65 лет назад, задолго до трагедии на Чернобыльской АЭС, произошла катастрофа на химическом комбинате «Маяк». Это было первое известное событие в СССР, связанное с выбросом радиоактивных веществ. Однако о нем мир узнал лишь в 1989 году, так как информация долго оставалась под грифом секретности.
Секретный военный город
Во время Второй мировой войны несколько стран, включая США и ряд европейских держав, активно работали над созданием атомной бомбы. Советский Союз не мог отставать, и Сталин инициировал атомный проект. Все аспекты, касающиеся этого проекта, были строго засекречены, поэтому место для создания первой атомной бомбы выбирали с особой осторожностью.
Территория Южного Урала была выбрана из-за своей удаленности, что обеспечивало защиту от возможных нападений. К тому же, для создания бомбы требовалось много воды, поэтому правительство решило построить химкомбинат и секретный Город-40 среди рек и озер между Челябинском и Екатеринбургом. В официальных документах этот новый город называли Челябинск-40 и Челябинск-65, а ныне он известен как Озёрск.
Строительство завода началось в 1945 году, и в 1948 году он начал функционировать. Однако информация о заводе была доступна лишь ограниченному кругу лиц. Для жителей СССР Озёрск и сам химкомбинат не существовали. Местные жители знали о заводе «Маяк», но считали его обычным химическим предприятием. На самом деле здесь располагались секретные объекты, где разрабатывали компоненты для атомных бомб, но даже многие сотрудники завода не знали о настоящем назначении своего труда.
Строительство химзавода велось с большой спешкой, что иногда приводило к ошибкам. Работники использовали обычные материалы, хотя обращение с радиоактивными веществами требовало особого подхода. Радиация негативно сказывалась на оборудовании, так как технологии работы с радиоактивными отходами тогда были недостаточно развиты. Из-за нехватки опыта ученые и инженеры часто совершали ошибки.
Сначала радиоактивные отходы сбрасывали в реку Течу. Местные жители использовали воду из нее для полива огородов и поения скота. Они купались в реке и ловили рыбу, не подозревая о риске радиационного облучения. Мертвая рыба, плывущая кверху брюхом, не вызывала у них беспокойства — ее ловили, жарили на костре и ели.
Лишь спустя несколько лет, когда у жителей стали проявляться различные заболевания, руководство завода начало задумываться о безопасности. В итоге был разработан новый метод хранения отходов — специальные емкости. Местным жителям запретили использовать воду из Течи, объясняя, что она заражена. Однако, учитывая отсутствие видимых проблем, люди продолжали ее использовать.
Взрыв-57
29 сентября 1957 года жители Челябинска-40 занимались своими делами. Многие собрались на футбольном поле, чтобы посмотреть матч. Внезапно прогремел взрыв: кто-то испугался и бросился домой, а кто-то даже не обратил внимания на громкий звук, полагая, что это обычные взрывы породы в карьерах.
В этот день взорвалась емкость с радиоактивными отходами — большая бочка из нержавеющей стали, заключенная в бетонный «кокон». Плита, накрывавшая емкость, весила 160 тонн и была усыпана двумя метрами земли. В результате взрыва она отлетела на 25 метров, сбросив плиты с двух других контейнеров. Инженеры уверяли, что бетон и сталь надежно удержат отходы внутри.
Тем не менее, система охлаждения у емкости, которая взорвалась, вышла из строя. Радиоактивные отходы начали нагреваться, что и привело к взрыву.
Взрывной волной выбило окна в радиусе трех километров. Огромное облако радиоактивной пыли поднялось в атмосферу. Челябинцы, находящиеся вдали от завода, наблюдали за необычным явлением: в небе мерцали разноцветные огни, которые тогда назвали северным сиянием. На самом деле это были радиоактивные частицы, но люди об этом не догадывались.
На заводе начали ликвидировать последствия с помощью солдат, которые проживали в казармах. Город был закрытым, и завод находился под охраной. Солдаты мыли стены и оборудование специальными растворами, убирали зараженные слои земли и закапывали их в могильники. Однако завод продолжал работать.
Руководство предприятия не сразу осознало масштабы катастрофы. В первые сутки радиоактивные вещества распространились на расстояние 300–350 километров на северо-восток, куда ветер унес радиацию. Область, пострадавшая от загрязнения, была названа Восточно-Уральским радиоактивным следом, где на тот момент проживало около 270 тысяч человек. В емкостях находились вещества с периодом полураспада от 28 до 30 лет, а взрывом в воздух попало около 20 миллионов кюри радиации.
Устранение последствий
Наибольшее количество радиации осело в двух близлежащих поселках. Людей оттуда эвакуировали, здания сносили, а скот уничтожали. Личные вещи и обломки закапывали в землю. Людям не объясняли, почему они должны быстро покинуть свои дома — проект по созданию атомных бомб и авария оставались под грифом секретности.
Загрязнению подверглись обширные пастбища, леса и поля. Пришлось закапывать только что собранный урожай и закрывать предприятия легкой и пищевой промышленности.
Ученые продолжали следить за радиационным фоном. Вскоре стало очевидно, что необходимо переселить людей из еще двадцати населенных пунктов. На это потребовалось время. Люди получили дозу облучения. После катастрофы эвакуировали жителей из 23 поселков, но одна деревня осталась нетронутой, и люди там продолжают жить.
Одна из версий о том, почему жители Татарской Караболки не переехали, заключается в том, что им предлагали переселение, но не указывали причины. Люди, не осознавая угрозы проживания на радиационно загрязненной территории, отказывались покидать свои дома. Есть и другая версия: некоторые местные жители утверждают, что о них просто забыли.
Эту катастрофу называют по-разному: Взрывом-57 или Кыштым-57, по году происшествия, а также Кыштымской аварией, по имени ближайшего города, ведь Челябинск-40 или Озёрск долгое время не значились на картах. Эта трагедия привела к загрязнению окружающей среды, тысячи людей пострадали от радиации, сотни тысяч были вынуждены переселиться.
Устранение последствий аварии стало серьезным испытанием, так как это была первая авария на заводе по производству атомных бомб в СССР. Однако именно после Взрыва-57, спустя 29 лет, ученые начали более осознанно подходить к предотвращению последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС.