Горшки с портретами этой исторической личности были действительно популярны в России. Подобное судно было даже у императора. Таким образом русские выражали свое возмущение и презрение. Однако не все ненавидели изображенного на ночных вазах человека. Например, поэт Клюев даже выпил пива из «модного» горшка.
Презрение и почитание
Как утверждает Светлана Матссон, автор издания «Всемирная история туалетов», ночные горшки с портретом этого человека на дне появились в Англии. Однако на самом деле, что, впрочем, отмечает и сама Матссон, подобная «мода» распространилась и в России. Известно, в частности, что ночной вазой с изображением лица, о котором идет речь, пользовался или, по крайней мере, имел ее в своей «коллекции» российский император Александр I. В Банном корпусе дворца в Петергофе и по сей день хранится горшок-бурдалу (утка) Александра Павловича. Таким оригинальным способом самодержец, как и многие его соотечественники и даже иностранцы, выразил свое презрение к тому, кто был изображен на горшке.
Однако далеко не все относились к «обитателю» ночных горшков подобным образом. Взять хотя бы известного русского поэта Николая Клюева, воспоминания о котором и история с горшком в частности приведены в издании «Николай Клюев: воспоминания современников» (составитель П.Е. Поберезкина). Однажды, как сообщал в одном из своих писем С.С. Гейченко, писатель и музейный работник, своему приятелю С.И, Субботину, он (то есть Гейченко) приобрел на распродаже предметов из царских кладовых, кроме прочего, ночную вазу с портретом на дне. Клюев, увидев необычный горшок у Гейченко, не стал делать с ним то, что обычно делают с такими вещами. Вместо этого поэт налил в горшок пива и выпил его «за память о сем великом человеке».
Мир как война
Стоит отметить, что Николай Клюев не был современником того, кто был изображен на дне ночного горшка. Поэт родился через десятилетия после его смерти и почти 80 лет спустя после события, благодаря которому в моду вошли ночные вазы с портретами. Это событие осталось в истории как Тильзитский мир. Если верить Евгению Жукову, автору издания «Всемирная история», после сражения при Фридланде, когда войска Наполеона разгромили русскую армию, Александр І вступил в переговоры с императором французов, который в свою очередь хотел достигнуть соглашения с Россией, помогавшей Пруссии в Войне четвертой коалиции. Наполеон и Александр І встретились в Тильзите и тогда же, летом 1807 года, заключили мирный договор.
Как утверждал Сергей Соловьев в своем труде «Император Александр I», некоторые были в восторге от Тильзитского мира. Так, князь Куракин писал по этому поводу императрице Марии: «Русский Бог не перестает бодрствовать над нами и распространять на нас свои благословения! Россия выходит из этой войны со славою и счастьем неожиданным; у нее заискивает враждебная держава, имеющая значительный перевес сил на своей стороне и победившая нас». Однако реформатор и законотворец Михаил Сперанский был уверен в том, что «вероятность новой войны между Россией и Францией возникла почти вместе с Тильзитским миром». Сперанский писал: «Самый мир заключал в себе почти все элементы войны. Ни России с точностью его сохранить, ни Франции верить его сохранению невозможно».
Враг для отправления естественных нужд
Далеко не все разделяли чувства князя Куракина, многие склонялись к точке зрения Сперанского. Как указывает в своей книге «История в историях» Константин Гусев, Тильзитский мир возмутил даже простых крестьян: «Как же это наш батюшка, православный царь, мог решиться сойтись с этим окаянным, с этим нехристем?». Свое негативное отношение к Александру I каждый выражал по-своему. Например, Мария Федоровна не захотела целовать своего августейшего сына, так как ей было «неприятно целовать друга Бонапарта». Придворные за глаза называли Александра Павловича «приказчиком Наполеона». А граф Ростопчин приобрел за какую-то немыслимую сумму бюст Наполеона и сделал из него ночной горшок.
Однако Наум Синдаловский, автор издания «История Петербурга в преданиях и легендах», пишет о том, что испражняться на Наполеона в России стало модным не после заключения Тильзитского мира, а после Отечественной войны 1812 года, закончившейся почти полным уничтожением наполеоновских войск. Именно благодаря победе России в этой войне и появились, как выражается Светлана Матссон, «патриотические» ночные горшки с портретом Наполеона на дне. Если верить Науму Синдаловскому, изображение внутри горшков, которые были популярны в том числе и в Петербурге, часто сопровождалось надписью: «Наполеон, император французов». Видимо, для того, чтобы потребители были уверены в том, что покупают именно то, что нужно.