Я так не рыдала уже очень давно! Вообще очень редко плачу
Швы болели так, что лучше б я еще 3 раза сходила родить, но только если заранее знать, что не будет эпизиотомии. Потому что боль в родах конечна, и ты там под собственными гормонами, а швы - дело такое, еще неизвестно, когда они там болеть перестанут.
Немного ликбеза из интернета:
Эпизиотомия — это хирургическая процедура, при которой делается разрез в промежности во время родов, чтобы расширить вход и облегчить прохождение через него ребенка.
А здесь начинаются нестыковки, потому что у всего есть 2 стороны, даже у эпизиотомии:
- Хирургический разрез всегда лучше самопроизвольного разрыва, ведь он с ровными краями и заживет быстрее, чем рваная рана. Кроме того, протяженность разреза врач может контролировать, а самопроизвольный разрыв рискует растянуться и на большое расстояние, и на большую глубину.
- Иногда разрез более обширный, чем был бы естественный разрыв.
Как говорится, думайте сами, решайте сами, резать или не резать. Точнее, принимать решение по ситуации будет ваш акушер-гинеколог, у него обзор шире, ему и карты в руки.
В роддоме нам швы обрабатывали марганцовкой дважды в день. Как сейчас помню клич:
Девочки, на обработку швов!
И вот уже плывут уточки в казенных кровавых ночнушках враскоряку до процедурного кабинета. Первые 2 смены делали это настолько аккуратно, думала, ещё немного и мне подуют напоследок, чтобы не щипало. На третий день новая медсестра лихо обмакнула тампон в раствор и обработала швы так, как будто забор на даче красила! От неожиданности и боли даже сказать ничего не смогла, только девочке, следующей после меня смогла многозначительно пожелать «удачи» на обработке.
В роддоме пока был отек, боль не так чувствовалась, а дома он начал спадать, чувствительность вернулась, и наступил шовный апокалипсис. Уж на что у меня болевой порог высокий, но, видимо, весь запас порога израсходовался на родах, и на послеродовой период уже ничего не осталось.
После родов навестить молодую мать и свежеиспеченного внука и племянника приехали навестить моя мама и сестра. Картина маслом: я реву от боли, моя мама с Федькой на руках ревёт от материнской жалости ко мне, одна моя сестра Юлька подбадривает (оно и понятно, человек трижды через прошёл через эпизиотомию).
Начали все дружно вспоминать про свои швы, оказалось, мы все подштопанные, пара родовых историй от мамы с сестрой, и вот я уже говорю: не смешите меня, а то швы сейчас разойдутся. Тут еще старший племянник просит показать живот, показала ему свою желешку сдувшуюся.
А где швы? - разочарованно протянул подросток 13 лет.
Какие швы?- спрашиваю.
Ну ты сказала, что тебя зашивали, покажи швы.
Ну зашивали, было дело!
А швы тогда где? - не унимается подросток.
Где-где?! - сложно придумать более подходящую ситуацию для рифмы. – В Караганде! Откуда Федька рождался, там и зашивали!
Фууу!! Не, там показывать не надо!
Расскажите, кто эластичный как жвачка, растянулся, когда надо, и стянулся обратно, а не как я. У меня вот растяжки ни одной нет, думала, хорошо тянусь, но, видимо, не везде.
Если вы какое-то время ходили как Франкенштейн с торчащими нитками, то где-то через неделю станет уже совсем терпимо.