и русской учительницы. Выросший в пригороде Польши, Рокоссовский «остался поляком по манере и речи, что обеспечило благосклонность большинства поляков», когда он был назначен министром обороны Польши. Участник трех войн, солдатский путь начал в восемнадцать лет, оставшись сиротой после смерти родителей. Прибавил себе два года, что было нетрудно при его богатырском росте, и уже в первую неделю(!) службы был награжден очень важной солдатской наградой – Георгиевским крестом IV степени. После этого были ещё три Георгиевских медали разных степеней, которые давались исключительно за личную храбрость. И георгиевская ленточка, на которую крепилась эта солдатская награда, как нельзя более уместна рядом с его книгой.

Похожий на былинного богатыря, высокий, что называется «косая сажень в плечах», белокурый и голубоглазый, Константин Константинович был очень сдержан и скромен в быту и общении. При всей его внешней боевой выправке, улыбка у него была очень мягкой, почти детской. А ведь его боялись враги как огня. Одна история взятия Сухиничей говорит о высочайшем авторитете Рокоссовского как военного. Гудериан – ставленник фюрера был с позором изгнан из армии за отвод танковой армии, считавшейся одной из сильнейших в рейхе. Поэтому фельдмаршал фон Клюге должен был нанести контрудар, чтобы вернуть свои позиции. Однако, узнав о приближении армии Рокоссовского, моторизованная дивизия генерала фон Гильса была спешно выведена из гарнизона города: «Иначе неминуемо окружение и наше полное уничтожение. Ведь прибыла армия самого Рокоссовского!»

За маршалом, который с юности любил музыку, тянется несколько «музыкальных» историй. Одна из них о вальсе, где были такие слова: «И лежит у меня на погоне незнакомая ваша рука». После Сталинградской битвы и введения в офицерскую форму погонов, на одном из награждений маршал обратился к военкору и поэту Евгению Долматовскому и композитору Марку Фрадкину с предложением написать песню, которая первоначально была названа «Офицерский вальс». Смена названия песни на «Случайный вальс», с заменой рифмы «погоне» на «ладони» сути песни, ставшей знаменитой и любимой до сих пор, не меняет.

Как и споры о месте рождения великого человека: он считал себя рожденным в Варшаве, и Варшава приняла его, а Военная энциклопедия и метрики считают местом рождения Великие Луки. Или с заменой отцовского отчества «не шибко грамотным полковым писарем» на Константиновича вместо Ксаверьевича.

Рокоссовский был и остается легендарным полководцем, чьё имя заставляло трепетать врагов и наполняло верой и уважением тех, кто был с ним рядом.

Наталья Трегуб,
заведующая библиотекой Новосибирского Дома ученых