Лето в этом году долго не спешило нас покидать. А в начале октября, когда наконец-то настала правильная золотая осень, мы с фотоаппаратом пошли гулять на Введенское кладбище.
Введе́нское кладбище (Немецкое, Иноверческое) — историческое кладбище в районе Лефортово города Москвы, образовано в 1771 году для захоронения погибших от эпидемии чумы. До революции 1917 года считалось иноверческим. Является объектом историко-культурного наследия, а его некрополь — музеем под открытым небом; многие надгробия и памятники (яркие образцы готики, классицизма, эклектики и модерна) созданы известными скульпторами и архитекторами. Название кладбища связано с Введенскими горами — возвышенностью на берегу Яузы.
Сразу поле ворот у южного входа на главной аллее нас встречает золотая, как природа вокруг, скорбная дева, напомнившая мне петергофские скульптуры-фонтаны. Далее я пошла просто вперёд, периодически куда-нибудь сворачивая без цели и плана. Это мой первый визит сюда, посему прошу расценивать данную фотоэкскурсию скорее как эстетическую, нежели краеведческую. Тем более что площадь погоста — 20 гектаров.
Боковые кладбищенские аллейки тесны, порой оканчиваются тупиками и непонятно, как пройти дальше, к заинтересовавшему тебя захоронению.
Некоторые замшелые скульптуры с облупившейся краской выглядят красиво и зловеще. Я пока что где-то совсем недалеко от входа, а глаза уже разбегаются на предмет того, чем любоваться.
А вот склеп с грозящим обрушиться портиком. Внизу есть табличка, сообщающая, что его будут реставрировать.
Можно посидеть на лавочке, пообщаться с мёртвыми, поразмышлять о бренном иль вечном, что больше волнует.
Хотела сделать готишные фото, а получились вполне себе жизнелюбивые, с разве что формальной грустинкой. Даже факт того, что во время постобработки оных я слушала Sopor Aeternus никак не повлиял на результат.
Просто полюбуйтесь и вы на это жёлто-зелёно-оранжевое буйство природы!
С надгробия этой могилы нам кто-то весело машет рукой: «Привет-привет, будущие покойнички, скоро увидимся».
Терпкий свежий воздух, неспешное умиротворение готовящейся к долгому сну осенней природы, осторожные посетители... Одна женщина у меня поинтересовалась расположением «могилы доктора», а я и не знала, о ком речь и ничего ей не подсказала. Всегда почему-то немного расстраиваюсь, если ко мне на улице обращаются с таким вопросом, а я ничем не могу помочь. Бывает и того хуже: сориентируешь человека, он же как рассердится, что далеко, хмуро на тебя глянет и идёт другого прохожего спрашивать в надежде, что я ошиблась, и нужный ему объект — в шаговой доступности.
Сегодняшняя вопрошавшая скорее всего имела ввиду могилу врача и филантропа Фёдора Петровича Гааза. Несмотря на всё, что он сделал в медицине, этот человек умер в нищете, так как много сил и личных средств тратил на облегчение участи заключённых, которые тогда содержались в страшных условиях. Вот поэтому в народе он известен как святой доктор. Много здесь захоронено людей выдающихся: врачей, меценатов, актёров, музыкантов, литераторов. Новые русские бандюки из 90-х тоже вписались, не без этого.
***
Люблю я дубы, а как они пахнут в сырую «чайную» погоду !!!
Здесь гранитный малыш-ангел отнёсся к миссии хранителя чьего-то вечного сна вполне серьёзно — кротко скорбит.
Этот же юноша прямо Люцифер. Уверена, не у меня одной такие ассоциации!
Чугунная сень над могилой Николая Кельха ныне весьма ржава и зловеща, к захоронению трудно подобраться, тропы, как таковой нет: кругом только кусты да надгробия соседей по участкам.
Кстати, вот что рассказал корреспондентке одного интернет-издания гравёр и реставратор могил, Тахир, который трудится на Введенском кладбище с начала девяностых:
У нас здесь не Ватикан, и мрамоp не выдерживает погодных условий. Он впитывает в себя грибок, плесень, мох и начинает зеленеть, если специальными растворами не обрабатывать. Гранитные памятники стоят дольше, вот памятник эскадрилье «Нормандия — Неман» просто моют перед возложением цветов в мае, и он как новенький.
Мне тоже, если честно, современные эти мраморные памятники как-то не очень, в дождливую погоду на некоторых из них ни надписи не различить, ни портрета, если таковой имеется. Может не в камне дело, конечно, а в качестве гравировки. Небось делают её каким-нибудь китайским лазером. Загнал картинку в «корел», он и вычертил, быстро и окупаемо. А что с тем надгробием лет через 10 будет — неважно, ведь оплату-то ты сейчас получишь. Неживые вещи, сделанные с душой, порой оживают и умеющим слушать они могут рассказывать удивительные истории. Но вещи штампованные молчат, умирают миллионными тиражами, едва родившись в безысходной спешке с конвейера на помойку. Гектары земли им служат погостами, и там природе далеко не так отрадно, как здесь. И человеку, не так, как здесь, дышится.
Этого ребёнка хочется укутать в шарф и напоить горячим шоколадом. Кажется, что он озяб.
Здесь множество интересных склепов. Надеюсь, я ещё приду и поснимаю их на широкий угол, а то ходила с одним портретным объективом, два сразу тащить — тяжеловато будет. Хочется же не только на матрице «Никона» сохранить вайб от прогулки, но и внутри: в сердце, в уме, в воображении. А если буду фоткать ещё больше, ничего не запомню, кроме себя с камерой в руках.
Конкретно на этом снимке — один из «склепов желаний». На Введенском кладбище есть странное поверье, что если написать свою просьбу на стене определённых склепов (их таких здесь несколько), то она исполнится. Люди и занимаются вандализмом, пишут, как гопники в подъезде, свои прошения маркерами, карандашами, и даже помадой.
Походила-почитала. Жиза:
«Помогите, чтобы мамочка жила подольше, выйти замуж за Михаила, остаться работать у Бруно». «Хочу выигрывать любой спор», и «Помоги папе пройти собеседование на границе в США и остаться жить в Америке».
Местная мистика — отдельная тема, историй множество, как, наверное, вокруг любого кладбища. Возле статуи ангела, похожего на Люцифера, я разговорилась с мужчиной, который в Москве проездом и уже второй раз сюда приходит фотографировать, так как с предыдущего визита все фото и видео пропали с флешки и никакое восстановление данных не помогло.
Под вечер выглянуло солнце.
Вот, пожалуйста, надгробие современное, но гранитное и очень красивое. Эта могила уже где-то на противоположном конце, у забора с краю.
... Несколько готичных фото у меня всё же получилось. Когда стало смеркаться, я ещё немного поснимала.
Вот уж поистине метафора скорби. А что на памятнике нет имени — это задумка такая или время постаралось?
Заметила, что у меня на кладбищах голова кружится, как при низком давлении, потому не люблю их посещать. Я не суеверная, на тему ужаса смерти шибко не загоняюсь, страшнее когда живые долго мучаются. Мёртвые у меня ассоциируются скорее с покоем, когда всё земное позади, духовное устремилось куда следует, а плотское стало частью природы. Так что психосоматика маловероятна. Свежий воздух? Ну дык в парках и лесах я бываю довольно часто, и не отмечала подобного. Здесь это явление тоже имело место, но ближе к концу прогулки прошло. Вот в церкви бывает кому-то дурно: ладан-свечи, все дела... А я обожаю. Жаль, что здесь нет православной (есть лютеранская, по слухам, в ней туристам особо не рады), с удовольствием бы заглянула на вечернюю службу.
Часов в 17 с копейками, уже немного подмерзая, побежала я к выходу, так как Введенское кладбище доступно для посетителей как раз до 17.00, но меня там, к счастью, не закрыли. Обязательно загляну ещё!