Вдовцу Максиму в посёлке достроили дом, завезли и установили мебель, которую его покойная жена выбирала. Он приехал всего лишь посмотреть, но один здесь жить не собирался. Охватив взором пространство первого этажа, поднялся наверх. Обойдя комнаты и проверив санузлы, вышел на балкон. Его взгляд упал на соседний участок с домом, который по сравнению с этим казался маленьким. Во дворе девочка сгребала листья. Когда подняла голову лицом к нему, он заметил, что она очень похожа на его дочь, погибшую в аварии вместе с женой и неродившимся сыном. А срок беременности его Елены был около семи месяцев. Эта девочка напомнила ему ту трагедию, и он решил, что ему Бог её послал для успокоения. Спустился вниз и отправился к соседям напротив.
Максим вошёл в калитку. Девочка не удивилась, но справа у забора соседка голосом обозначила себя.
— Лизонька, калитку нужно запирать, когда родителей нет дома.
— Тётя Люся, да это к папе, — и Лиза обратилась к Максиму.
— Вы по поводу ремонта своего автомобиля? Так папа минут через пять придёт. Я обед приготовила и стол в кухне накрыла. Вместе пообедаете и поговорите.
— Спасибо, Лизонька. Непременно дождусь твоего папу. Слышал, что он замечательный мастер. Вот и порекомендовали к нему обратиться и адрес дали, — сообразил Максим сообщить цель своего визита, ничего не зная о соседе.
Пока общались, отец Елизаветы Николай вошёл во двор.
— Пап, это к тебе, — и девочка упорхнула в дом.
У Максима защемило в груди. Вблизи Лиза ещё больше напомнила ему погибшую дочь.
— Так что Вас привело ко мне? Поломка транспортного средства? По другому поводу ко мне не приходят, — голос Николая оторвал Максима от мыслей о Лизе.
— Не совсем так. Я Максим, Ваш сосед напротив, и хотел бы пригласить Вас ко мне на работу водителем.
— У меня есть работа, и там меня называют «мастер золотые руки». Даже домой приходят.
— Не тот масштаб в этом посёлке. Предлагаю заработок втрое больше и чистые руки.
Николай почесал затылок и дёрнул плечом. Предложение Максима заманчивое. Соседка рядом всё слышала и быстро сообразила.
— Мужчина, — окликнула Людмила, всё ещё стоявшая у забора, — как заметила, только вселились, а горничная вам не нужна? Я баба сильная и безработная.
— Погоди, Людка, поперек батька в пекло. Преимущество на моей стороне. Нина устаёт в том магазине по полсуток стоять у прилавка. — Николай отмахнулся от соседки, чтобы не встревала, и обратился к Максиму.
— Я согласен, если жену возьмёшь домработницей. Она всё умеет и вкусно готовит. Да и Лизка поможет, если что, да пока на каникулах.
— Вот и договорились, Коля. Жду вечером у себя обсудить детали за ужином и жену с дочкой приглашаю, — первая удача обрадовала Максима, и он, развернувшись, направился к себе.
Когда Николай пообедал, то, выйдя во двор, у ворот Максима не увидел автомобиль, а соседка Людмила так и не ушла и от обиды съязвила.
— Чего облизываешься, Колька? Подфартило? На себя работал, а теперь с Нинкой барину будете угождать. Что не так, вышвырнет. Они такие.
— Люська, тебе-то что? С твоим-то характером у Максима и недели не проработать. Повариха из тебя никакая. Зачастую гарью воняет из твоей кухни. Руки у тебя крюки. Грядки в сорняках, а у нас всё замечательно. Ниночка у меня золото.
— Смотри, как у тебя в зобу дыханье спёрло. Рот не открывай, а то всё потеряешь, — соседка не унималась.
Николай плюнул в сторону забора Людмилы и вышел за калитку. Он спешил в мастерские, чтобы предупредить о своём увольнении.
Уже вечером в гостиной Максима семья Николая расположилась за большим столом. Еду хозяин заказал в ресторане. Ему привезли, и официант обслуживал. Они обсуждали обязанности и вознаграждение за труд. Максим был щедр ради Лизоньки, а душа Николая ликовала. А он действительно уставал в тех мастерских с утра и до поздней ночи возиться с поломками чужого транспорта. Сумма, которую предложил Максим, для него была царским подарком.
Лиза с интересом рассматривала красивого работодателя, его мужественное лицо и раннюю проседь на висках и в волосах на голове. Задерживала взгляд на его широких плечах, и хотелось узнать его возраст.
Максим, наоборот, боялся задерживать свой взгляд на этой девочке и не мог понять, что творилось в его душе. То дочерью её представлял, то будущей женой, хотя разница в возрасте очень большая.
После этих переговоров Максим окончательно из Москвы переехал в посёлок и радовался, когда в его доме, кроме Николая и Нины, присутствовала Лизонька. Он никогда один не садился за стол и давал задание Нине готовить еду на всех, предупреждая, что они его семья и завтракать, обедать и ужинать только с ним. Они даже обращались друг к другу на «ты», как хотел Максим и требовал этого от Лизы. Она сначала смущалась, а потом привыкла.
В своём доме семья Николая только ночевала. А Максиму это было нужно, чтобы потом, когда осуществит задуманное, ему не мешали.
Возвращаясь домой из своего офиса, Максим привозил Лизоньке подарки, а именно: одежда, обувь, украшение, мягкие игрушки, дорогой телефон и ноутбук. Нина каждый раз смущалась.
— Балуешь ты, Максим, мою дочку. Она же скоро нам на голову сядет.
— Ошибаешься, Ниночка, Лизонька такая нежная и добрая. Такие девушки не меняются. Ей скоро восемнадцать лет, и она в классе должна выглядеть лучше других.
— Спасибо, что ты так добр к Лизе, — Нина даже всплакнула.
— У меня была дочь, а теперь она с моей женой на кладбище. Мне жить не для кого. Я выбрал вас, чтобы не быть одиноким.
— Жениться тебе надо, Максим. В твоём возрасте ещё можешь стать отцом, и твоё сердце оттает.
— Нина, хочу по любви, а просто так не интересно.
— Встретишь ещё свою суженную. Ты интересный мужчина и внешне замечательный.
На восемнадцатилетие Елизаветы Максим привёз множество пакетов и позвал Лизу в свою спальню, чтобы показать. Обрадованная девушка побежала по лестнице вперёд него. Войдя за девушкой, Максим бросил пакеты на кровать и наблюдал, как Лиза восхищённо открывала.
— Шубка, Максим, шубка! Я же о такой мечтала. И даже с капюшончиком. Жаль, зима не скоро, а то бы мне все завидовали... Сапожки, ура! Они такие модные.
Далее платья, костюмы и кружевное нижнее бельё, при виде которого девушка засмущалась.
— Как благодарить будешь, Лизонька? — намекнул Максим.
— А как ты хочешь?
Максим понял, что наступило то, о чём он мечтал, терзался всё это время, пожирая глазами Лизоньку и замечая, как она взрослела. Чтобы Лиза не увлеклась каким-либо парнем, Максим начал с невинных поцелуев, располагая девочку к себе. Далее целовал уже осознанно и чувствовал трепет девушки в своих объятиях. Он замечал, что Лиза, ещё не совсем понимая, хотела большего. Только Максим не торопился и ждал, когда наступит тот пик. И в этот момент, целуя девушку, наконец решился.
— Скоро экзамены, а потом выпускной вечер. На нём ты пробудешь немного, а я буду ждать тебя здесь. Обещаю романтический ужин и всё остальное, как ты захочешь. Надеюсь, это будет между нами?
— Я поняла, Максик. Выберу пару платьев, а остальное пусть будет в твоей спальне. Мама уже стала кое-что подозревать.
— Не может быть, Лизонька? Кроме тех невинных поцелуев, ничего же не было. Тебе это показалось. Не может Нина знать о нас.
— Возможно, Максим. Скорее всего, сама себе надумала. Целуй скорее, и я побегу вниз маме помогать на кухне.
Наступил долгожданный для Максима выпускной вечер Лизы, и он всё организовал, чтобы девушке было приятно. Лиза появилась в его доме, когда стемнело. На ней было красивое платье и замечательные туфельки.
— Поздравляю тебя, любимая девушка. Давай выпьем по бокальчику шампанского, а сюрприз в моей спальне.
***
Максим разбудил Елизавету поцелуем и высвободил свою руку из-под её плеч, а её голову аккуратно со своего плеча переложил на подушку.
— Лизонька, пока темно, но скоро выпускники будут расходиться по домам. Тебе пора домой, девочка.
— А мы разве не поженимся, Максим?
— Позже, Лиза, а пока будем встречаться.
— Поняла, — и девушка, выпорхнув из объятий мужчины, побежала принять душ.
Когда Лиза была одета, Максим проводил её до калитки, чтобы она ушла от него никем не замеченной. Он не спешил афишировать эти отношения. Ему необходимо, чтобы эта девушка родила ему сына. Своего он тогда очень ждал, но судьба непонятно за что наказала. Лиза похожа на его погибшую дочь, да и на жену, когда достигнет её возраста. Если Елизавета родит ребёнка, то неизвестно, на кого будет похож, или на маму, или на папу. Такой фанатизм преследовал Максима. Его сознание раздваивалось. Не мог забыть жену и дочь, и в то же время не спешил жениться на Лизе, не полюбив её всей душой.
Елизавета поступила в институт на заочное обучение. Максим хотел иначе, но девушка объяснила.
— Из-за тебя ничего не запоминаю, а так ты мне будешь делать курсовые. Я заучу и сдам сессию.
После той ночи встречи в спальне Максима стали частыми, но кратковременными. Лиза его не понимала, а он оттягивал время. В этот поздний вечер Елизавета, встав с постели, сообщила.
— Днём ездила в районную поликлинику. Я, Максик, беременная. Когда ты на мне женишься? Мама может это заметить.
— Потерпи ещё немного. Не могу решиться объявить это твоим родителям. Ты так молода, а они меня уважают.
— Сколько терпеть? Живот же будет расти.
— Я скажу тебе, а сейчас потерпи и придумай что-либо для своей мамы. Серьёзная сделка намечается, и я не могу сейчас отвлекаться на торжество.
— Там что, большие деньги?
— Да, Лизонька, — врал Максим, а свой бизнес вёл стабильно.
— Ты и так богат, и зачем столько? Я тебя и нищего любила бы. Ты такой нежный!
— Это бизнес, любимая. Ты ещё маленькая, но позже поймёшь.
Нина заметила, что дочь беременная, и спросила.
— От кого и когда успела?
— Мам, в армии он. Вернётся, и мы поженимся, — соврала, чтобы не подставлять Максима. Лиза во всём его слушалась, в надежде, что женится. Сама воспитывать не хотела, да и очень любила этого взрослого мужчину.
Максим не торопил события и ждал, когда Елизавета родит, но успокаивал её обещаниями.
Когда родился мальчик, Максим заявил родителям Елизаветы, что станет отцом новорождённого.
— Спасибо, Максим! Ты благородный человек. У моего внука будет хороший папа, а не тот, который бросил мою дочку и с ней не общается, — Нина заплакала.
— Не стоит, Нин, Коля. Мы семья, а теперь ещё и породнились. Никитка ни в чём нуждаться не будет.
— Ты уже и имя дал малышу? Похвально, — обрадовался Николай. Не знал, что так Максим с женой хотели назвать погибшего сына в утробе матери.
Из роддома Максим забрал сына и Лизу к себе домой. В одной из комнат ему красиво оформили детскую. Нина там всю неделю пылинки сдувала в ожидании внука.
Дома Лиза продолжала настаивать на браке, а Максим так и не торопился. Что-то моральное всё ещё связывало его с погибшими женой и детьми. Этот барьер он пока не мог преодолеть, считая Лизу гражданской женой.
Когда Елизавета забеременела второй раз, то придумывать несуществующего парня, который второй раз бросил беременную Лизу, выглядело абсурдным. Максим понял, что увяз во вранье, и объявил помолвку с Елизаветой. Его беспокоила реакция Николая и Нины, а оказалось, что они обрадовались породниться.
Пока готовились к свадьбе, у Елизаветы округлился живот, и Максим объявил её родителям, что беременная от него.
Максим очень надеялся, что Лизонька родит ему дочку и хотел, как свою погибшую назвать Элечкой, но родился мальчик.
Нина с Николаем настояли назвать его Максимушкой. Так уважали своего благодетеля, который так и продолжал достойно оплачивать их труд. Родня всё же.
— Да не переживай ты так, Максим, Лизка тебе обязательно дочку родит, пусть не третью, но какая-то будет, — успокаивал Николай.
Правда вылезла, когда двое сыновей подросли, и оба были похожи на Максима. Нина посоветовалась с Николаем, и они решили тайно сделать тест на отцовство старшего внука. Когда узнали, что отец Максим, не стали ворошить прошлое.
— Лизка с ним счастлива, Коля, и как сыр в масле катается, да ему в рот смотрит. Опять беременная, да в этот раз угодила. — Нина то ли себя, то ли мужа успокаивала.
— Да вышли сегодня днём из клиники и такие счастливые. Максим сразу сообщил, что дочка будет. Не надо, Нина, ворошить прошлое. Раз скрыл, что первый сын от него, то была на это причина, — Николай этим не только жену убеждал, но и себя. С Максимом породнились, но он для них так и остался хозяином жизни.
Всю третью беременность Елизавета переживала, но дочку выносила и родила. Максим, наконец, преодолел барьер и отпустил свою погибшую семью. Кладбище посещать стал реже, но у могилы рассказывал своей семье, какие у него прекрасные дети и замечательная жена. Он не знал, приятно ли это им слышать, но думал, что правильно поступает.